На краю тумана 2 - Мери Ли

Я смогу.

Я точно смогу.

Теперь мне известно кое-что важное – Кай не может убить меня. Значит, моя жизнь в безопасности до Луча, а путь до города не близкий.

Лея тихо плачет и зажимает царапину на шее.

– Все хорошо, – говорю ей, стараясь не смотреть на Кая, который остановился в полуметре от меня и наклонил голову набок.

Чувствую его цепкий взгляд, и по коже бегут жуткие мурашки.

– Боишься, – только и говорит он.

Было бы неплохо, чтобы в этот момент кто-нибудь вернулся в квартиру и помог мне одолеть Кая, но этого не происходит.

– Октавия, – сквозь слезы зовет Лея и поднимается в полный рост.

– Все хорошо, – шепчу я, а сердце сжимается от страха.

– Я все сделаю, – обещает Лея, а я даже не понимаю, о чем она говорит.

– Уходим, – командует Кай и дергает меня за локоть.

– Я все сделаю, – повторяет Лея и начинает движение в нашу сторону.

– Лея, остановись, – прошу я, чувствуя, как паника за тетю поднимается во мне лавиной неконтролируемого ужаса.

– Сделаю, – вторит она, сверкая совершенно бессмысленным взглядом, бросается на Кая и вопит: – Беги!

Не следую выкрику Леи и, наоборот, перекрываю ей путь, резко вырвав локоть из захвата Кая. Лея врезается в преграду, и мы обе валимся на пол. Руки пронзает болью от кистей до плечей. Мне не удержать Лею. Нечем.

– Лея, стой! – кричу я, но тетя уже спрыгивает с меня и снова бросается на Кая.

В ушах шумит адреналин и чувство приближения неминуемого горя. Кай что-то грозно ворчит, но гул пульса в ушах заглушает все звуки.

Все, кроме… выстрела.

Один и тут же второй.

Внутри меня что-то ломается.

Переворачиваюсь на живот и с ужасом наблюдаю, как Лея падает на пол. Она сворачивается в клубок, зажимает раны на животе, кровь просачивается сквозь пальцы.

Ублюдок выстрелил ей в живот! Это… это адски больно и смертельно…

С трудом поднимаюсь в полный рост и бросаюсь к тете. Кай хватает меня за руку и выкручивает плечевой сустав, но я даже не чувствую боли. Стремлюсь к Лее и вижу, как ее тело обмякает.

Она больше не зажимает рану.

Она не стонет от боли.

Не плачет.

Не живет…

Кай убил Лею.

Кай убил Лею.

Убил!

На мгновение перестаю брыкаться, но не отрываю взгляда от тела тети. Как же я облажалась.

Слезы потоком текут по лицу и шее.

Лея сказала бежать, а я этого не сделала.

Поворачиваюсь к Каю и вскидываю взгляд на лицо человека, которого ненавижу всем своим нутром. Он улыбается.

Улыбается и не ожидает от меня отпора, но он только что потерял свой единственный козырь.

– На выход, – рычит он, так и не стерев улыбку с лица.

Оборачиваюсь, чтобы убедиться, входная дверь распахнута настежь.

Беги!

Резко разворачиваюсь к Каю и бью ему в нос головой со всей силы, что у меня есть. Слышу хруст костей, но не понимаю, что треснуло – моя голова или его нос. Череп разрывает вспышкой боли.

Стартую с места и несусь вон из квартиры. Выбегаю на такой скорости, что врезаюсь в противоположную стену правым боком и плечом. Глаза залиты слезами, голова идет кругом, а в душе громыхает. Продолжаю бежать по коридору между квартирами и вижу у лестницы, ведущей наверх, чьи-то ноги. Человек лежит… Притормаживаю, чтобы понять, кого Кай убил прежде чем попасть в квартиру. Тело придавлено дверью в районе туловища.

Док…

Это Док?

– Док, – пищу я.

Седые волосы в крови, руки и ноги раскиданы в разные стороны.

– Сука! – орет Кай прямо за спиной. Его огромная ладонь ложится мне на ухо и в следующее мгновение он лупит моей головой по стене.

Все.

Темнота и чувство полного онемения забирают меня в царство забвения.

Глава 25

Абсолютно ничего не предвещало беды.

Компания бывала уже в десятках подобных городов и по тотальному запустению, все понимали: здесь нет ни одной живой души. Люди покинули поселение несколько лет назад, вслед за ними ушли и измененные.

Здесь приятно пахло растениями, заполонившими улицы, ни одного отголоска выхлопов от машин или треска электричества.

Природа вернула себе очередной кусок земли, который у нее когда-то отняли люди.

Свежо.

Тихо.

Спокойно.

Рита и Бобби мило переговаривались всю дорогу до здания, которое Дилан выбрал для временного прибежища. В основном их разговор шел вокруг Шерстяного, Бобби захотел себе собственного кота или собаку. Такой огромный и бородатый мужчина был до ужаса нежным и чутким. Рита ценила это в нем больше всего. В минуты слабости, когда она опускала руки или была растеряна, то шла именно к Бобби, к тому, кто всегда выслушает, не будет язвить и подставит свое каменное плечо.

Эрик и Дилан шли позади, решая проблему с продовольствием. У них практически не осталось продуктов, да и топлива тоже. Если бы не Ольга, упаковавшая им четыре готовые тушки кролика, то уже с сегодняшнего дня началась бы голодовка. Они решили, что пора самим отправиться на охоту и заготовить мясо. Вяленое, сушеное: любое подойдет. Эрик предложил взять с собой Арчи, ведь парень будет только рад охоте и хоть немного отвлечется от мыслей о потере.

В городе было тихо, ни одного постороннего звука. Казалось, что весь мир замер в ожидании. Но чего мог ожидать разрушенный мир? Об этом даже думать не хотелось. Путники не спеша продолжали движение, хотя в душе Дилана так глубоко, куда еще никому не удалось заглянуть, нарастало странное напряжение. Оно никак не было связано с недавним неприятным разговором с Луизой, но ведь кроме этого сегодня все было, как обычно. Его ничто не должно тревожить, но все же нечто темное постепенно расправляло щупальца и сжимало горло.

Дилан осмотрелся по сторонам, но ничего примечательного так и не заметил.

Рита и Бобби первыми вошли в нужное здание и начали подъем по лестничным пролетам. Эрик остановил Дилана на первом этаже и только хотел сказать нечто важное, о чем собирался поведать уже не один месяц, но так и замер с открытым ртом.

Размеренная тишина была нарушена испуганным криком Риты. Дилан и Эрик тут же бросились вверх по лестнице, по пути доставая пистолеты.

Второй этаж.

Третий.

Они сбавили темп только