Бывшая жена дракона. Право на сына - Северина Рэй

– Что, радуешься? – прошипела она, с силой сжав мое предплечье.

Я убрала ее пальцы, не почувствовав ощутимого сопротивления. В последние месяцы я настолько срослась со своей силой, что уже давно перестала быть физически слабой человечкой.

– Это праздник моего сына, Аиша, конечно, радуюсь.

Она замолчала, явно ожидала от меня ответной грубости, но я была в хорошем расположении духа. А она всё искала, к чему прикопаться.

– И зачем ты меня позвала? Поглумиться?

– Ты моя семья, Аиша, как бы мне ни хотелось, чтобы это было неправдой. У нас с тобой один отец, а твоя дочь – моя племянница.

Последние слова вдруг подействовали на нее не так, как я предполагала.

– Моя дочь… Как она? Ты ее видела?

Несмотря на браваду, ее глаза вдруг наполнились слезами, и я увидела те эмоции, которые она усиленно пыталась от меня скрыть. Она сколько угодно может ненавидеть всех вокруг, но ее чувства к собственному дитя – то, чем обладает даже она.

– Я не видела ее, Аиша, но слышала, что семья, в которой она воспитывается – души в ней не чает. Отец позаботился и отдал ее в любящую бездетную семью. Тебе не о чем переживать.

– Никто не говорит мне, кто они.

– Может, это и к лучшему? Ты не сможешь взять ее на воспитание и лишь душу разбередишь, если расскажешь ей, что ее родители ей не родные.

Аиша опустила голову, явно признавая мою правоту, но я видела и ее стиснутые кулаки, которые явно демонстрировали ее злость.

– Всегда тебя за это ненавидела, – вдруг усмехнулась она и подняла на меня больной взгляд. – Как бы тебя ни тюкали, как бы не опускали, ты всегда поднималась с колен и шла с гордо поднятой головой. Вся грязь просто слетала с тебя прочь, словно ты не человек вовсе.

– Я и не человек, – ответила я флегматично.

Ее слова и гнев меня больше не беспокоили, и я слушала ее излияния без каких бы то ни было негативных эмоций.

– Ты не заслуживаешь моего подарка, Дарина, но отец поставил мне условие, при котором разрешит мне снова пользоваться семейными деньгами, – вдруг сказала Аиша, когда я уже собиралась заканчивать разговор и уходить.

– И что за условие?

Мне стало любопытно, и я замерла, решив дослушать всё, что она мне скажет, до конца.

– Я всегда знала, что моя дочь не от лорда Ардена, – нехотя произнесла она наконец, и я видела, насколько тяжело ей было сознаваться.

– Ты, конечно, женщина, но даже ты не могла быть в этом уверена до родов.

– Нет. Я это точно знала. Знала, что забеременела от Бейрута, больше не от кого было, – буквально выплюнула Аиша, явно не желая в этом сознаваться, а затем развернулась и ушла, будто за ней гналось пламя огня.

Я еще долго смотрела ей вслед и пыталась понять, что она имела в виду, и причем тут ее подарок на торжество. А когда осознала, последовал истерический смех.

Мне бы догнать ее и спросить, как она задурила голову Ардену настолько, что он даже не помнил, что не спал с ней, но я знала ответ на этот вопрос.

Только одна женщина знала о ее любви к Бейруту. Леди Римма.

Поразмыслив, я не стала ворошить прошлое и просто двинулась обратно, к пиршеству, которое продолжалось в саду и было в самом разгаре.

Кульминацией праздника было выступление девушек-метов, принимавших формы змей и разных животных, а в центре стоял Мир, наблюдавший за способностями своей расы с восхищением.

Это был его день, когда многие меты ждали, проявит ли он свою силу в два года. Ранний возраст, но солнечные метаморфы зачастую нарушали всяческие законы магии и пробуждали свои силы гораздо раньше остальных.

С тех пор как Империя осадила Арьялу, существование метаморфов перестало скрываться от обычных горожан, и хоть мы особо и не афишировали себя, но и нужды таиться больше не было, так что все присутствующие знали, кто такой Мир и кем он станет в будущем.

Когда выступление подходило к концу, я уже было думала, что ничего не произойдет, но Мир вдруг провел ладошкой перед собой, а затем его рука стала трансформироваться в огонь, и он испугался, опустил ее. Вокруг царила тишина, так как стихийные обороты были довольно редким явлением, которое встречалось не у каждого солнечника. Многие гости и вовсе не поняли, что произошло, но меты начали хлопать, а затем танцовщицы завершили танец, прикрыв моего сына от чужих взглядом своими телами.

Лишь меты увидели, что мой Мир – стихийный метаморф, который будет способен не только превращать части своего тела в огонь, воду или песок, но и полностью мимикрировать под местность, имитируя природные явления.

Среди присутствующих гостей находился и Бейрут, и когда наши с ним взгляды встретились, он мне подмигнул, вызывая у меня не то изжогу, не то гнев, но я твердо решила привлечь любых учителей для сына, которые способны будут его учить, лишь бы не обращаться за помощью к своему дальнему родичу. Пусть в его предках и затесался солнечный метаморф, но его матерью была из лунных, с которыми мой род никогда особо не ладил. И он не тот мет, которому я доверю будущее своего сына.

– Вы выглядите уставшей, но такой счастливой, моя леди, – вдруг прозвучал сзади меня голос Ханны.

Когда война закончилась, и я вернулась из столицы в этот особняк, то первым делом написала отцу, чтобы он прислал мне Ханну. Я не знала, где она, но надеялась, что отцу удалось позаботиться обо всех своих слугах, и оказалась права.

В скором времени Ханна снова стала частью моей жизни, будучи нянечкой Мира, к которой он тянулся почти так же сильно, как ко мне.

– Всё благодаря тебе, Ханна. Именно ты всегда была со мной все эти годы и никогда меня не бросала. Ты не представляешь, как я тебе благодарна.

Я растрогалась, увидев, как на глаза Ханны навернулись слезы, а затем обняла ее. Обычно в обществе так не принято – чтобы господа обнимали слуг, но Ханна всегда была для меня не просто служанкой. Она заменила мне мать.

– Надеюсь, что вы обретете свое женское счастье, моя леди, – сказала Ханна, а после внезапно шепнула мне