Песнь сердца и пепла - Анастасия Левальд

Тайро. Страх усиливался, будто она вновь попала на балкон, объятый пламенем. Словно все, что она испытала, только сейчас накрывало с головой. Аксонис и отец погибли. Юфеймиос истощен. Мир стоит на грани хаоса. Слезы скатывались с ее щек, в душе разгоралось пламя, и единственным лучиком надежды, держащим ее, был Тайро. Она заметила его на ветке, нависающей над водной гладью. Он сидел и смотрел вниз, будто полностью погруженный в свои мысли, не обращая внимания на окружающее. Легкая волна облегчения подарила спасительный вздох воздуха – он жив.

– Тайро! – прокричала Авила и, как только подбежала к берегу, залезла на ветку. Положила руку ему на плечо, страшась того, что он лишь иллюзия. Ей хотелось убедиться, что он реальность.

Авила теперь понимала: это то, чего желают ее душа и сердце, – быть рядом с ним. Да, она уже дала ответ отцу, она дала согласие на принятие короны и наследия своего рода, это согласие стало посмертным обещанием. Она пошла на условия с Атреем, она видела, насколько ее народ нуждается в ней, у них больше не осталось никого, на кого можно было смотреть как на лидера Аксохола. Но сейчас, рядом с Тайро, Авила понимала, что не сможет отказаться от него. Он стал слишком важной частью ее жизни, и лишиться его означало лишиться себя, своей жизни, своего пути. Сейчас отречение от престола в пользу кого-то из ставленников Атрея показалось наилучшим решением.

– Ты очнулась, – грустно улыбнулся он, и, если бы не глаза, в которых читались искренняя радость и любовь, она бы решила, что он огорчен. Он тут же обнял Авилу, прижал к себе, скрывая свое лицо среди ее запутанных и лохматых волос. Она почувствовала, как с его щеки скатилась одинокая слеза.

– Как ты? – тихим шепотом спросила Авила, обняв его в ответ.

– Благодаря тебе я все еще владею магией. – Тайро прижимал ее к себе настолько крепко, будто и сам боялся открыть глаза и понять, что Авила – лишь плод его воображения. – Я не перестаю поражаться тебе. – Он еле ощутимо сглотнул, словно что-то мешало ему говорить. – И восхищаться.

– Чем восхищаться? Я не смогла ничего предотвратить!

– Ты подчинила себе воду, хотя раньше никогда не делала этого. – Тайро отстранился и взял ее руку в свою. – Ты дала людям надежду. Тебе удалось спасти многих, хоть жертвы и были неизбежны.

Авила нервно сглотнула. Глаза наливались слезами, и теперь, как бы она ни пыталась сдерживаться, ее боль вырывалась наружу. Она ощущала себя одной против целого мира, ей хотелось, чтобы рядом всегда стоял Тайро, но она раз за разом вспоминала его бездействие против Райко, и становилось страшно. Почему он не остановил его и дал ее отцу умереть? Почему он не помогает Юфеймиосу лечить народ? Он же может!

– Твоя магия вернулась полностью? – тихо спросила Авила. Ей хотелось услышать причины, узнать, что движет Тайро и заставляет его медлить. Нелюбовь к людям? Он все-таки хочет их погибели?

– Пока что я не могу ею пользоваться, – пожал он плечами. – Нужно подождать. Юфеймиосу приходится выкладываться одному, помогая людям.

– Почему не можешь? – взволнованно спросила Авила. Она была рада ответу, однако теперь переживала, что ранения обернулись слишком серьезными последствиями. Она пыталась заглянуть ему за спину и увидеть, все ли хорошо с крыльями.

– С ними все хорошо, – кивнул он, – надо только восстановиться. Лучше скажи, все ли с тобой в порядке? Ты отдала мне слишком много жизненных сил.

Авила разрыдалась, утирая руками слезы. Только сейчас она дала волю своим чувствам, чего не могла позволить при Атрее и не хотела даже при Тайро, но сил сдерживать все в себе больше не оставалось.

– Что мне делать, я не знаю. Я подвела народ, я не умею подчинять себе эфир, меня хватает на пару секунд, не более. Я не знаю, как вернуть драконов и сохранить магию, я не умею руководить и совершенно ничего не понимаю в политике, Атрей мне не доверяет и…

– Стой, тише. – Тайро положил руки на плечи Авилы и немного потряс. – Во-первых, ты можешь! Во-вторых, я всегда буду рядом. Вместе мы точно придумаем, что делать.

– Но ты же не хочешь помогать, – всхлипывая, говорила Авила. Она не могла выкинуть из головы его бездействие и его, как ей казалось, полное равнодушие к творящемуся вокруг хаосу во время нападения Райко.

– Я не хотел помогать твоему отцу, – протянул он и о чем-то задумался.

Авила долго смотрела на него, но не могла понять, что занимало его мысли. Он медленно опустил руки и повернулся к воде, словно увидел там нечто способное ответить на его вопросы.

– Почему тогда ты ничего не сделал? – шепотом, боясь спрашивать прямо, проговорила она и слегка наклонилась.

– Я не мог поднять руку на брата, – скованно ответил он. – Я не хотел вступать в этот бой. Думал, что если он выпустит пар на мне, то успокоится, но этого не случилось. Я ошибся. Он слишком поглощен своей местью, не смог остановиться даже тогда, когда чуть не лишил меня крыльев.

– И что ты решил? – сквозь тяжелый ком в горле спросила Авила.

– Мне придется выступить против него. Подавить в себе чувства и ответить насилием на насилие, иначе я потеряю тех, кто мне дорог, включая Райко.

– Ты поможешь мне? – Авила задала свой главный вопрос. Она ощущала себя среди холода в полном одиночестве, и ей важно было понимать, что Тайро встанет рядом с ней. Он пойдет против брата не потому, что считал, что его нужно остановить, а потому, что это спасет ее. И пойдет против Зена не из-за политической выгоды или интересов власти, а потому, что против него пойдет она.

– Да, – чуть улыбнувшись, будто озарясь новой надеждой, ответил Тайро. – Я понял, о чем говорил твой отец и остальные, но они неправильно трактовали написанное в свитках отца, – вздохнул он. – Если бы Райко подсказал, было бы здорово, он лучше знает, что несут в себе сказания о драконах.

– Драконы – это одна проблема. В столице сидит предатель, который не даст мне занять трон.

– Сначала нам нужно восстановиться и, – Тайро сделал паузу, – я должен забрать Зару из леса. Пока она за барьером, ей ничего не угрожает, но он не вечен. Дальше мы найдем ответы на вопросы с драконами. Они главный ключ к твоему трону.

– Ты два дня не был дома. Зара, наверное, переживает.

– Она знает, что делать. Такое уже бывало на сложных заданиях.

– Хорошо, – кивнула она. – Атрей сказал, что Зен не станет сидеть и ждать,