Создатель злодейки. Том 1 - Sol Leesu

Ну да, продолжай защищать Шарлотту от угроз, существующих лишь в твоем воображении. А я тем временем врежу тебе, раз уж ты сам стал беззащитен, заслоняя ее собой.

Разумеется, он наследный принц, так что перегибать палку нельзя. Но за моей спиной властная фамилия и поддержка принцессы. Так что с последствиями я справлюсь.

– Надеюсь, ваше высочество поймет этот маленький каприз обиженной девушки. Мое сердце разбито, и я не вижу ничего, кроме своих страданий, а при этом меня еще и обвиняют в том, чего я не делала… Я всегда считала леди Анджело очаровательной, а вы превращаете меня в ее врага.

Я сбросила с себя всю наигранную кокетливость, что так усердно изображала до этого, и выражение моего лица стало ледяным. Голос звучал ровно и бесстрастно, а потом я прикусила губу, словно слова застряли в горле от боли.

– Кажется, даже последние крохи привязанности к вашему высочеству сейчас исчезают бесследно.

Было бы идеально, если бы я сейчас заплакала, но талантов актрисы во мне не было, поэтому я просто отвернулась.

– Я больше не буду вмешиваться в ваши отношения. Это конец.

Сделав паузу, будто у меня перехватило дыхание, я бесстрастно добавила:

– Пусть два ваших сердца будут счастливы, даже в следующей жизни.

Так, выставив наследного принца последней сволочью, я спокойно покинула бальный зал. Никто не попытался меня остановить.

* * *

«Фух… как же хорошо!»

Конечно, это была официальная церемония, так что позволить себе все, что хотелось, я не могла. Но убийственная ярость, которая до этого рождала порыв нанять киллера, поутихла, а значит, на сегодня достаточно.

Если после всего этого цикл все равно перезапустится, в следующий раз я просто влеплю Вернеру пощечину. Никогда этого не делала, но, надеюсь, справлюсь. Если что, попрошу Киллиана меня научить. Он ведь у нас универсальный дворецкий, умеет все на свете.

«Я поклялась перед всеми не трогать Шарлотту, но о Вернере речи ведь не было».

В романе именно Вернер убил Айлу. Ясно, на кого должна быть направлена моя злость, так зачем же трогать не причастную к этому Шарлотту?

Хотя… чтобы отобрать у нее роль главной героини, мне придется немного вмешаться в ее жизнь, но вопрос идет о моем выживании. Однако сама по себе она ничего мне не сделала. И причинять ей вред напрямую я вовсе не собиралась.

Если только она не начнет питать ко мне ненависть… Но разве ангельская героиня, полная добродетели, способна на такое?

В любом случае возвращаться сейчас на бал – глупая идея. Там я буду выглядеть жалко. Лучше просто уйти. Уеду домой, а потом отправлю карету за Асланом. С этой мыслью я неторопливо зашагала прочь.

Вдруг кто-то меня схватил.

– Фух… хух… Миледи… почему вы так быстро идете?..

Это был Полан. Видимо, он бежал за мной, и теперь, тяжело дыша, повис на подоле моего платья. Он выглядел слишком отчаянным, чтобы я могла отругать его за такую грубость.

– В чем дело?

Голос прозвучал резче, чем я ожидала, из-за накрывшего меня волнения. Он сжал ткань еще крепче, словно боялся, что я убегу, пока он переводит дух.

– Хух… хах… Пожалуйста… похитьте меня.

Снова за свое. В сочетании с его прерывистым дыханием это звучало еще более непристойно. Я ударила Полана по руке веером, заставив его отпустить меня. Слава богу, коридор был пуст, иначе нас могли бы неправильно понять.

– Пройдемте-ка вот сюда.

Я потащила его к ближайшей террасе. Даже если вокруг никого не видно, терять бдительность нельзя. На всякий случай.

Задернув занавески, я вздохнула:

– Господин Полан, вам часто говорят, что вы не умеете считывать обстановку?

Он ведь видел, какую сцену я только что устроила в бальном зале. И после этого говорит такое?

Но Полан отчаянно замотал головой и с пылающим взглядом заявил:

– Нет, сейчас как раз самое время показать всем истинную ценность миледи! Прославиться на весь мир и вернуть сердце его высочества! Прошу, похитьте меня!

– Мне это неинтересно.

– Что?

Моя равнодушная реакция будто лишила его почвы под ногами. Видимо, он был уверен, что, стоит упомянуть принца, я тут же соглашусь. Напрасные надежды. Это не приманка, а мина замедленного действия. Достаточно, чтобы подавить любой энтузиазм.

– Если меня отвергли, значит, все кончено. Ни капли сожаления. В мире полно мужчин, а я такая идеальная. Зачем мне гоняться за тем, кто меня не хочет?

Я произнесла это с полной уверенностью, хотя на самом деле вовсе не считала себя совершенной. Честно говоря, за этой бравадой скрывалась маленькая тайна, о которой я не могла говорить.

Дело в том, что я прошла через бесчисленные «тренировки самооценки» с Киллианом. Раньше самоуничижение было моей второй натурой. Я постоянно сравнивала себя с другими, принижала себя и всегда следила за реакциями людей. Это была просто привычка.

Я ведь не особенная. Любой мог сделать то же, что и я. В чем же я лучше других?

Эти слова легко и без раздумий срывались с губ. Я не ждала ответа, но каждый раз Киллиан безошибочно угадывал, что я на самом деле хочу услышать, и утешал меня. И чем больше он поддерживал и подбадривал, тем сложнее мне становилось продолжать самоуничижение.

Не потому, что я вдруг осознала глубину его поддержки или вдохновилась… Просто стало невыносимо стыдно. И неудивительно, ведь Киллиан видел во мне ребенка, просящего похвалы, и отвечал: «Ты говоришь это только потому, что хочешь, чтобы кто-нибудь сказал тебе, какая ты замечательная? Как мило».

После этого я перестала заниматься перед Киллианом этой глупой самокритикой и стала наглее. Навряд ли я изменилась как личность, но, скажем так, слова мои вдруг переполнились самолюбием. Он заразил меня.

«Действительно, эффект Киллиана…»

Впрочем, я решила смотреть на это с положительной стороны. Если долго внушать себе, что ты совершенство, может, однажды ты им и станешь. Похоже, Полан тоже вспомнил прежнюю Айлу из романа, потому что пробормотал почти себе под нос:

– Вы и правда сильно изменились.

– Ничего необычного.

Ну вот, разговор окончен?

Я уже собиралась выйти с террасы, повернувшись к нему спиной.

Но жалобный голос, останавливающий меня, прозвучал вновь:

– Леди Мертензия, прошу вас! Из-за вас моя жизнь превратилась в полный хаос! Возьмите на себя ответственность!

– Полан, если я невольно пробудила в вас новые… вкусы, то приношу глубочайшие извинения. Но брать за это ответственность я не могу.

– Вы же знаете, что я не это имел в виду!

Ох… да хоть убей, мне все равно. Ты был лишь пешкой на одну партию. Так почему ты пресмыкаешься сейчас? Живи как раньше, купайся в любви империи и продолжай творить свои наряды.

– Леди… вы