Злодейка против попаданки - Екатерина Вострова

— Нормально, — Отец отложил вилку. — Это всё?

Я была уверена, что он знает о моих успехах даже больше меня, но видимо ему нужен был повод.

— Я в первой тройке по курсу.

— Первая тройка, — Доминик хихикнул. — Вау. Какое достижение.

Мать бросила на него взгляд, но ничего не сказала.

— А кто первый? — продолжал допытываться отец.

— Люциан Дарвиль.

— Люциан, — он кивнул. — Хорошо. А среди девушек?

— Лили Адамс. — процедила я сквозь зубы.

— Лили Адамс, — Себастьян откинулся на спинку стула. — И кто она?

— Новенькая. Перевелась в этом году по стипендиальной программе.

— Новенькая, — Доминик ржал уже во всю. — И уже обогнала тебя?

Я медленно подняла взгляд и холодно усмехнулась:

— Да, обогнала в оценках. — Я взяла стакан воды. — Правда, интересно, насколько эти оценки помогут стипенднице без связей после выпуска? Будет рассылать резюме и надеяться, что кто-нибудь захочет нанять… талантливую девушку.

Как и я совсем скоро, если меня отчислят и выгонят из семьи, всем будет плевать на мои оценки.

Себастьян фыркнул:

— Жёстко.

— Реалистично, — поправила я, та самая девушка, которая останется ни с чем.

Отец строго посмотрел на меня:

— Но это не значит, что ты можешь расслабляться. Оценки имеют значение. — Он выдержал паузу. — Это репутация семьи Вейл. Ты это понимаешь? Твои братья были лучшими на своих курсах. Себастьян закончил с красным дипломом. Доминик — с отличием, несмотря на все свои… эксцессы. Мы не требуем от тебя быть лучше их. Ты девушка, и с парнями тебе, понятное дело, сложно соревноваться. Но хотя бы среди других девушек ты могла бы быть лучшей. Это не так уж много, или я не прав?

— Конечно правы, отец. Я буду стараться. — спорить не было смысла. Не приводить же как аргумент, что Лили помогает волшебный кот. Но я действительно готова была постараться, чтобы поставить выскочку на место.

— Хорошо. — он посмотрел на меня долгим взглядом, — Потому что завтра у тебя ужин с Люцианом Дарвилем, это важная встреча.

— Я знаю. — не возмутимо кивнула я.

— Я слышал о его некорректном поведении в столовой академии. — продолжал между тем отец, — О том, как Люциан якобы вёл себя агрессивно. Дэниел обеспокоен этим скандалом и репутацией сына.

«Скандалом, который я сама спровоцировала. Ты бы гордился, папа, если бы знал, как ловко я всё подстроила» — мысленно съязвила я.

— Я говорил с Дэниэлом, разумеется, ему не нужны слухи о том, что его сын бьёт девушек. — папа выдержал паузу. — Ведь мы оба знаем, что ситуация была… преувеличена. Верно, Эвелин?

Он явно намекал на то, что мне следует говорить, если вдруг это когда-то снова всплывет. Мол, вы все не так поняли, слухи преувеличены. Что ж, это я могу. Буду отрицать всё так убедительно, что ни у кого не останется сомнений: Люциан — чокнутый придурок, к которому дочерей и на пушечный выстрел подпускать нельзя.

— В общем, завтра твой шанс помочь Дэниэлу исправить ситуацию, — сказал отец холодно. — Показать всем, что его сын — достойная партия, что инцидент был недоразумением.

Показать всем? Значит, за нами будут наблюдать. Делать выводы, оценивать, насколько Люциан «нормальный»?

Я едва подавила предвкушающую улыбку: «Любопытно… Очень любопытно».

— Мы многое вложили в тебя, дорогая. — тем временем произнесла мама, — Пора начать возвращать эти вложения. Союз с Дарвилями был бы… очень выгодным.

Отец кивнул:

— Но можешь не переживать, если с Дарвилями все же не выйдет, то я познакомлю тебя с сыном другой семьи, которая принесёт пользу Вейлам. У меня уже есть подходящий кандидат на примете, — Он посмотрел на меня. — Но все же, постарайся завтра быть паинькой.

Подходящий кандидат, как будто я покупаю машину, а не выбираю с кем встречаться. Хотя какая разница? В нашем мире союзы семей — это сделки.

Если я хотела быть богатой, влиятельной, иметь власть, деньги, связи, нужно было играть по этим правилам. В целом, я даже была не то, чтобы против. Да и отец уже думает о том, кем заменить Люциана, это хороший знак. Значит выбор у меня какой-никакой есть. Но если новый «кандидат» не устроит, то всегда можно выставить его еще более чокнутым, чем Люциана, или сделать так, чтобы самой ему не понравиться.

Вот только почему, не смотря на всю рациональность этих мыслей, от них становилось так грустно? Почему так больно сжималось внутри? Ведь не потому же, что снова в голову лез злосчастный Крис. И то, как он целовал меня в пустом классе, жадно, страстно. Кажется, ему единственному я была интересна не как инвестиция, не как выгодная партия, а именно я сама.

Злость на себя вспыхнула горячей волной: «Он просто слуга, который обещал провести Лили в клуб и даже не попытался объясниться! Забудь о нём!» — приказала я сама себе, но сделать это было не так-то просто.

— А кто у тебя на примете папа? — оживился Доминик, — Уилсоны? Может быть Коллинз?

— Сейчас об этом рано. — отрезал отец. — Кстати, слышал, вчера был на благотворительном вечере Линкольнов?

— Был, — Доминик кивнул с ухмылкой. — Скучно, как обычно. Но зато наконец познакомился с дочкой сенатора. Симпатичная.

— Доминик, — мать укоризненно покачала головой, — Ты неисправим.

— Зато эффективен, — он подмигнул ей. — Я решил, если ее отец изберется на новый срок, то сделаю ей предложение. Вы ведь не против? Это будет очень и очень выгодно для всех нас. Ну, а если ее отец пролетит… что ж, хотя бы развлекусь.

Брат говорил об этом так цинично, будто речь идёт не о человеке, а о бизнес-проекте. Но разве не все так живут? Интересно, как Крис поведёт себя, когда меня отчислят? Когда семья от меня откажется? Когда я стану просто… девушкой без денег и связей? Останется ли он рядом? Или сделает то же, что Доминик с дочерью сенатора — развлечётся и уйдёт?

Отец усмехнулся:

— Главное, Доминик, — не забывай о бизнесе за своими развлечениями.

— Никогда, папа.

Ужин закончился. Я поднялась к себе в комнату, закрыла дверь на ключ и прислонилась к ней спиной. Так, хватит жалеть себя, пора действовать!

Я достала небольшой дорожный чемодан, тот самый, что заберу с собой в академию в воскресенье, расположила его на кровати, а затем методично начала собирать всё ценное, что было в комнате. Первой положила шкатулку с украшениями, где лежали золотые серьги, цепочки, браслет с бриллиантами, подвеска, которую мама подарила на восемнадцатилетие, дизайнерские часы. Затем туда отправились брендовые сумки: три штуки, почти не ношенные, шелковый шарф из ограниченной коллекции.

Затем я на мгновение задумалась и открыла нижний ящик стола, достала