Почему ты молчала? - Анна Шнайдер

на сложившуюся неоднозначную ситуацию, и после ужина он ещё пару часов общался с дочерью, слушая её рассказы обо всём на свете. И если поначалу разговор проходил наедине, то потом к ним присоединилась Полина, с удовольствием дополняя реплики Иришки.

Уходить не хотелось. Яков понимал, что любые телодвижения в сторону «а можно, я останусь?» будут сейчас лишними, поэтому упорно молчал, набираясь терпения. Он твёрдо решил, что начнёт более активные ухаживания за Полиной только после полноценного развода с Ксеней, а пока нужно просто быть рядом. Уже лишь то, что Поля до сих пор не нашла себе мужчину — почти чудо. По правде говоря, все эти годы, вспоминая её, он не верил, что она может быть одна. Однако, судя по рассказам Иришки, у неё никогда не было отчима, да и в целом ни о каких знакомствах с другими мужчинами она не упоминала. Яков понимал, что дочь не всё знает, Полина могла и не знакомить Иришку со своими ухажёрами, но в любом случае — сейчас она была свободна. Ему повезло. Повезло намного больше, чем он того заслуживал.

— Когда ты приедешь в следующий раз? — с отчаянной надеждой в глазах поинтересовалась Иришка, когда Яков собрался уходить. Непозволительно поздно собрался — ей уже полчаса как полагалось спать. Но Полина сказала: завтра выходной, можно немного расслабиться.

— В воскресенье, если твоей маме будет удобно, — ответил Яков, на мгновение задумавшись. Завтрашний день он планировал потратить на сыновей и переезд. — О времени потом договоримся.

— Я буду ждать, — Иришка расцвела улыбкой. — И вообще не хочу без тебя собирать румбокс! Давай вместе?

— Давай, — согласился Яков, решив не говорить, что это не слишком разумно — всё-таки вряд ли он сможет бывать у Иришки чаще пары раз в неделю, да и не всё время же дома сидеть? Погода-то пока хорошая. Но это можно обсудить и позже.

Он тепло попрощался с Полиной и Варварой Николаевной, обнял и поцеловал Иришку, вышел из квартиры, спустился вниз, шагнул во двор… и сразу распрощался с хорошим настроением, понимая: надо возвращаться с небес на землю. Прекрасно провёл время с Иришкой и Полей — молодец. Но проблемы тоже нужно решать.

Достал из кармана ветровки телефон, на котором отключил сигнал перед визитом к дочери, и усмехнулся: ну конечно, Ксеня звонила. И Ваня писал, что мама слегка психует, потому что ожидала его к ужину несмотря ни на что. Думала, он приедет за вещами.

Поведение Ксени Якова не слишком интересовало, и он написал Ване лишь:

«Как Паша?»

«Более-менее, — тут же ответил сын. — Грустный, но не чудит, не капризничает. Тоже ждёт тебя».

Это «ждёт тебя» Якова неприятно резануло, но он подавил эмоции, понимая, что впереди множество испытаний, ни к чему сразу расклеиваться.

«Завтра приеду. А сейчас Ксене позвоню».

«О! — напечатал сын, и в этом «о!» Якову послышалась ирония. — Удачи, пап».

В последнее время, пожалуй, слово «удачи» он слышит даже слишком часто. Но кажется, оно всё-таки работает.

105

Яков

— Соизволил, значит, позвонить, — вздохнула Ксеня, сняв трубку. Дальше Яков ожидал привычное нытьё в стиле «я тебя ждала, так расстроилась, ведь мы же семья», но ничего подобного не прозвучало. Более того, прозвучало совсем неожиданное: — Знаешь, я решила, что ты прав. Нам будет лучше развестись. Заодно я стану более самостоятельной. Сегодня днём даже на собеседование ходила.

Яков едва не закашлялся, подавившись воздухом.

Что-что?..

Это шутка такая? Или галлюцинация? Или… что вообще это может быть?

Яков даже не представлял, что Ксеня может добровольно отказаться от борьбы за их брак, давно ставший фикцией. Он думал, она до последнего будет ныть, угрожать, лить мёд в уши, использовать детей. И тут вдруг… такое.

Он не знал, что и думать. Радоваться не спешил — боялся ошибиться. Вдруг это такая стратегия? Сейчас он порадуется, расслабится, а Ксеня потом ещё чего-нибудь учудит.

Однако вслух он тем не менее ровно и спокойно ответил:

— Хорошо, что ты всё осознала, Ксень. Я хочу мирно разойтись и сохранять нормальные отношения, не ломать психику детям. И работа — это прекрасная новость. Надеюсь, тебя возьмут.

— Ну не возьмут — им же хуже, — слегка угрожающим тоном протянула Ксеня. — Найду другую фирму, где меня оценят. Так ты когда приедешь за вещами? Или решил оставить мне своё добро?

— Завтра. К полудню. Выспаться хочу. Устроит?

— Более чем. Тогда до завтра, — хмыкнула Ксеня и первая отключилась.

Нахмурившись, Яков забрался в машину, раздумывая над поведением жены. Неужели Ксеня действительно одумалась? Может, до неё смогла достучаться Юлия Ивановна? Или сама сообразила, что лишнее упрямство ни к чему не приведёт?

Яков не знал, почему, но он не верил, что Ксеня способна на благоразумие на этом этапе. Он полагал, что со временем она смирится, но ей для этого понадобится как минимум несколько месяцев и свидетельство о разводе, а то и больше — пара лет, всё будет зависеть от размера её упрямства. Но вот так, передумать практически на следующий день после того, как он съехал… Неожиданно. И подозрительно.

И прежде чем выезжать со двора Полининого дома, Яков решил позвонить Ване. Так, на всякий случай.

— Привет ещё раз, пап, — поздоровался старший. И тут же в трубку пропищал голос Паши:

— Пап, привет!

— Ого, — удивился Яков. — Вы вместе торчите в твоей комнате, что ли, Вань?

— Да. Пашка облюбовал мой стол, — проворчал старший и добавил, обращаясь к брату: — Слышь, колючий. Уроки тут делать и книжки читать можно, но не вздумай ко мне ночью притащиться, ясно? Спи у себя!

Яков улыбнулся, услышав это заявление. Да, был у Пашки период, когда он почти каждую ночь приходил спать чаще всего к Ване, но иногда и к родителям. Старшему это ужасно не нравилось, но брата он не прогонял.

— Никуда я не потащусь, не маленький! — возмутился Пашка и тут же поинтересовался: — Пап, ты завтра приедешь?

— Приеду.

— Слышал? — хмыкнул Ваня. — Приедет. И давай, отвали от меня, хватит прижиматься! Пап, ты чего хотел-то?

Яков вздохнул. Спрашивать такое при Пашке не хотелось, но куда деваться? Не просить же Ваню в туалет убежать, чтобы задать ему один вопрос.

— Мама изменила линию поведения. Сама знаешь, как она себя вела