Медвежье сердце - Елена Михалёва

– Любой бы сделал на его месте то же самое, – это Норлану почудилось из-за скудного освещения, или на щеках канцеляристки он заметил румянец? – Для героя ничего не жаль. Тем более такого, как вы, Иврос.

– Я не герой.

– Герой, не спорьте. Я была там и все видела: как вы спрыгнули со стены, как не дали ни одной твари добраться до города и как чуть не умерли, – она взволнованно облизала губы. – Не знаю, кто еще может сравниться с человеком крови Хагморов. Вы в той же степени герой, что и ваши предки.

– Ну хорошо, но только самую малость тогда, – Ив подтянул одеяло, когда заметил, что она как бы вскользь рассматривает повязку на его животе. – А откуда вы знаете про Хагморов?

– Император упомянул, что это род вашей матери, когда я спросила, к какому роду импери вы принадлежите, что даже Чистая тьма вас не берет, – прямо ответила она. – Про Хагморов знают все, кто изучал историю. Я вот училась с огромным удовольствием. Ваши предки отдавали свою кровь, чтобы маги ирхи смогли вывести людей с силами окулус и одержать победу над иными импери. Но я полагала, что Хагморов уже не осталось – от них столько веков не было вестей. Думала, их всех истребили тогда же, в войну. Очень рада, что это не так.

– Да, я слышал эту историю, – кивнул Иврос. – Моим пращурам удалось укрыться в Нордвуде, который им тайно выделили под владения. Но удержать они его так и не смогли, в привычном понимании власти.

– Невероятно, конечно. Пауки Хагмор…

– Хиннари, – Норлан хотел сказать канцеляристке, что ее восторг неуместен и вообще сбивает с толку, но тут в дверь постучали.

В комнату вошел Эврен. Присутствие императорской канцеляристки его слегка удивило.

– Хин? Все в порядке? – вместо приветствия осведомился широкоплечий клеврет. – Ты все еще не ушла домой.

– Да, уже уходила, но вот решила навестить нашего героя, – она с улыбкой поднялась с тахты. – Я еще загляну, и мы обязательно побеседуем. До встречи, Иврос, поправляйтесь поскорее.

– Спасибо, Хиннари. До встречи.

Оба мужчины проводили ее взглядами. А когда дверь за ней закрылась, Эврен лукаво подмигнул Норлану.

– А вы счастливчик, ваше превосходительство, – заявил он и, заметив растерянность на лице Ивроса, пояснил: – Такая женщина. За ней мужчины годами ходят безрезультатно, а к вам сама пришла. Неудивительно, впрочем, после того, что вы для всех нас сделали…

– Эврен, умоляю, не нужно, – хмуро перебил его Ив.

Ему не хотелось ни слов о геройстве, ни тем более повышенного внимания Хиннари.

– Вы привыкнете, ваше превосходительство, – Эврен почтительно поклонился, будто прочел мысли импери. – А Хин так быстро не отвергайте. Она, конечно, гордячка, но женщина просто шикарная.

– Эврен…

– Все, молчу, – новый поклон. – Я вообще зашел узнать, могу ли чем-то помочь.

– Нет, ничего не нужно. Благодарю тебя, – Ивросу подумалось, что все-таки неплохо было бы попробовать уснуть.

Клеврет поклонился в третий раз и направился к выходу.

– Эврен?

– Да, ваше превосходительство?

– Колено вылечил?

– Давно. Спасибо. Доброй вам ночи, – и вышел.

А Иврос, оставшись в одиночестве, еще долго не мог забыться сном. Все смотрел на медленно догорающие свечи. Думал о тех двух месяцах, которые провел без сознания, о том, что происходило вокруг него и что могло случиться в Нордвуде. Надеялся увидеть во сне Гвин или матушку, но когда все же беспокойный разум позволил уснуть, ему почему-то снились толстые белые голуби, клевавшие хлебные крошки на набережной.

* * *

– Скажите, Ирлейн, вы обучались чародейству или одному лишь целительству? – с любопытством осведомился Норлан на следующее утро.

Лекарша успела осмотреть его, обработать раны розоватой мазью с пряным запахом, пошептать какое-то заклятие, а затем наложить свежие повязки. Она была весьма бодра и весела, несмотря на ранний час. А еще крайне довольна тем, что самочувствие Ивроса улучшалось, а рубцы даже не покраснели.

– Я обучалась двадцать лет в Академии, специализировалась на исцелении, но когда наступил момент выбора мастера, я поступила на службу в лазарет Единого Собора. Там плотно занялась сложными хирургическими операциями, – рассказала она, пока обрабатывала правую руку тонким слоем прозрачной субстанции, похожей на масло без запаха. – А в чем дело?

– Не думал, что чародеи служат Собору и вообще религиозны, – осторожно заметил он, наблюдая за ее действиями.

– А я не думала, что однажды буду лечить импери, – ее улыбка была открытой. – Я соблюдаю традиции и обряды, по праздникам посещаю мессы, если не дежурю в лазарете в этот день, но служу в первую очередь людям. Подсушите пару минут на весу, – велела целительница.

Она прошла к небольшому тазику с кувшином для мытья рук, который стоял на тумбе с другой стороны кровати, вместе с кусочком мыла на маленькой тарелочке. Вермеон мыла руки тщательно, но в то же время очень быстро. Иврос невольно залюбовался.

– Процесс исцеления идет хорошо. Можете потихоньку садиться, но в случае малейших болевых ощущений зовите лекаря. Пусть сообщат мне, я сразу же приду, – Ирлейн на мгновение задумалась, глядя немигающим взглядом в окно. – И можете начинать есть мягкую пищу, чтобы быстрее восстановить силы.

– Слава богам, – в голосе Норлана звенело облегчение.

Каша на воде без вкуса и запаха, которую ему приносили, вызывала у него такую тоску, что столь скорое разрешение сменить рацион приравнивалось к торжеству, даже если это будет простой куриный бульон с гренками.

– Я немедленно пошлю весточку со списком разрешенных блюд одной особе, – Ирлейн подмигнула. – Она горит желанием накормить вас лично. Не смею ей отказать.

Иврос нахмурился, но свои опасения решил не озвучивать, чтобы не показаться капризным. Оставалось надеяться, что лекарша говорила не про Хиннари.

Целительница забинтовала правую руку, собрала свою сумку и попрощалась, пообещав заглянуть вечером. Однако уйти без приключений ей не удалось.

Открывшаяся дверь чуть было не задела плечо Ирлейн. Женщина едва успела отскочить, откинула с лица непослушные вьющиеся пряди и сердито задрала нос, но отчитать несостоявшегося обидчика не успела. К счастью.

На пороге стоял Салдор Септиан в белом камзоле с золотой геометрической вышивкой у ворота. За его спиной маячили двое клевретов.

– Мой Император, – целительница торопливо опустилась в реверансе, смущенно отводя взгляд.

– Ирлейн, – правитель поприветствовал ее коротким кивком, заходя внутрь. – Рад вас видеть, моя дорогая. Иврос, как ты?

– Мой Император, – Иврос сел на кровати повыше, чтобы хоть как-то выразить свое почтение. – Мне намного лучше, благодарю вас. И госпожу Вермеон тоже, конечно.

– Славно, – Салдор Септиан повернулся к лекарше.

– Я уже уходила, не стану мешать, – она снова сделала реверанс и заторопилась покинуть комнату,