Прекрасный Дьявол - Л. Дж. Шэн

– На край кровати, на четвереньки, – приказал он.

Я сделала, как сказал, забралась на мягкое бельё. Матрас прогнулся, когда он устроился позади. И вдруг меня осенило: несмотря на всё, что между нами уже было, мы никогда не занимались этим в настоящей кровати и никогда не пробовали миссионерскую позу. Наши встречи всегда были грязными, с привкусом запрета. Мы не занимались любовью. Мы делали похоть, полную ярости. Он никогда не позволял моей душе прикоснуться к его. Наши сердца не сталкивались друг с другом.

– Три движения, – хрипло произнёс Тейт, вырывая меня из мыслей. Его член легко вошёл в меня, несмотря на размер, скользя в узком, влажном канале. – Столько я выдержу. – Он водил им кругами внутри, заполняя до краёв и заставляя меня стонать. Два его пальца грубо втиснулись в мой рот, трахая его. – Твоя киска так хорошо принимает мой член, и теперь мы потренируемся, как ты будешь брать его в рот тоже. – Он застонал. – Ты была великолепной ассистенткой, но это твоя лучшая работа, Apricity.

Его пальцы безжалостно трахали мой рот, пока он брал меня сзади. Хотя челюсть уже болела от минета, мне нравилась его грубость. То, как мы были вместе — без извинений и грязно.

– Я хочу видеть тебя, когда ты во мне, – промычала я сквозь его пальцы.

Он замер, всё ещё внутри. Мгновение я думала, что он не услышал. Но затем он вынул пальцы изо рта.

– Зачем?

– Для меня это важно, – призналась я. – Мы не животные. Я хочу зрительный контакт. Я хочу чувствовать, что ты здесь, со мной.

Тишина была красноречивее слов. Наконец он сказал:

– Я никогда не делал это в миссионерской позе.

Сердце колотилось в ушах.

– Значит, мы оба сейчас испытываем своё первое.

Он вышел из меня, и я перевернулась на спину, глядя на него снизу.

Сжавшись, он взял себя в руку и направил внутрь, словно жертва, выдающая деньги под дулом пистолета. Я никогда не видела меньше энтузиазма у мужчины, вставляющего в меня член. Наши глаза встретились, и в них смешались страх и тревога. Что-то в этой близости пугало обоих. Когда он оказался глубоко во мне, он упёрся рукой рядом с моим ухом, а другой начал привычно отбивать числа.

Я сглотнула, сделав вид, что не заметила. Несколько неловких движений сменились на глубокие, размеренные толчки. Отчаянно пытаясь отвлечь его, я прижала его лицо к своему и поцеловала страстно. Прикусила и потянула его нижнюю губу. Подстраивала свои бёдра под его движения. Постепенно его напряжённые мышцы расслабились. Он перестал стучать пальцами и притянул меня ближе, закинул мою ногу себе на бедро, меняя угол. Трение стало невыносимым. Наши тела слились в одно, и он поцеловал меня в ответ — мягко, так, что слёзы защипали глаза, приговаривая слова, согревавшие изнутри.

– Такая красивая.

Толчок.

– Такая идеальная.

Толчок.

– Такая моя.

Толчок.

Жар закрутился внизу живота. Я извивалась, мои губы искали острые линии его лица. Я целовала его везде. В нос. В щёки. В горло. И прежде чем я поняла, слова вырвались сами собой, удивив даже меня.

– Я всегда хотела тебя. – Я прижалась, мои полные чувствительные груди касались его твёрдых мышц. – Я хотела тебя с того момента, как вошла в офис Барона Спенсера на собеседование и увидела тебя — пугающего и прекрасного. Я не знала, что со мной происходит. А когда ты протянул руку…

Толчок.

Стон.

Глухой рык.

– Скажи мне, – потребовал он.

– Когда ты нанял меня, я думала, что сгорю на месте. Я никогда не планировала задерживаться в Америке так надолго. В глубине души я глупо надеялась, что смогу понравиться тебе. Что если буду достаточно умной, блестящей и надёжной, то… не знаю, завоюю тебя.

– Для тебя не было никакой игры, которую нужно выиграть. – Он ударил прямо в мою точку G, его брови были сведены в концентрации, капли пота с кончиков волос падали мне на лицо. – Я взглянул на тебя один раз и понял, что свяжу свою судьбу с твоей, даже если это будет последнее, что я сделаю в этой жизни.

Мы кончили одновременно, держась друг за друга, пока буря пронзала наши тела. Задыхаясь, потные, обнажённые и пугающе близкие. Когда он попытался выскользнуть из моих рук, я прижала его сильнее, не позволяя уйти.

– Останься, – выкрикнула я. Он всё ещё был во мне. – Проведи ночь.

Я не была настолько глупа, чтобы надеяться, что он позволит спать в его постели. Но мы могли хотя бы разделить мою?

В ту ночь мы уснули, обнявшись.

И в объятиях самого опасного человека в мире я впервые почувствовала себя в безопасности.

***

Я проснулась через несколько часов с полным мочевым пузырём и тупой болью между ног.

Моя кровать была пустой, простыни холодными в кромешной темноте. Я наощупь искала рядом мужа, надеясь, что он раскинулся рядом, но тщетно.

Я была одна.

Босиком дойдя до туалета, я справила нужду, вымыла руки и вернулась в постель. Часы показывали половину четвёртого, но я знала — сна больше не будет.

Надев ночнушку, я выбралась из комнаты, решив исследовать квартиру, которую теперь называла своей. Пробиралась сквозь неосвещённые комнаты, запоминая каждую деталь. В конце длинного коридора я заметила открытую дверь — спальня Тейта. Света внутри не было. Я заглянула — пусто.

Куда он делся?

Пульс забился в груди, и я, чувствуя себя нарушителем, двинулась дальше, пока не дошла до его кабинета. Дверь была чуть приоткрыта, из щели пробивался свет. Страх облепил кости густым дёгтем. Я даже не понимала, почему.

Я заглянула внутрь — и дыхание перехватило.

Тейт метался по комнате, как пленённый зверь, волосы растрёпаны, на нём только спортивные штаны. Все вокруг — учебники, мебель, книжные полки, стены — были исписаны маркером уравнениями. Едва ли оставался хоть дюйм свободного пространства.

Тейт остановился в центре. Я едва сдержала вскрик, думая, заметил ли он меня. Повернувшись спиной, он кинулся к крошечному пустому участку стены и вывел ещё одно уравнение, что-то бормоча.

Это ты сделала, обвинил меня внутренний голос. Ты толкнула его за грань. Заставила сделать то, чего