Без промедления - Лейни Лоусон

фыркает громче, чем я считал возможным, и топает ногой, как ребенок, поворачиваясь к тротуару позади себя, а затем снова ко мне. Она чешет руку и спотыкается о маленький камешек, попавший на крыльцо.

Выражение ее лица становится пустым, словно слова, которые я только что сказал, уже испарились из ее памяти.

Я сужаю глаза и наклоняюсь к ней.

— Ты сейчас под кайфом?

— Какое тебе дело?

Я смотрю, как она поворачивается и, пошатываясь, идет к своей машине. Когда она хлопает дверью и выезжает с подъездной дорожки, я подхожу к грузовику Гейджа, где он стоит с Триппом и Хестоном. Блайт опирается предплечьями на пассажирскую дверцу с опущенным стеклом, она выглядит опустошенной. Я взъерошиваю ее волосы, чтобы заставить улыбнуться. Это не срабатывает, но попытка была не зря. По правде говоря, я тоже сейчас не в настроении улыбаться.

— Есть идеи? — спрашивает Хестон.

Я киваю.

— Я последую за Эммой. Будьте готовы встретить меня, если дерьмо попадет на вентилятор.

Я старался держаться как можно дальше. Однако она ехала так быстро, что у меня не было выбора, кроме как ехать с той же скоростью, чтобы не отстать. Я сразу понял по направлению, что она не собиралась ехать в свой дом в городе.

Я осознал свою ошибку, когда слишком быстро ехал за ней, и она внезапно сбросила скорость и резко развернулась через двойную сплошную прямо перед выездом на шоссе.

— Черт, — бормочу я.

Она едет хаотично, разворачиваясь обратно в сторону Уэстриджа. Виляет, тормозит, превышает скорость, чуть не сносит пару почтовых ящиков. Вот тут я вспоминаю уничтоженную собственность Месы, и в моей голове загорается лампочка.

Я продолжаю пытаться следить за Эммой, но одновременно осторожно пролистываю недавние звонки, наконец нахожу контакт Джастина и нажимаю на его номер.

— Привет, я как раз собирался тебе звонить, — отвечает он.

— Почему? Ты что-то нашел?

— Нет, — вздыхает он. — Но кое-что понял насчет этих следов. Они не совпадают с машиной Саванны, полицейскими крейсерами или кем-либо еще, кто был здесь и помогал в поисках. У нас есть рисунок протектора в базе данных, и мы сможем их сопоставить, если у нас появится подозреваемый.

Я прочищаю горло и смотрю на мчащуюся впереди машину.

— Ладно. У меня плохое предчувствие насчет Эммы. Она появилась полностью обдолбанная, пока ты разговаривал с другими офицерами у дома, и я последовал за ней в сторону шоссе, когда она уехала. Думаю, она заметила, что я слежу за ней, и развернула нас обратно в сторону Уэстриджа. Как быстро ты сможешь добраться до города, чтобы догнать нас и остановить ее?

На линии повисает пауза, и мои пальцы сжимают руль так сильно, что я перестаю их чувствовать.

— Я не могу остановить кого-то или сделать что-либо еще на основании плохого предчувствия, Уоррен. Ты это знаешь. Нужно соблюдать некоторые протоколы.

— Саванна может быть у тебя под носом, а ты даже не узнаешь об этом! — кричу я. Я понимаю, что не злюсь на него на самом деле. Но я расстроен, напуган и нахожусь на пределе своих сил. — Жди, если хочешь, — цежу я сквозь зубы. — Я найду ее сам.

— Я знаю, это тяжело, но ты должен быть терпелив в таких вещах...

Он пытался убедить меня сбавить обороты, но я уже сбросил его звонок и отправил сообщение в групповой чат. Полицейское управление, возможно, готово не спешить, чтобы избежать плохого исхода, но мои друзья обычно не учитывают риски, как большинство нормальных людей. Мы никогда не отказывались от драки, если это означало помочь друг другу.

ГЛАВА 34

Уоррен

Я думал, Эмма несколько раз съедет с дороги, пока я следил за ней до дома. Задняя часть ее машины скользила туда-сюда по грунтовым дорогам, она никогда не включала поворотник, и удивительно, как она никого не задела, когда мы наконец добрались до города и проехали через ее район.

Когда она вылетела из машины, она огляделась, прежде чем войти в свой дом. Было ясно, что она заметила слежку, когда направлялась к шоссе, но после этого я держался на более безопасном расстоянии, надеясь, что она подумает, будто оторвалась. Я припарковал свой грузовик в конце улицы, в нескольких домах от ее.

Огонь на ее кухне зажигается, и она не теряет времени, бросаясь к журнальному столику, хватая стеклянную вазу и швыряя в стену. Я морщусь, когда она разбивается и падает на пол осколками.

Должен ли был я предвидеть это? Я знал с первого дня, что я нравлюсь ей больше, чем она мне. Настоящими красными флагами, однако, должны были быть наркотики и ревность. Я не знаю, что заставило ее одержимость расти, но она цеплялась за нее изо всех сил и не смогла отпустить.

Я выдыхаю, когда знакомая машина медленно подъезжает позади меня и паркуется. Один за другим выходят Гейдж, Хестон и Трипп. Мои ботинки ступают на тротуар, и я закрываю дверцу своего грузовика.

— Какого хрена она делает? — спрашивает Гейдж, пока мы все идем к ее дому. Уличные фонари горят, но мы держимся как можно ближе к тени деревьев.

Мы все смотрим, как она мечется взад-вперед перед окнами, вырывая себе волосы. Я понимаю, что она расстроена из-за меня, но здесь нечто большее. Ее движения нервные, и она уничтожает вещи в собственном доме. Это психотический срыв.

Трипп выдыхает и поправляет шляпу.

— Думаешь, она держит Сэв внутри?

— Надеюсь, нет, — говорит Хестон. — Потому что это, блять, Глок.

Он указывает на дом, и мы все поворачиваемся, чтобы посмотреть. Сквозь окно, освещенное люстрой в гостиной, Эмма снимает с каминной полки пистолет и вертит его в руке.

Гейдж достает пистолет из-за пояса и проверяет патронник.

Никто из нас не удивлен, что Гейдж был при оружии, но я тайно надеялся, что ему не придется его использовать. Варианты того, как справиться с этим, начинают вертеться у меня в голове. С парнями в качестве подстраховки я мог бы сам подойти к дому и посмотреть, впустит ли она меня.

Я понятия не имею, там ли Саванна, но я не готов рисковать и ждать, чтобы узнать, когда у Эммы явно есть оружие.

Со вздохом я поворачиваюсь к Хестону.

— У тебя есть что-нибудь?

Он кивает, и Трипп начинает смеяться, снимая шляпу с головы и оглядываясь на грузовик вниз по улице.

— Чувак, у меня ничего нет.

— Все в порядке, у меня тоже. Так что мы разделимся, — говорю я с новообретенной срочностью. Я могу