Танец с огнем - Весела Костадинова

Женщина на бегу сбрасывала тапочки и засовывала ноги в ботинки.

— Дана, я тебя сейчас к стулу привяжу.

— На брата своего намордник надень! Сучонок! Он мне еще указывать будет!

— Дана! — Лоскутов изо всех сил тряхнул ее за плечи. — Он боится за тебя! И я боюсь! Ты… за три года ты изменилась, ты стала сильнее, но….

— Толя, — она посмотрела на него с болью, невольно отмечая маленький шрамик на губе, который почему-то ее всегда успокаивал, — ты учил меня. Ты сам видел, что я научилась многому. Я стала Аленой Хмельницкой. Мои привычки стали другими, мои жесты, интонации. Ты сам согласился оставить меня в Москве, чтобы я видела, помогла вам в этой войне. А сейчас я выслушиваю…

— Стоило, Дана, Лехе вывести тебя из себя, и ты сорвалась, — грустно ответил Анатолий. — А ведь это мы: те, кто знает тебя и кто ты. Марат будет действовать жестче — тебе ли не знать?

Дана смотрела на Лоскутова во все глаза.

— Ты что, мне проверку устроил?

— И ты ее провалила, — констатировал он, чуть заметно усмехнувшись. — Скажешь не так?

Женщина скрипнула зубами, но врать самой себе не могла.

— Урод ты, Толя! Играешь всеми нами как игрушками.

— Лучше я, Данка, чем Марат. Возвращайся на кухню. И держи себя в руках.

— За братом смотри, — бросила она в сердцах, но ботинки поставила на место.

Досчитала до десяти и вернулась на кухню, с сожалением глядя на осколки любимой кружки.

Алексей молча так и стоял у окна, с угрюмой насмешкой в глазах. И тут она поняла — он выводил ее на эмоции, он хотел ее эмоций, как хотел их пять лет назад.

— Назад уже не отыграть, — холодно повторила она, садясь на место. — Да и не вижу смысла.

— Согласен, — кивнул Лоскутов, — Лех, сядь. И выкладывай, что у тебя.

Тот пожал мощными плечами, но приказ проигнорировал.

— Срыв сделки в ФАС — мелочь, — нахмурилась Дана, — у него этих свинокомплексов…. Одним больше….

— Нет, — хрипло ответил Яров, — ты не права. Само по себе хозяйство не большое, Дан. Но Марат уверен, что местные чиновники съедят у него с рук все, что он им кинет. И сбой сделки заставит его дернуться. Мелочь — но неприятная. Единичная сама по себе она ничего не значит, но заставит его искать выходы на начальство регионального ФАС в Москве.

Тут до Даны дошла гениальная в своей простоте задумка братьев.

— Вы три года ему говна под нос подкладывали через разные ведомства, чтобы все его связи выявить?

Яров коротко кивнул.

— Мы создавали ситуации. Проверки от Россельхознадзора в Краснодарском крае — якобы из-за удобрений. Запросы от ФНС по субсидиям 2014–2015 годов — якобы анонимки от «обиженных фермеров». Блокировка кредитов в трех разных банках — через знакомых в комплаенсе. Каждый раз он звонил кому-то. Каждый раз кто-то отвечал. И каждый раз мы фиксировали номер, имя, должность. Три года. Три десятка мелких уколов. И каждый — с ниточкой к следующему.

Лоскутов тихо добавил:

— Мы не трогали крупных сделок. Только периферию. Чтобы он не заподозрил системность. Но чтобы каждый сбой заставлял его звонить снова, снова и снова. Леха не дергался, сидел ровно, точно ему стало все равно, но Марат всегда часть своих сил на него оттягивал. Сейчас сильнее начнет это делать. А наша задача, нити его рвать. Одну за другой.

— Он планирует свадьбу с дочерью Фурсенко, — сухо констатировала Дана, поднимая глаза на братьев, — насколько я знаю, сенатор тесно связан с генеральной прокуратурой. Помолвка прошла в закрытом кругу самых близких, о ней не было пока сообщений в светской хронике. Но Лодыгин везде на общественных мероприятиях теперь появляется с ней.

Анатолий кивнул — медленно, тяжело, как будто каждое движение стоило ему усилий.

— Фурсенко — сильный игрок, — подтвердил он. — Входит в число тех сенаторов, которые имеют прямой выход на АП. Один из негласных бенефициаров рынка продовольствия: зерно, мясо, удобрения — все, что приносит валютную выручку. Его люди сидят в ключевых комитетах Совета Федерации и в рабочей группе по продовольственной безопасности. Да, Марат удачно нашел для себя новую жену.

— Невесту, — сухо поправила Дана. — Женой, по слухам, она станет только в конце сентября. А Марат получит мощную поддержку, но на этот раз не через кормушку, а куда более крепкую, через семейные связи. Не оборвете эту связь — все остальное можно сливать на помойку.

Братья переглянулись и кивнули.

— Пока он условно середнячок — пусть и очень близок к высокому кругу — шансы есть, — согласился Лоскутов. — Потом все резко осложнится. Если уже не…. Черт…

— Виктория — девушка не простая, — Дана перевела глаза с Лоскутова на молчавшего Алексея. — Я немного порыла о ней: девушка — типичный представитель золотой молодежи. На самом деле, не носи она фамилию — Марат в ее сторону даже не посмотрел бы — не его типаж. Она эгоистична, самолюбива, капризна, но сама по себе, без папы, не стоит ни копейки. Училась в закрытых школах, после — год в МГИМО — не потянула, перешла на дизайн и там тоже не особо себя утруждала учебой. Работает в одной известной студии дизайна, — она слегка поморщилась, — ну как работает… числится там. Ходит три раза в неделю, делает вид, что рисует эскизы, но реально занимается только светскими мероприятиями: ювелирные выставки в ГУМ-е, конкурсы молодых художников в Манеже, презентации новых коллекций в «Барвиха Luxury Village». Везде с папиной охраной, везде с фотографами, везде с улыбкой «я здесь главная». В инстаграме — 87 тысяч подписчиков, в основном девочки из той же тусовки и бренды, которые хотят на ней пиариться.

Алексей заинтересованно слушал и все-таки сел за стол, налив себе кофе. Подумал, встал и налил вторую чашку, поставив перед Даной. Та открыла рот и…. закрыла его, сделав глоток.

— Папаша, скорее всего весь седой от ее выкрутасов. Девочка — мастер попадать в приключения. В позапрошлом году ходили слухи о ее скандальной связи с актером, который, по слухам, был еще и наркоманом и едва не подсадил ее. Папа тогда жестко на СМИ наехал, заставляя убрать материалы о дочери и ее вечеринках. У нее не было, на самом деле, серьезных отношений, не смотря на то, что ей — 25 лет. Отец подыскивал ей пару из высшего эшелона женихов, но она саботировала процесс и сейчас у нее репутация… ну какая есть. Поэтому, сейчас Фурсенко бога благодарит, что очередной поклонник дочери — бизнесмен и