Свидание со смертью - Келли Крэй

— Совершенство, — пробормотал он мне в губы, прикрывая глаза так, будто смаковал мягкость моей кожи. Затем он снова распахнул их, с расширенными зрачками, впивая этот взгляд в меня. — Прелестная штучка. Я возьму тебя.

Эти последние слова. Его губы не шевелились при их произнесении.

Вместо этого его темный голос прозвучал сквозь него. Словно сорвавшаяся с цепи мысль.

Я вспыхнула, застигнутая врасплох, даже несмотря на то, что мое возбуждение достигло новых, кружащих голову высот.

Было такое чувство, будто мужчина в нем и монстр в этот момент пришли к какому-то мрачному соглашению обо мне, и их комментарии, казалось, предназначались скорее друг для друга.

И запутывать его вот так. Быть приманкой, выманившей эту необузданную версию его из укрытия. Мне это нравилось. И мне хотелось выманивать его из тени еще сильнее. Даже если это означало, что меня саму затянет следом.

— С чего же начать, — размышлял он своим человеческим голосом, пока большой палец гладил мою щеку. — Как тебя взять.

Он не стал ждать ответа. Не от меня. У двух его сущностей были собственные планы.

Медленно Смерть заставил меня откинуться назад, упершись одним коленом в матрас и нависая надо мной. Затем те блуждающие пальцы замерли у преграды моих трусиков, раздумывая.

— Я думаю о тебе. Все чертово время, — произнес он.

Тепло разлилось по мне от этих слов, а моя тоска по его созвучной душе смешалась с желанием оказаться под его телом.

— Я покажу тебе, — последовала еще одна торжественная гарантия с его стороны. — Как ты поглотила меня. Вернув… должок.

Его пальцы проскользнули за кружево моих трусиков, дразня мое лоно.

Я откинула голову назад, выгибаясь дугой, бессильная подавить сторнувшийся с губ стон. Смерть набросился на меня, самовольно завладевая моей обнаженной шеей; губы, язык и зубы терзали нежную кожу ласками даже тогда, когда он с низким, смакующим стоном провел пальцами по моей смазке.

Почему мне казалось, что он пытается понять, какую именно мою часть он сожрет первой?

Все вопросы испарились, когда два его пальца скользнули внутрь меня, и холодный металл его массивных колец обжег мою воспаленную плоть. Эта нежная грубость заставила меня полностью капитулировать перед кроватью. Перед ним. Закатив глаза, я откинула голову набок, пальцы снова скомкали простыню, а губы приоткрылись в беззвучном «о».

— И всё это — для меня? — спросил он, и его дымный голос звучал хрипло, но в то же время низко, сдержанно, подконтрольно.

В отличие от меня.

И он, должно быть, спрашивал о той влаге, что проступила у меня между ног.

Словно он сам не знал ответа.

Он цыкнул языком, когда я не ответила, словно сочувствуя. Как будто у меня были неприятности.

— Восхитительный библиотекарь, — произнес он, и теперь его большой палец, помимо тех пальцев, исследовал все вокруг, подбираясь ближе к тому месту, где мне хотелось, но все еще недостаточно близко. — Я хочу, чтобы твоя блузка была снята.

Этот мужчина. Он уже заставил меня балансировать на самом краю.

Смерть отстранился, обе руки отступили назад. Невольный стон вырвался у меня, даже когда эти руки расправились с моей юбкой, избавляя меня от этого предмета одежды.

И слава богу, скатертью дорога.

— Теперь ты, — сказал он.

Подожди. Что он велел мне сделать? Мой разум лихорадочно искал ответ.

В тот момент я бы отдала ему всё что угодно. Если бы только он просто…

О боже. Точно. Моя блузка.

Скрестив руки на груди, я ухватилась за подола блузки и потянула вверх. Когда я застряла головой в ткани, он помог мне освободиться, и эти большие, покрытые татуировками руки обратились с тонкой тканью гораздо нежнее и терпеливее, чем мои собственные.

— Потрясающе, — сказал он. И под его жадным взглядом… я почувствовала, что могу быть такой.

То, как он восхищался мной. Не оставляло никаких сомнений: для него это было именно так.

Блузка куда-то исчезла, оставив меня лежать в розовом бюстгальтере с бабочками и не менее милых, хоть и не подходящих по цвету кружевных трусиках небесно-голубого оттенка.

Ну, по крайней мере, до тех пор, пока Смерть не опустился на колени передо мной, стягивая этот второй предмет нижнего белья вниз, прочь и долой.

— Ты вообще представляешь, что я собираюсь с тобой сделать? — спросил он — снова тем спокойным, но мрачно-решительным голосом. Голосом, который словно пытался предупредить меня о расплате, на которую я, к счастью, уже была обречена.

У меня не было времени сделать или сказать что-либо еще, кроме как опереться на локтевые суставы, когда он закинул мою правую ногу себе на плечо. Да и собраться с силами для удара не получилось, когда его рот столкнулся с моим лоном.

Я взвизгнула, снова падая назад, пока он, совершая свирепый натиск, провел языком сквозь меня, двигаясь от входа к самому клитору.

— О боже, Смерть!

Безжалостно его язык терзал эту маленькую бусинку наслаждения. Он застонал мне в самое нутро, низко и хрипло, так, будто это удовольствие принадлежало ему самому. Это заставило меня нестись стремглав к самой грани оргазма. Пока вдруг, жестоко, его язык не отскочил назад — прямо перед тем, как ворваться в меня.

Выгнувшись дугой, я всхлипнула от неожиданности, и мои ноги сами собой раздвинулись.

Он вернулся, чтобы целовать, дразнить, атаковать мой клитор, а пальцы появились из ниоткуда, чтобы вторгнуться во второй раз.

Боже, что он со мной делал?

В ушах звенело, кровь горячо шумела в венах. Затем он отстранился и навис надо мной. На этот раз большой палец занял место его языка, и он уже не оставлял меня в состоянии неудовлетворенности.

С этим пристальным взглядом, прикованным ко мне, он задал ровный ритм, а костяшки и кольца — теперь раскаленные почти до температуры моей кожи — терлись о нежную плоть.

— Греховное создание, — произнес он. — Ты на вкус такая же восхитительная, как твоя душа. Так что, думаю… я просто заберу тебя целиком.

Тихий всхлип сорвался с моих губ, когда он снова двинулся — размытым пятном тени и дыма, пока не материализовался подо мной и позади меня, заключая в кольцо своих мускулистых рук, прижимая мой позвоночник к своей груди, а его длинные ноги в джинсах обхватили мои раскрытые голые ноги с обеих сторон.