На краю тумана 2 - Мери Ли

Вера в то, что завтра будет лучше, чем было вчера.

Глава 24

Машины ровной линией плавно движутся в сторону нового мертвого города, который станет для нас очередной точкой для сбора жизненно необходимых ресурсов.

Рита и Док продолжают спорить, Док не хочет быть нянькой для Арчи и предпочитает присматривать за Леей, а Рита говорит, что придушит парня быстрее, чем осмотр города будет закончен.

Мы с тетей и Шерстяным молча сидим на заднем сиденье, то и дело переводя взгляд с одного на другого.

Словесный пинг-понг продолжается уже минут пятнадцать. Не могу решить, на чьей я стороне, ведь красноречие обоих вызывает определенную реакцию: то улыбаюсь на их выпады, то закатываю глаза, то просто пытаюсь запомнить речевые обороты Дока и хлесткие, как пощечина, ответы Риты.

– Ты останешься с Арчи, – настаивает Рита, сжимая руль сильнее необходимого. – Я понимаю, что у него тяжелый период, но моя нервная система не резиновая. Тебя он будет слушать, а меня – нет.

– Он будет называть меня стариком, — насупившись бурчит Док.

– Потерпишь.

– Не собираюсь. Вообще, Дилан решит, кто пойдет за припасами, а не ты.

– Но ты ведь ему насядешь на ухо, и меня оставят с Арчи, – сквозь двойное фырканье произносит Рита.

Док разводит руками и пару раз беззвучно открывает и закрывает рот. Кажется, красноречие впервые подвело его и сбежало, позабыв предупредить Дока о своем отсутствии. Наш мега-врач не может потерпеть поражение и все же говорит:

– Вы ближе по возрасту.

Мы с Леей переводим взгляд на Риту. Она находит довод быстрее Дока и моментально его выдает:

– А вы по половому признаку.

– Тем более, – восклицает старик. – Тебе проще им управлять. Ты женщина в конце концов.

– Им невозможно управлять.

– Ты даже не пробовала.

– Согласись со мной или я выкину тебя из машины.

– Не выкинешь, – самоуверенно парирует Док.

– Тебя, может, и нет, а вот твой журнал с легкостью.

Рита улыбается во все зубы, понимая, что победа у нее в кармане.

– Мегера, – выдыхает Док.

– Ветеринар, – бросает Рита.

Оба начинают хохотать, а я лишь улыбаюсь. У них странное, но теплое общение. Они то поддерживают друг друга до потери сознания, то спорят по мелочам. Мне плевать, кто будет присматривать за Арчи, главное, чтобы это была не я. Парень реально невыносим. Кажется, что он слушает только Дилана, на слова остальных ему плевать. В силу возраста Арчи считает себя самым умным, быстрым, сильным и смелым. Жизнь покажет ему, что всегда найдется кто-то умнее, быстрее, сильнее и смелее. Не уверена, что хочу, чтобы он узнал об этом в ближайшее время. Пусть будет свободным от принципов и засковов взрослых людей.

Пусть побудет ребенком.

– Ты бы мог со мной согласиться хоть раз, – посмеявшись, говорит Рита.

– Мог бы, но тогда мы оба будем неправы.

Док разводит руками, а Рита толкает его в плечо.

Переключаю внимание на Лею, она внимательно слушает диалог и рефлекторно гладит Шерстяного, кот мурлычет, уютно устроившись у тети на коленях.

Лед между нами так и не растаял. Слабое чувство вины преследует меня на постоянной основе, но стоит посмотреть на Лею, я понимаю, что облажалась по-крупному. Она ни в чем не виновата. Побег, непослушание и разговоры с умершей: все это отголоски болезни, а не принятое Леей решение.

Она не может по-другому.

Мне нужно быть терпимее и останавливать себя до момента срыва. Я не имею права на вспышки злости. У меня нет и никогда не было такого права.

– Хочешь, я с тобой останусь и не пойду на вылазку в город? – мягко предлагаю я.

– Нет, – резко отвечает Лея и продолжает гладить кота.

– Почему?

– Мишель говорит, что ты должна научиться всему, а потом мы пойдем в безопасное место. Все вместе. Втроем.

Никогда бы не подумала, что даже после смерти, Мишель будет помогать мне с Леей. Мысленно отправляю ей благодарность, а сердце сжимается. Как мне ее не хватает.

Не стоит так сильно привязываться к людям. После их ухода в душе образуется дыра. С течением жизни этих дыр становится все больше и больше. Главное, чтобы в душе хоть что-то оставалась, хотя бы отголоски теплоты и человечности.

– Не убегай больше, – прошу я, мягко сжимая плечо тети. – Я не хочу потерять и тебя.

Лея поворачивается, и я снова вижу в ней мамины черты. От этого на сердце становится в разы тяжелее.

Больше никогда не буду злиться на тетю. А если и буду, то внешне об этом она не догадается.

Мысленно обещаю и себе, и ей, и всему белому свету, что буду более чуткой и внимательной, перестану сбегать от Леи и верну прежнюю версию себя. Ту вариацию, в которой еще присутствовал законопослушный гражданин.

– Я не убегала, а пошла за Мишель, – без агрессии говорит Лея. Она измотана и физически, и морально. Ее разрывают два мира, и она с трудом балансирует между ними.

Я столько лет твердила Лее, что Мишель нужно доверять, что убедить ее в обратном будет невозможно.

– И за Мишель пока не ходи, – прошу я и посылаю Лее улыбку. – Ты же не хочешь оставить меня одну среди чужаков?

– Дилан не чужак, ты знаешь его с детства, – говорит тетя и в этот момент я понимаю, что Рита и Док больше не спорят, они внимательно слушают нас. У Дока даже уши покраснели от натуги.

Прикрываю глаза и откидываю голову назад.

Я не собиралась скрывать наше с Диланом давнее знакомство. Все вышло спонтанно. В момент, когда я впервые увидела его за грязным стеклом вагона, просто онемела. Я хотела собраться с мыслями и побыть одна, а в итоге всех обманула. Может, врать и сбегать это мой конек?

Едва слышный голос Дока добирается до моих ушей:

– Я же говорил вам, это она. А вы мне– не придумывай, не придумывай.

Открываю глаза и спрашиваю:

– Что за она?

Док мнется не больше пары секунд, поворачивается ко мне и с напряженной улыбкой тараторит:

– У меня была теория, что вы с Диланом давно знакомы и девушка с острова это ты. Я ведь прав?

Прищуриваюсь и нехотя отвечаю:

– Прав.

– Ты мне