Ничего мне не обещай - Меган Брэнди

Сейчас она кажется еще дальше, чем раньше. Ее путь ведет ее в другую сторону.

Я бы все отдал, чтобы вернуть Пейтон обратно.

Вот такая реальность.

У меня была мечта, но она изменилась.

Дело больше не во мне и не в том, чего я хочу.

А может, так оно и есть.

Мне больше не нужен один билет на вершину.

Я хочу три.

Пейтон

Я крепко обнимаю своих подруг и улыбаюсь, когда Кэмерон, Ари и Пейдж по очереди осыпают Дитона поцелуями и обещают скоро увидеться с ним. Кэмерон обходит машину, а я смотрю на Пейдж, которая начинает разговор.

– Пообедаем, когда я вернусь проверить студию через несколько дней? – спрашивает она, закрывая дверцу машины и прислоняясь к открытому окну.

– Не могу дождаться, – отвечаю я с улыбкой.

Она улыбается в ответ, откидывается на спинку сиденья и опускает взгляд на свой телефон.

Ари подходит ко мне и нежно обнимает.

– Я люблю тебя, девочка. Помни, ты всегда можешь позвонить мне, если захочешь поговорить.

Я сглатываю и заставляю себя улыбнуться, когда она отстраняется.

– Дашь нам знать, что ты вернулась целой и невредимой?

Она мгновение смотрит на меня, затем кивает, и на ее губах появляется улыбка.

– Ладно. Мы уходим.

Я машу им на прощание и отворачиваюсь, пока они прощаются с Кенрой.

Затем я направляюсь прямиком в свою комнату, плюхаюсь на кровать и усаживаю Дитона рядом с собой.

– Теперь мы можем спать целую неделю, мистер? – смеясь, спрашиваю я, щекоча его. Он утыкается лицом в подушку и извивается всем своим маленьким телом.

Легкий стук в дверь заставляет меня поднять глаза и увидеть стоящую там Кэмерон.

– Привет, – говорю я, слегка нахмурив брови.

– Привет, – отвечает она, медленно входя в комнату. Но когда она быстро оглядывается через плечо, мое сердце сжимается от тревоги.

– Послушайте, вы знаете, что мы любим вас, ребята, но Мейсона мы тоже любим, – начинает она.

Тревога нарастает, и я чувствую, как перехватывает горло от такого намека.

– Кэм… – пытаюсь я начать лгать, но она качает головой.

– Что, черт возьми, случилось, Пейтон? Он был на седьмом небе от счастья, когда мы вернулись на весенний семестр, а потом наступило лето, и внезапно он стал другим. Так что же произошло? И не говори, что ты не знаешь или это не имеет к тебе отношения. Это так. Я видела это еще в ноябре, до рождения Дитона, и вижу сейчас.

Что-то произошло между вами, когда он вернулся домой с травмой, не так ли?

На мои глаза наворачиваются слезы, а ее глаза широко распахиваются.

– Я так и знала! – восклицает она с хмурым видом. – Он влюблен в тебя, не так ли?

– Кэмерон, пожалуйста, – умоляю я шепотом. – Ты не можешь никому рассказать. Это… сложно.

С ее губ слетает вздох облегчения, и она бросается вперед, падая на кровать рядом со мной.

– Он любит тебя, а ты разбила ему сердце.

Мои мышцы напрягаются, и я ожидаю, что она будет кричать на меня. Поэтому я в полном шоке, когда она крепко обнимает меня и прижимает к своей груди.

– Я никогда не хотела причинить ему боль, – признаюсь я, отстраняясь и проводя рукой по вьющимся волосам Дитона. – Просто, – я сглатываю, – так много поставлено на карту.

Когда я поднимаю взгляд на Кэмерон, на ее губах появляется сочувственная улыбка. Но слова, с которыми она уходит, не дают мне покоя.

– Я бы сказала, что вам есть что терять, – Она поднимается на ноги, сжимает мою руку, прежде чем отпустить ее. – Если ты зайдешь слишком далеко по этому пути, то так и будет.

Глава 25

Пейтон

Раньше, февраль

Теплые губы нежно касаются моей ключицы, и на моих губах расцветает улыбка. Я вытягиваю шею, чтобы он мог лучше поцеловать меня, и его губы нежно скользят по моей коже. Его волосы щекочут мое ухо, вызывая у меня легкий смешок.

Я поворачиваюсь на кровати, и он обнимает меня, крепко прижимая к себе.

– Пора просыпаться, Пейтон, – шепчет он.

– Ещё пять минут, – прошу я.

– Это только заставит тебя захотеть ещё пять, – отвечает он. – Давай, пора вставать.

Он тянет меня за руки, но я просто переплетаю свои пальцы с его, наслаждаясь теплом его тела.

Наконец, я открываю глаза и встречаюсь с идеальной парой карих глаз.

– Доброе утро, Дитон, – говорю я.

Его взгляд блуждает по сторонам, и голос становится тихим.

– Доброе утро, Пейтон.

– Я скучаю по тебе, – шепчу я. – Я не хочу, чтобы ты уходил.

– Я знаю, – он кивает, и его голос затихает. – Но сейчас уже пора вставать.

– Подожди. – Я сглатываю, протягивая руку, когда он начинает исчезать. – Подожди! – кричу я.

Я резко просыпаюсь на кровати и, моргая, оглядываю комнату, когда слышу тихий вскрик.

Я поворачиваюсь и улыбаюсь своему сыну, который лежит в люльке. Его большие голубые глаза широко открыты, а крошечные пальчики нежно касаются губ.

Тепло разливается по моему телу, и я проглатываю грусть, которую, кажется, всегда оставляют после себя мои сны. Но все равно каждую ночь я с нетерпением жду их, чтобы увидеть его лицо и услышать его голос.

– Кто-то рано проснулся, – бормочу я, наклоняясь и беря его на руки.

Дитон потягивается, выпячивая свою маленькую попку и поднимая крошечные ручки над головой, создавая самое очаровательное зрелище.

Раздаётся тихий стук в дверь, и появляется лицо моего брата.

– Привет! – говорит он, входя внутрь и проводя руками по кудрявым волосам Дитона. – Мне показалось, я кого-то услышал.

Я улыбаюсь, позволяя ему взять моего сына на руки, и встаю, чтобы собрать всё необходимое для его купания и разложить одежду, которую он наденет сегодня.

– Следующие пару дней я буду работать дома. Ты же знаешь, что всегда можешь оставить его здесь, со мной?

Я киваю, нахмурившись от выбора гардероба – или его отсутствия. В моей стопке пожертвований для беременных есть только спортивные штаны и две пары леггинсов, которые уже довольно сильно растянулись.

Вздохнув, я достаю пару джинсов из груды одежды для беременных и выбираю одну из старых футболок, которые Мейсон дал мне, когда уже ничего не налезало на мой живот. Сейчас, на третьем месяце после родов, мой живот всё ещё выглядит таким же раздутым, как и в день рождения Дитона. Ну, плюс-минус несколько дюймов.

– Я знаю, но детский сад – это привилегия стажировки.

– Это не значит, что ты обязана им пользоваться.

– Да, но это заставляет меня чувствовать, что я… я не знаю, все делаю сама, понимаешь?