Запрет на истинность - Светлана Томская

касаюсь её языком. Ответный стон становится мне наградой. Обхватываю руками могучий торс, прохожусь ноготками между лопаток. Впитываю дрожь огромного тела. Спускаюсь ниже до ямочек на пояснице. Это так восхитительно чувствовать свою власть над сильным мужчиной.

Но долго своевольничать мне не дают.

Нетерпеливый рык. И снова его руки проходятся по всему телу, губы и язык, ласкают самые чувствительные места. Волна за волной затапливает моё тело. И каждая следующая волна всё выше.

Боль, пронзившая меня и заставившая вскрикнуть, почти сразу же размывается океаном новых ощущений. Медленно дюйм за дюймом мужчина заполняет меня. Сердце на грани разрыва. Но он отступает, и у меня появляется ощущение потери.

«Не уходи», — шепчут губы, и я со стоном подаюсь вслед за ним.

Любимый возвращается. Толчки становятся глубже и быстрее. Обжигающие нити пронизывают каждую клеточку. Спазмы плавят внутренности. Выгибаюсь, ловя в себе последнее мощное движение. Вибрация, общая одна на двоих. А потом одновременно снаружи и изнутри приходит нечто сокрушающее последние преграды. На целую вечность мы зависаем над бездной. Мощный взрыв разносит нас на осколки. В пустоте разноцветной спиралью сплетаются наши стихии. Они часть нас. Мы часть их.

Мы остаёмся сами собой, но одновременно становимся чем-то новым, двумя половинками единого целого.

Эпилог

Арка на входе в храм загорелась снова. И на этот раз ни у кого не было сомнений в нашей истинности.

Или были?

Райлинг донесла до моих ушей взволнованный шёпот моей мамы:

— Я до последнего боялась, что это какая-то ошибка.

— Драконы не ошибаются, — ответил ей тихий голос Лиссы. — Теперь я это точно знаю.

* * *

После свадьбы мы с Эйнаром вернулись в Академию, и я всё-таки довела до ума работу над курсовым проектом. Получился неплохой артефакт балансировщик. Эйнар мне охотно помогал.

Новый прибор, встроенный в щит, способен нейтрализовать любые магические заряды и сейчас такие щиты активно создают для императорской армии.

Первое время я немного переживала, понимая, что моя работа едва ли будет иметь практическую ценность. У Империи не осталось врагов.

Ко времени окончания Академии с последним мятежным шаманом чампов отец Эйнара уже расправился. Все кочевые племена предупреждены Верховным вождём, что нападения на соседей теперь будут караться смертью. Заставы на границах с Чампией остались чисто номинально. Ни Роану, ни его верному хольду Кэртису больше не придётся защищать наши земли от набегов.

— Когда вы с Ро ещё не родились, — сказал мне отец, — Алия намекнула, что одному из вас трёхстихийных драконов суждено стать оружием, которое положит конец вражде между нашими народами. И я думал, что это сделает сын. Так, впрочем, и было: Роан достойно бился с чампами. Но, как оказалось, твой брак, стал более действенным средством, чем любое оружие. Пути Асхара неисповедимы.

— Значит, мой артефакт теперь никому не нужен? — Я всё ещё не могу смириться с поражением.

— Не смеши меня, дочка. — Качает головой отец. — Войны никогда не прекращаются, они могут быть близко или далеко. Но они есть всегда. Мы ничего не знаем о тех людях, которые живут за морем. У нас напряжённые отношения с северянами. Так что, к сожалению, твой артефакт может понадобиться раньше, чем ты думаешь.

Стыдно сказать, но я испытала радость при мысли о том, что столько лет трудилась не впустую.

* * *

Прошло два года. Мы с Эйнаром закончили Академию.

Огромный золотистый дракон, качнув крыльями, начинает снижаться. И моя Райлинг следует за ним.

Эйнар рассказал мне, что в традиции его семьи сначала обозревать родовую крепость чампов с вершины холма, а уже потом въезжать через ворота. Традиция началась с Лиссы, когда отец Эйнара привёз из Хорнии молодую жену. В то время драконов стихии Земли ещё не было, и миновать холм, через который переваливала дорога, ведущая к крепости, было невозможно. Сейчас же это показалось мне всего лишь необязательной данью прошлому. Дракон мог, перелетев и холм, и крепостную стену просто приземлиться в центре крепости. Со слов Эйнара там была специально оборудованная площадка, но что-то шепнуло мне, что для моего мужа важно поступить именно так: показать мне мой будущий дом с того места, откуда Роутег показывал Лиссе.

На вершине холма Эйнар совершает оборот. Зависаю над ним раскинув крылья, а потом Райлинг уступает тело мне. И я с небольшой высоты падаю в руки мужа. Этот парный оборот у нас отработан до мелочей и доставляет нам обоим удовольствие.

Правда, на этот раз Эйнар хмурится:

— Айри, разве я не просил тебя, временно отказаться от прыжков?

— Но ты же меня поймал.

— Сотрясение всё равно слишком сильное.

Отмахиваюсь.

— Беременность не болезнь, тем более срок ещё маленький.

Я произношу это всё легкомысленным тоном, что кое-кому не нравится.

— Айр-ри, — издаёт мой муж раздражённый рык.

Его драконище тоже недоволен.

— Ну хорошо, — миролюбиво соглашаюсь я. — Пусть это был последний раз. Временно, разумеется, только пока не родится сын.

Эйнар ещё некоторое время испытующе смотрит мне в глаза, но я кладу ладошку ему на предплечье, и он расслабляется.

Всё это время мы стоим на вершине холма, и Эйнар своими широченными плечами перекрывает мне обзор.

— Ну что ж, Айри, знакомься. — Муж отступает в сторону, открывая мне вид на мой новый дом.

Я невольно подаюсь вперёд. У меня дыхание перехватывает при виде величественного сооружения.

Передо мной пять высоченных башен, соединённых пятью стенами в одну огромную крепость. Две сторожевые башни поменьше — на въезде. Всё это строение смотрится массивно и основательно, как и сами хозяева этой земли. Сейчас, когда небо затянуто тучами, крепость выглядит мрачновато, но она именно такая, какой должна быть. Не представляю своего мужа владельцем роскошного дворца с ажурными украшениями на фасаде.

С вершины холма видно, что каждая стена представляет собой длинное здание от башни до башни. Это жилые помещения. Одна башня плюс одна стена — это чьи-то владения.

— Справа от ворот, — объясняет Эйнар, — первая стена и первая башня принадлежат семье Токелы. Его сейчас нет в крепости. Затем владения моих родителей. Центральная часть принадлежала когда-то старшему брату отца. Сейчас там живут Асвер и Мира. Правда, Асвер чаще в рейдах, чем дома. Наша с тобой башня вторая слева и вон та часть стены от неё до центральной башни. Ну а пятая пока свободна.

Эйнар обнимает меня и по-хозяйски поглаживает мой уже заметно округлившийся живот.

И в этот момент солнечный луч, прорвавшийся сквозь облачную завесу, падает на вершину величественного строения в центре крепости. Я ахаю от восхищения. Пятиугольная