А он был женат - Саша Киндер

неудобно собралась, Ир? Сейчас-то обую, а ты как? Опять собралась с надавленными полосами на животе ходить? Говорил я тебе — покупай удобные джинсы, а не красивые. И что ты сделала?

Я потёрла нос и пожала плечами.

— Вот именно, — расстегнул пуговку на надетых на мне джинсах, — завтра же поеду и куплю те, которые я тогда выбирал. Мягонькие, Ир. Тянущиеся и на размер больше. А эти оставь в магазин ходить за углом, в них только и можно, что стоять! Пузико дышать должно.

Он в этот момент показался мне моим отцом, с которым мы так платье на выпускной ездили выбирать. Мама работала, а я хотела именно в этот день. Вот он мне то же самое говорил, что в первую очередь должно быть удобно, а потом красиво. В итоге я выбрала самое красивое и ровно в танце родителей и детей навернулась, потому что там шлейф слишком длинный был. Папа потом над фотками хохотал.

— Пузико? — повторила, изогнув бровь.

Оскорблённо не получилось, вышло только насмешливо.

— Женское обыкновенное пузико, да. Не удивляйся, у вас у всех так природой заложено, поэтому плоского живота не должно быть ни в коем случае, — он стянул с меня штаны сразу с бельём, — вот как у тебя, — сел на корточки и уткнулся совсем не в «пузико» губами, — ой, а ты почему без трусов, Ирюсь?

В общем выехали мы только через час, сразу заехав взять перекус и питьё. Глаза у меня слипались уже на этом этапе, однако я очень сильно хотела узнать, что и как мы будем делать. За десять минут мы домчали до крайне знакомого филиала микрокредитки почти на выезде из города. Я ездила сюда устраиваться в тот раз, как познакомилась с Яриком. И пока мужчина болтал с кем-то в приёмной по телефону, я была усажена в небольшой комнатке справа и напоена кофе до отвала — глаза от этого едва раскрывались, будто кофеин меня наоборот вырубал. Благо через десять минут Ярик сунул какие-то бумаги в чёрную непроницаемую сумку, допил мой кофе в наглую и, смирившись, потащил меня, висящую у себя на руке, к машине. Вот тут-то я и согласилась лишь слегка наклонить кресло для удобства, разглядывая сперва внимательно следящего за дорогой мужчину, после проносящиеся пейзажи за его окном, а ещё позже — тыкая пальцем в смешную черную обивку бардачка, когда меня совсем повело.

— Ир, давай я наклоню кресло, и ты поспишь нормально, — в какой раз произнёс Ярик.

Я устало хмыкнула.

— Я тогда не успею разглядеть твоих любовниц ночных, а мне надо удостовериться, что ты по бабам ходишь, а не бумажки развозишь, — зевнула широко и долго.

Его это рассмешило.

— Подать зеркало? — скосил на меня ухмылку, — чтобы уже сейчас разглядеть моих женщин и спокойно уснуть.

Не-а. Не смешно и даже не забавно.

— Что у тебя тут? Можно? — я потянулась к той самой сумке, которую мы везли фиг знает куда.

Лёгкая. И красивая — кожаная, явно дорогая, на ней и логотип имелся. С таким ещё какие-то машины делают. Не помню.

— Ничего про «баб» ты там не найдёшь, — усмехнулся Ярик, — я всё спрятал.

Вот тут немного смешно, признаюсь. Но забраться пальцами в какие-то таблички мне это не помешало. С именами, данными, суммами — мне на такое глядеть явно было нельзя, коммерческая тайна вроде как. Я же никому свои дела из полиции не показываю, вот и тут могла узнать что-то крайне чувствительное.

— Жаль, придётся дальше за тобой следить, — отложила сумку и прикрыла глаза, совсем распластавшись по кожаному креслу.

Жалко здесь нет ничего тканевого, я бы может и не соскальзывала постоянно, когда с ногами забиралась на кресло. А летом наоборот к нему вечно прилипаешь.

— Я никогда тебе не изменял, и не буду, Ир, — отчего-то строго произнёс Ярик, — мне… физически невозможно это сделать.

Странная фраза. Но копать сейчас мне совсем не смоглось бы — я несказанно устала и думать могла только о том, как закрыть глаза, расслабиться и пробормотать:

— Купишь мне сюда чехол какой-нибудь? Я как русалочка из мультика без него, — хихикнула.

И отключилась, ощутив лишь то, как зажёг сигарету Ярослав, немного приоткрыл окно и закурил. Его ответ уже потонул в моем сне, где мы продолжали шутить про любовниц и верность.

* * *

Ярослав

За три месяца до расставания — Ярослав

— Я никогда тебе не изменял и не буду, Ир, — признавать это было крайне сложно, — мне… физически невозможно это сделать.

Потому что три дня назад я почти это сделал. Причём изначально даже мысли не было о том, что я кому-то что-то должен, тем более хранить, тем более такое. Я, что, женщина, что ли? Да и не все женщины такое практикуют — большинству плевать. Но не Ирочке, что было очевидно.

А тут Анджелка, пришедшая с клуба с подружками и пьяная вдрызг. Я стоял на парковке и курил, а она приехала, едва не подрезав собственный автопарк по диагонали. Кое-как припарковалась, выползла и начала приставать. В обычное время ей было плевать на всех, кто рядом, плевать к кому совать руку в штаны и где — она не привыкла отказывать себе в чем-то, да и я редко когда делал это с ней раньше, а тут что-то в мозгу переклинило, подвисло и оттолкнуло её руку ещё на этапе, когда она потянула её к моему паху. Просто секунда и всё — я послал к чёрту собственную жену, испугался до безумия, сбежал и приехал к Ирочке, перед которой хотелось обязательно признаться, что меня почти соблазнили. Но я не смог и слова вымолвить, просто слушал её каждодневный рассказ о рабочих приключениях и глотал ком в горле. До вечера он так и не прошёл, доставляя в мой полупустой мозг понимание, что я влип окончательно. У меня сразу отложилось в голове, что я хочу быть не просто нормальной парой с Ирой, а… пресловутых верности и стабильности. Я ревновал её и раньше, это да, но чтобы подумать об этом с такой стороны…

— Никогда, ни разу в жизни я не предам тебя, Ир, — продолжил клятву, — ты понятия не имеешь, что для меня значишь, и как сильно я тебя люблю! Ты… будь уверена, что я не посмею и поглядеть на кого-то, потому что я… не хочу, у меня и не…

Она перебила, кажется из своего сна:

— Купишь мне сюда чехол какой-нибудь? Я как русалочка из мультика