Пленница разбойников - Джейд Р. Эванс

— Расслабься, это был гребаный комплимент, — бурчит он. — Не надо вола вертеть, Лэкленд. — Затем он снова переводит тяжелый взгляд на меня: — Переведи дух. Поешь чего-нибудь, попей воды. И жду тебя наверху, как только будешь готова.

— Хорошо, — я наконец принимаю вертикальное положение, полностью одетая и успевшая вернуть себе остатки самообладания. Я смотрю Эл-Джею прямо в глаза, твердо и непоколебимо.

Ты меня не напугаешь, ублюдок.

— Вот и славно, — бросает он. Затем переводит взгляд на насупившегося Роба: — Да не дергайся ты. Я ее пальцем не трону.

И, возможно, мне это просто мерещится от общего переизбытка адреналина, но в том, как именно он произносит эту фразу, слышится что-то странное. Кое-что такое, чего я пока никак не могу взять в толк.

Глава двадцать пятая



Спальня Эл-Джея — одно название. В дальнем углу из-за ширмы в японском стиле виднеются кровать и тумбочка, но в остальном это самый настоящий спортзал.

Просторное помещение заливает свет из панорамных окон от пола до потолка. Вдоль одной стены тянутся зеркала, в которых отражается внушительный арсенал снарядов, аккуратно расставленных по полированному паркету: гладкая беговая дорожка, стойка со свободными весами, силовая рама и штанга. На одной из поперечных балок слегка покачиваются подвешенные в ряд, готовые принимать удары тяжелые груши.

И, конечно, главный элемент: помост с мягким покрытием, окруженный кучей тренировочных средств — скоростными грушами, координационными лестницами и борцовскими манекенами с сердитыми гримасами на резиновых лицах.

Здесь вовсю пахнет потом и упорством. Я стою, неловко переминаясь с ноги на ногу. Позавтракав, приняв душ и влив в себя тонну кофе, я переоделась в самый спортивный наряд, какой только удалось выудить из сумок от Джека: черный спортивный топ и темно-синие леггинсы. Каприза ради заплела волосы в два французских колоска. Похоже, этот вид забавляет Эл-Джея. Он идет через зал мне навстречу.

— Миленько, — говорит он, щелкая по кончику косы.

Я отбиваюсь.

— Девчонки из UFC так ходят, ясно? Думаю, они знают, что делают.

Он хмыкает, и под облегающей черной майкой перекатываются мышцы.

— Тут ты права.

Проходит мгновение, а вместе с ним исчезает и мое напряжение. Если мы и собирались обсудить то, что он, вообще-то, видел наш секс с Робом, время ушло. Сейчас Эл-Джей явно настроен только на дело.

— Идем, — говорит он, кивая на маты. — Обувь долой. Босиком.

Я скидываю кроссовки, стягиваю носки и спешу за ним. Он стоит как солдат на плацу: руки сцеплены за спиной в замке.

— Так, первое и самое главное, — произносит он тихим, ровным голосом. — Всегда верь инстинктам. Если кажется, что что-то не так, скорее всего, так и есть. Поняла?

Я киваю, пытаясь унять нервную дрожь в животе. Доверие инстинктам никогда не было моей сильной стороной, особенно теперь, когда все мои прежние знания о себе оказались ложью. Но когда передо мной стоит Эл-Джей, буквально излучающий уверенность, мне хочется верить.

— Что делать, если нападают? — спрашивает он. Резкость вопроса застает врасплох, но я держусь уверенно.

— Бить в яремную вену, — шучу я.

Эл-Джей не смеется.

— Неверно. Главное — никакой паники. Помни: ясная голова — твое лучшее оружие. Хаотичные взмахи рук и истерика лишь тратят энергию и время.

— Оу, — вырывается у меня. — Ладно. В этом есть смысл.

— Самооборону называют самообороной не просто так. Это не нападение. Это не ответная атака. Это обеспечение собственной безопасности, чтобы успеть сбежать. Не строй из себя героиню.

— Не строить из себя героиню, — повторяю я.

Это вызывает у него короткий смешок. Он расслабляется и делает шаг, затем второй, обходя меня по кругу.

— Не трать силы на то, чтобы полностью вырубить противника. Без обид, Принцесса, но силой ты никого не задавишь.

— Я и не обижаюсь, — отзываюсь я. — Так что…

Вспышка, и не успеваю я и договорить, как он бросается на меня. Одно молниеносное движение, и его локоть захватывает шею, другой рукой он заламывает мне правую руку за спину.

— А-а!

Он силен, бесспорно, это чистая мощь в действии. Колени с глухим стуком врезаются в мат, когда Эл-Джей прижимает меня к полу. Но стоит мне упасть, как он тут же отпускает.

— Видишь? — говорит он, возвышаясь надо мной. — А я ведь почти не старался.

Я сердито смотрю на него снизу вверх, растирая шею.

— Я поняла, — резко бросаю я. — Ты доказал свою правоту. И что мне делать?

Эл-Джей протягивает теплую, крепкую ладонь. Я хватаюсь за нее, и он рывком поднимает меня на ноги.

— Держи дистанцию, — произносит он. — Это первый шаг. Всегда старайся увеличивать пространство между собой и нападающим. Тебя невозможно схватить, если к тебе нельзя приблизиться.

Я киваю.

— Логично.

— Дальше, — командует он. — Бей по уязвимым местам. Глаза, нос, горло. Подойдет все, что выведет нападающего из строя достаточно надолго, чтобы успеть сделать ноги.

Он демонстрирует простой прямой удар — движения плавные, аккуратные. Затем шагает ко мне.

— Вот так, — говорит он, направляя мою руку. — Локоть прижат, целься четко в центр мишени.

Я повторяю за ним и чувствую прилив удовлетворения, когда он одобряюще кивает.

— Хорошо, — произносит он, встречаясь со мной взглядом. — Теперь попробуем другое.

Он показывает, как правильно бить кулаком, вкладывая весь вес тела. Сперва я делаю все шиворот-навыворот: прячу большой палец внутрь кулака, слишком сильно кручу торсом, ставлю ноги чересчур близко, но после нескольких попыток и подсказок Эл-Джея дело начинает спориться. Он оказывается на удивление терпеливым, ведет меня через каждый шаг, пока движения не начинают казаться естественными.

— Хорошо, — повторяет он. — Теперь врежь мне.

Тут я пасую.

— Что?

— Врежь мне. Хочу посмотреть, на что ты способна.

— Я не хочу тебя бить, — протестую я.

Его губ касается редкая улыбка.

— Сильно сомневаюсь, — тихо бормочет он. — Очень сильно.

Я раздраженно упираю руки в бока. Вообще-то, это он меня терпеть не может. Как же задолбала его хренова драма.

— Почему ты меня ненавидишь? — спрашиваю я.

Вопрос звонко разносится по комнате-додзе, и в ответ воцаряется глухая тишина. Эл-Джей переминается с ноги на ногу, скрестив руки и избегая моего взгляда.

Наконец он поднимает глаза.

— Я тебя не ненавижу.

— Херня, — отрезаю я. — Ты точишь на меня зуб с самого моего появления. Ты не хочешь, чтобы я оставалась, тебе не нравится со мной возиться, ты ворчишь буквально на любое мое действие. Я устала от этого. Какого хера происходит?

На виске Эл-Джея дергается венка. Он цедит воздух сквозь зубы и тяжело выдыхает.

— Знаешь, как мы встретились