Песнь сердца и пепла - Анастасия Левальд

Райко сквозь боль усмехнулся – она бы стала отличным фойтийцем.

Райко вспомнил родной дом, и улыбка сразу спала с лица.

Двадцать лет назад

Морозный воздух пьянил. Запах дома, свободы, полеты. Райко лавировал у Северного предела, осматривая пик Алоса. Дворец Света в лучах заходящего солнца отличался особой красотой и изяществом. Его день рождения подходил к концу. Ему исполнилось пятнадцать лет. Каждый год приближал его к наречению наследником, следующим вождем. Райко с замиранием сердца ждал, когда сможет получить одобрение отца, когда услышит слова о чести и наследии и сможет послужить своему народу. Закаты именно поэтому привлекали его больше рассветов – ему казалось, что они приближали его к желанному дню, а рассветы приносили не надежду и возможности, а лишь замедляли течение его жизни на пути к трону.

В небе плясали краски и сияние эфира. Этот поток, будто шелком раскинувшийся на многие километры, в свете заката обрел новое значение, переливаясь более темными и глубокими цветами. Свежий воздух обдувал тело и крепкие крылья. Райко обвел взглядом дома внизу: там жили семьи с маленькими детьми, которые не могли наиграться и остановиться летать – сегодня был первый день их полета. Он улыбнулся и прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. Неожиданная вспышка отвлекла его. Он заметил дымок, идущий с заднего двора дворца. Как раз оттуда, где находился сад его матери. Недолго думая, он полетел туда.

– Мам? – с испугом позвал он, стоило ему ступить босыми ногами на теплую зеленую траву.

Цветущие кусты, обилие цветов, время от времени покрывающихся тонким слоем снега, сильно пестрили и отличались от всей обстановки на Вершинах Алоса – обители снега и мороза. Этот сад стал подарком жене от вождя на рождение первого сына в правящей семье Фойтии. Однако сад, возведенный по случаю его рождения, Райко никогда не радовал. Этот сад – нарушение многовековых устоев.

– Райко, мы тут, – нежный женский голос раздался из беседки в окружении водопадов. – Тайро пытался вызвать свой первый огонь.

Пение зимних птиц будто аккомпанировало голосу матери, и наследник не смог сдержать улыбку.

Пройдя по тропинке, он заметил рядом с мамой младшего брата. Как обычно. Мама всегда уделяла Тайро намного больше времени. Взглянув на ладошки брата, которому вскоре должно было исполниться восемь, он понял: этот хлопок был попыткой использовать первозданную магию.

– Если у него нет способности к магии, зачем учить? – пробурчал Райко и прошел в узорную беседку, упал на скамейку и скрестил руки на груди.

– Я еще лучше тебя буду владеть первозданной магией! – вскрикнул Тайро и обиженно надул губы, тут же посмотрев на маму.

– Конечно, милый. – Матушка погладила брата по голове и улыбнулась.

– Этого никогда не будет! – возразил Райко. – Потому что я наследник, я старший сын!

– И что, – обиженно протянул Тайро, – может я тоже смогу.

– Нет, не сможешь, у меня белые крылья, только у наследника, у прямого наследника и старшего сына вождя белые крылья. Это отличие преемника. У тебя их нет! – со злостью говорил он.

– Райко! – отдернула его мать. – Нельзя так, он еще маленький.

– В восемь лет отец уже заставил меня пройти испытание огня, так что он уже не ребенок, мама. Почему его не тренируют?

– Потому что у него слабая магия и он не наследник, – спокойно сказала мать и позвала его рукой к себе. Тайро с широкой улыбкой подбежал, сел рядом, и она прижала его к себе. – На тебя возложена большая ответственность, поэтому отец требует с тебя больше, чем с него.

– Будто сам отец несет эту ответственность, – тихо пробурчал Райко и отвернулся.

Солнце почти полностью скрылось за горами, но его лучи все еще пытались освещать склоны.

– О чем ты говоришь? – Лицо матери исказилось. Некогда спокойное, можно сказать идеальное лицо с чуть пухлыми алыми губами, ореховыми и чуть бордовыми глазами стало беспокойным.

– Я сегодня слышал, что у отца была девушка в молодости. – Он прикусил губу. – Человек! Один из сановников обсуждал это с гостями, а как увидели меня, все сразу замолчали.

– Это так, – выдохнула мать и поправила длинные каштановые волосы, убрав их за спину. – Это было его ошибкой, и он…

– Что он? Он постоянно говорил, что люди могут только разрушать, что им нельзя верить, что их души давно разъела жадность и корысть, они не способны сострадать и любить.

– Да, но когда он узнал, что она беременна, все прекратил. Девушка умерла при родах, ибо человек не может родить фойтийца. Ребенок тоже скончался. Поэтому белые крылья у тебя и потому именно ты наследник.

– Ты хочешь сказать, что… – Голос Райко дрогнул.

– Как ты знаешь, мы можем делиться крыльями с людьми. Дав им перо со своих, мы позволяем им на короткое время приобрести возможность почувствовать себя крылатым народом и вдохнуть свободу. Твой отец также передал перо своей девушке. У них так же, как и у нас, цвет крыльев зависит не от наследственности и предков, а от состояния души, внутренней энергии…

– Но у нас одинаковые, – пролепетал Тайро, почти засыпая на руках матери.

– Конечно, одинаковые, ведь ты совсем как я, – с широкой улыбкой проговорила она и поцеловала Тайро в лоб.

– Что было дальше? – с нетерпением спросил Райко, не желая смотреть на нежности матери с младшим братом.

– У нее были разноцветные крылья. Свой цвет и пятна белого. У нее был наследник Фойтии, и если бы он родился, то на престол бы взошел полукровка.

– И он просто так оставил ее, даже не подумав исправить свою ошибку? А если бы ее ребенок выжил?

– Не выжил бы. Ни она, ни он. Такие союзы невозможны, поэтому он так наседает на тебя с выбором невесты.

Райко перевел взгляд на Тайро, который прижимался к матери и время от времени поглядывал на брата. Она аккуратно прикрыла его своими величественными темными крыльями с алым отливом и улыбалась. По этой улыбке было видно, как сильно она его любит, как дорожит каждым его вздохом. Райко стало интересно: а смотрела ли мать так когда-либо на него.

– Кого бы ты посоветовала в невесты? – спросил он уже более спокойно.

– Аннору, – недолго думая, ответила мать.

– Потому что ее зовут так же, как тебя? – Райко расплылся в улыбке.

– Зато народ точно случайно не ошибется, когда я умру, – шутила матушка, но от этой шутки по спине Райко пробежался холодный пот.

– Мам, – одернул он ее, не желая даже в шутку думать об этом.

– Иди сюда, – позвала она его