Бывшая жена дракона. Право на сына - Анна Сафина

было, — буквально выплюнула Аиша, явно не желая в этом сознаваться, а затем

развернулась и ушла, будто за ней гналось пламя огня.

Я еще долго смотрела ей вслед и пыталась понять, что она имела в виду, и причем тут

ее подарок на торжество. А когда осознала, последовал истерический смех.

Мне бы догнать ее и спросить, как она задурила голову Ардену настолько, что он даже

не помнил, что не спал с ней, но я знала ответ на этот вопрос.

Только одна женщина знала о ее любви к Бейруту. Леди Римма.

Поразмыслив, я не стала ворошить прошлое и просто двинулась обратно, к пиршеству,

которое продолжалось в саду и было в самом разгаре.

Кульминацией праздника было выступление девушек-метов, принимавших формы змей и

разных животных, а в центре стоял Мир, наблюдавший за способностями своей расы с

восхищением.

Это был его день, когда многие меты ждали, проявит ли он свою силу в два года. Ранний

возраст, но солнечные метаморфы зачастую нарушали всяческие законы магии и

пробуждали свои силы гораздо раньше остальных.

С тех пор как Империя осадила Арьялу, существование метаморфов перестало скрываться

от обычных горожан, и хоть мы особо и не афишировали себя, но и нужды таиться больше

не было, так что все присутствующие знали, кто такой Мир и кем он станет в будущем.

Когда выступление подходило к концу, я уже было думала, что ничего не произойдет, но

Мир вдруг провел ладошкой перед собой, а затем его рука стала трансформироваться в

огонь, и он испугался, опустил ее. Вокруг царила тишина, так как стихийные обороты

были довольно редким явлением, которое встречалось не у каждого солнечника. Многие

гости и вовсе не поняли, что произошло, но меты начали хлопать, а затем танцовщицы

завершили танец, прикрыв моего сына от чужих взглядом своими телами.

Лишь меты увидели, что мой Мир — стихийный метаморф, который будет способен не только

превращать части своего тела в огонь, воду или песок, но и полностью мимикрировать

под местность, имитируя природные явления.

Среди присутствующих гостей находился и Бейрут, и когда наши с ним взгляды

встретились, он мне подмигнул, вызывая у меня не то изжогу, не то гнев, но я твердо

решила привлечь любых учителей для сына, которые способны будут его учить, лишь бы

не обращаться за помощью к своему дальнему родичу. Пусть в его предках и затесался

солнечный метаморф, но его матерью была из лунных, с которыми мой род никогда особо

не ладил. И он не тот мет, которому я доверю будущее своего сына.

— Вы выглядите уставшей, но такой счастливой, моя леди, — вдруг прозвучал сзади меня

голос Ханны.

Когда война закончилась, и я вернулась из столицы в этот особняк, то первым делом

написала отцу, чтобы он прислал мне Ханну. Я не знала, где она, но надеялась, что

отцу удалось позаботиться обо всех своих слугах, и оказалась права.

В скором времени Ханна снова стала частью моей жизни, будучи нянечкой Мира, к которой

он тянулся почти так же сильно, как ко мне.

— Всё благодаря тебе, Ханна. Именно ты всегда была со мной все эти годы и никогда

меня не бросала. Ты не представляешь, как я тебе благодарна.

Я растрогалась, увидев, как на глаза Ханны навернулись слезы, а затем обняла ее.

Обычно в обществе так не принято — чтобы господа обнимали слуг, но Ханна всегда была

для меня не просто служанкой. Она заменила мне мать.

— Надеюсь, что вы обретете свое женское счастье, моя леди, — сказала Ханна, а после

внезапно шепнула мне так тихо, чтобы никто, кроме меня, не услышал. — Я видела лорда

Ардена в дальней беседке. Он там совершенно один.

Я едва не усмехнулась, понимая, что она не оставляет свои попытки к сводничеству, но

впервые ее слова не вызвали во мне гнев. Я давно решила, каким вижу собственное

будущее.

С самого утра в моем ридикюле лежало украшение, которое давно искало своего хозяина.

Почти все гости продолжали смотреть выступления факиров и фокусников, а я медленно

побрела по узкой тропинке в сторону дальней беседки, где в скором времени увидела

Ардена, который сидел там в одиночестве и словно ждал моего появления.

Его глаза открылись, и при виде меня он улыбнулся.

— Ты прекрасно выглядишь, Дарина. И праздник нашему сыну организовала выше всех

похвал.

— Старалась, — ответила я и присела рядом с ним.

Зябко поежилась, так как по вечерам с приходом осени холодало, и мне почти сразу на

плечи лег пиджак Ардена. Сам же он даже не подал и виду, что ему прохладно.

— Ты сказал, что прикупил себе землю неподалеку, чтобы видеться с сыном.

— Да, хочу принимать участие в его воспитании. К тому же сегодня у него проснулась

магия, и я постараюсь помочь ему освоить свои силы. Надо будет, найму учителей.

Он много говорил, расписывая уроки для Мира, а я видела главное, что он усердно

опускал. Явно приготовил речь для меня, а на самом деле просто хотел проводить время

со своим сыном. Я отчетливо чувствовала с его стороны любовь, в этом не было

сомнений. Наша связь с его приездом окрепла, и я ощущала его эмоции гораздо острее,

чем раньше. Словно мы оба приняли нашу связь полноценно и окончательно.

— Зачем тебе жить далеко, Арден? Дорога неблизкая. Ты прекрасно можешь расположиться

в поместье, покои я тебе выделю.

— Это вызовет пересуды, а я не хочу порочить твою репутацию.

— Для этого существует брак, Арден. Тогда никто не будет судачить.

— Я не смею предлагать брак той, кто выше меня по положению, — произнес всерьез

Арден, но как бы я не всматривалась в него, наконец, осознала, что он не шутит.

— Что ж, — усмехнулась я, ведь давно приняла решение. — Тогда я сделаю всё сама.

Я открыла ридикюль и достала из него футляр, после чего поставила его перед Арденом

на скамейку.

— Что это?

— Кольцо. Открой его и надень. Завтра нас ждет церемония.

— Церемония?

Он был удивлен, но футляр открыл.

— Мой сын — будущий король метаморфов и не может расти в неполной семье. Пересуды нам

ни к чему. Так что завтра мы с тобой, Арден, поженимся. У тебя есть два варианта

ответа. Да… и да.

Не дожидаясь его реакции, я встала и вышла из беседки, но уже у тропинки услышала его

приглушенный довольный смех.

Я же чувствовала облегчение и свободу, которой мне так не хватало. А за эти годы

осознала, наконец, что всё это уже