Возрожденная - Джеймин Ив

— Лен съел столько мака, — сказал Люсьен, фыркнув от смеха, — что ему показалось, будто он в своем саду, но на самом деле он голым бегал по дому своей семьи во время небесной лунной вечеринки. Его мать гналась за ним с тростью из камыша. Она была настроена серьезно.

Все рассмеялись, даже Лен, после чего он пожал плечами.

— Послушайте, мне тогда не было и пятисот лет, и я сожалею об этом. Я очень сожалею о том, как я решил провести свою молодость.

Даже пятьсот не было. Молодость? Будто это был чертов подросток.

Множество других существ собрались вокруг, чтобы погреться в лучах «богов», которые правили этим миром. Они заняли все стулья, за исключением нескольких вокруг Ангел. Может быть, дело было в том, как она свирепо смотрела на любого, кто пытался проникнуть в ее личное пространство, или, что более вероятно, в интенсивном сиянии, которое она излучала, предупреждая их не связываться с ней.

Так было всегда, когда она находилась в этом обеденном зале. Отдельно. В одиночестве. Неприкасаемая. Все прислушивались к ее предупреждениям, кроме меня. Я все испортила с первой же встречи с ней, но моя ошибка оказалась лучшим, что я могла сделать.

— Ты выглядишь очень расслабленной, — сказала она, когда я села рядом с ней, а Тень занял место по другую сторону от меня. Ангел удалось освободить для нас два места.

— А ты нет, — парировала я, заметив, как сжались ее руки, словно она хотела, чтобы в них были ее клинки.

— Эти болваны выбрали мою часть столовой, чтобы разбить там лагерь, — возмущалась она. — Я сказала им, чтобы они шли дальше, но, не рискую тратить силы впустую, поэтому не могу их буквально сдвинуть с места.

Это был большой обеденный зал. Они могли сесть где угодно, но предпочли столпиться на ее месте. И не просто столпились, а привели с собой десятки других существ, которые обычно обходили Ангел стороной.

— Чья это была идея — сидеть здесь? — спросил ее Тень, расслабленно откидываясь на спинку кресла и наблюдая за ужимками своих друзей-идиотов.

Ангел бросила на него убийственный взгляд, хотя он и не смотрел в ее сторону.

— Риза, конечно. Я думала, мы уже давно отказались от этих дурацких танцев, но, видимо, ему все еще нужно кого-то наказывать.

Тень, наконец, встретился с ней взглядом, и его взгляд был таким же тяжелым, как и у нее.

— Считай, тебе повезло, что он игнорировал тебя последние несколько тысячелетий. Ты знаешь, какая у него долгая память. Он редко прощает и никогда не забывает.

Она усмехнулась.

— Я действительно считала, что мне повезло. Но что изменилось? Меня вполне устраивало то, что мы притворялись, будто не знаем друг друга. Он нарушает статус-кво.

Тень перевел взгляд на Риза, который сидел за самым дальним столом от Ангел.

— Твоя сила, — сказал Тень. — Это напоминает ему о событиях давних времен. Потерянные жизни. Разбитые сердца.

Ангел страшно побледнела. Очень, очень сильно побледнела, и я быстро толкнула Тень локтем, чтобы он заткнулся и дал ей передохнуть. Затем я обняла свою лучшую подругу, стараясь не помять перышки на ее крыльях.

— Не беспокойся о Ризе, — сказала я. — Если он хочет быть мелким засранцем из-за дерьма, случившегося тысячелетия назад, это его дело. Ты выше этого, особенно сейчас, когда мы должны сосредоточиться на спасении этого чертова мира.

— Я слышу тебя, Мера Каллахан, — выпалил Риз твердо и отрывисто. — И тебе не следует говорить о том, чего ты не знаешь.

Тень медленно поднялся на ноги, и шум почти мгновенно стих. Моему зверю не нужно было говорить ни слова, потому что вспыхнувшее пламя, за которым последовала темнота на его лице, все объяснили за него.

Риз тоже медленно поднялся, и на мгновение его ярость сменилась грустью.

— Прости, старый друг, — сказал он официально. — Я не хотел говорить таким тоном с твоей парой. Просто…

Пламя Тени поутихло.

— Я понимаю, — сказал он. — Но, понимаешь ты или нет, но если ты еще раз так заговоришь с Мерой, я с удовольствием заставлю тебя пожалеть об этом.

Риз коротко кивнул.

— Так и должно быть. — Он повернулся ко мне. — Прошу прощения, Мера. Я сегодня сам не свой. Думаю, мне нужно обратиться за психологической помощью, прежде чем мы отправимся завтра.

Не взглянув на Ангел, он повернулся и пошел прочь, ни разу не оглянувшись.

Без его крупной фигуры и еще энергичного присутствия комната казалась меньше и пустее, но, по крайней мере, напряжение немного спало, и это того стоило.

Ангел даже обрадовалась, когда мы с ней сделали заказ у пробегавших мимо роботов-официантов. Тень ничего не заказал, но улыбнулся, увидев шесть блюд, которые я выбрала.

— А я-то думал, куда подевались весь лосось и говядина, — сказал он с тихим смешком.

Я пожала плечами.

— Послушайте, не буду врать, еда здесь потрясающая. И многое в ней похоже на земную, так что я чувствую себя как дома. Но больше всего мне нравится тушеное мясо. Боже мой…

Его пристальный взгляд заставил меня замолчать, и я пожала плечами.

— Это просто оборот речи, черт возьми, — сказала я. — Хватит поправлять меня.

Он откинулся на спинку стула, чертовски высокомерный.

— Я здесь единственный бог, Солнышко.

Я поморщилась.

— Тот бог был написан с маленькой буквы «б». Так что это могло относиться к кому угодно. Может, относилось и к тебе.

Он наклонился и крепко поцеловал меня, не обращая внимания на то, что почти все в комнате снова замолчали и на мгновение уставились на нас. Мне тоже было все равно, в основном потому, что я забыла обо всем, как только он притянул меня к себе, его язык жадно скользнул по моему.

— Да, Солнышко. Я и только я.

У меня закружилась голова, и я ответила не сразу.

— Это работает в обе стороны, Тень.

Он кивнул.

— Так и есть.

Это заставило меня замолчать. Теперь все мы молча смотрели на Зверя, который управлял всеми нами.

Глава 40

Прежде чем я успела вспыхнуть от одного только обжигающего взгляда Тени, принесли нашу еду, и я еще раз поблагодарила бога за то, что он подарил мне еду и все ее восхитительные явления. Лицо Ангел просияло, когда перед ней поставили ее обычный поднос, и это было одно из тех редких сокровищ, от которых мое сердце радостно затрепетало.

Должно быть, она заметила, что я смотрю на нее с глупой ухмылкой, от которой на ее