Возрожденная - Джеймин Ив

— Тень, черт возьми, — закричала я, и мое тело начало дрожать, когда первые толчки пьянящего оргазма дали о себе знать. Мы занимались сексом не так давно, но почему-то с Тенью это всегда было как в первый раз.

— Держись, Солнышко, — прорычал он и в мгновение ока развернул меня, его гребаная магия снова сотворила невозможное, удерживая его глубоко внутри, даже когда мы поменялись местами.

Теперь мы были в позе «наездница задом наперед», так что я чувствовала каждый толчок его члена и почти сразу же проиграла битву за то, чтобы продлить оргазм. Я бурно кончила, мое тело вибрировало и дергалось, а когда мышцы расслабились, Тень вошел еще глубже, и я поклялась бы, что чувствую вкус его члена во рту. Чувак там внизу перестраивал свои репродуктивные органы, но это было круто. Я справлюсь с чем угодно, что он мне подкинет.

Когда звезды, наконец, исчезли из моего поля зрения, наступил второй оргазм, и когда мое сверхчувствительное нутро сжалось вокруг его члена, он застонал, одновременно ускоряя темп.

— Ты создана для меня, — сказал он со своим глубоким акцентом. — Другой нет, Солнышко. Ни сейчас, ни когда-либо еще.

Его слова были любовным стихотворением, написанным в стиле Тени, и это заставило меня полюбить его еще больше. Если бы это было возможно.

— Истинная пара, — прошептала я, мое горло сжалось от эмоций и приближающегося оргазма. — В этом мире и в следующем. Навечно.

Мы оба кончили так, будто вечность была спусковым крючком, и, честно говоря, мое сердце буквально разрывалось от боли. Я любила его так сильно, что чувствовала это в своей груди, как осязаемую вещь. Осязаемую вещь, которую мы должны были защитить любой ценой.

Глава 39

Мы зашли в комнату Тени, чтобы привести себя в порядок, и после этого я надела идеально сидящие джинсы, белую майку, красную толстовку с капюшоном — конечно, в цвет Тени — и несколько удобных шлепанцев. Качество одежды было непревзойденным, и я воспользовалась моментом, чтобы поблагодарить свою пару.

У этого Зверя определенно был вкус.

— Давай. Тебе нужно поесть, — сказал он, когда я вышла из ванной, мои волосы были расчесаны и заплетены в косу, толстая косичка свисала почти до задницы.

— Мне нужно подстричься, — сказала я, перебрасывая волосы через плечо. — Понятия не имею, как, черт возьми, они стали такими длинными, но это не очень удобно, когда мы в бегах и отправляемся на войну.

— Ты рождена Нексусом, — сказал он мне. — Твоя энергия — энергия богини творения. Конечно, все немного запутано из-за вмешательства Дэнни, и я знаю, что ты не в полной мере раскрыла свой потенциал, но этого достаточно, чтобы ты постоянно находила в себе новые перемены.

Я пожала плечами.

— Волосы на самом деле не имеют большого значения. Я всегда могу их подстричь. — Теперь, когда решение принимает не Торин, не было причин продолжать попытки отрастить их до лодыжек.

Губы Тени расплылись в сексуальной улыбке, а я изо всех сил пыталась вспомнить, о чем, черт возьми, шел разговор.

— Есть большая вероятность, что, если ты их отрежешь, они мгновенно отрастут снова.

Конечно, так и было. Мои волосы были такими же упрямыми, как и я сама.

— Можно было бы просто заплести их в косу, — сказала я со вздохом.

— У тебя потрясающие волосы, — пророкотал он. — Красный цвет притягивает меня, напоминая о моем огне, и я просто хочу погрузить в него свои руки…

Он замолчал, но десять к одному, что мы оба думали о нашем последнем сексе, когда он очень крепко держал меня за волосы.

— Бля, — удалось мне выдавить из себя, и он только рассмеялся.

— Тебе нужно поесть, — снова сказал он.

А нужно ли? Правда?

Стараясь не надуться, я последовала за ним к выходу из логова, где мы нашли Инки, который делал все в точности так, как просил Тень. Окружая портал в библиотеку, что обеспечило нам дополнительное уединение.

Нам нужны были эти мгновения, когда мы могли побыть вдвоем.

— Как только у нас выдастся свободная секунда, мы должны заняться сексом, хорошо? — сказала я Тени, застав его врасплох.

— Солнышко?

Я пожала плечами.

— Послушай, мы все можем погибнуть, если выступим против Дэнни. Я достаточно реалистична, чтобы понимать, что она сильнейшая в Солнечной системе, и мы все можем быть раздавлены, как букашки, в первую минуту встречи с ней, поэтому я хочу, чтобы мы находили моменты, когда сможем любить друг друга. Если сможем.

Его взгляд смягчился, но он удержался от смеха.

— Во-первых, я никогда не буду букашкой, — серьезно сказал он, — а во-вторых, у нас впереди целая вечность, Солнышко. Ты моя, сейчас и навсегда.

Эти рычащие утверждения были приятным дополнением.

Когда мы вошли в библиотеку, там было так же многолюдно, как и в первый раз, когда я ее увидела. Ночь и день имели очень мало значения для существ, которые отваживались приходить сюда из других миров, тем более что все часовые пояса, погода и часы суток в десяти мирах были разными.

Возможно, в библиотеке и была ночь, за окнами было темно, а красивые люстры и светильники наверху освещали все вокруг, но это не означало, что повсюду была ночь.

Тень приветствовал почти всех встречных по именам, и это была обычная толпа, в основном из Бролдера, Валдора, Волшебной страны и Карна. Все отвечали на его приветствие, склонив головы, и это было не просто представление. Возможно, они и боялись Теневого Зверя, но в то же время уважали его.

Урок, который должен был усвоить мой бывший альфа, Виктор Вулф. Из-за него нашей стае не хватало искренности, и его сын, похоже, был настроен продолжить традицию.

Когда мы вошли в столовую, сначала до меня донесся шум, и я даже споткнулась. Или споткнулась бы, если бы Тень не обнял меня за плечи, удерживая на ногах.

— Ты, должно быть, первый неуклюжий волк, — сказал он, покачав головой.

Я зарычала на него.

— Я не неуклюжая, просто меня легко напугать.

Он приподнял обе брови, выглядя как самодовольный придурок. Поэтому, конечно, мне пришлось добавить:

— Если в дизайне волка есть изъян, вам следует обратиться к его создателю.

Та-дам-с.

Однако он не обиделся, потому что в его броне не было никаких щелей. Он просто взъерошил мне волосы и повел вдоль рядов столов к нашей компании. Как только этот столик показался в поле зрения, шум, царивший