Эскорт для ведьмы - Вероника Гроссман

внимательно изучая ее лицо. – Может немного отдохнешь? Мы могли бы сыграть в карты или выпить вина. Выбор за тобой, – мужчина протянул руку и легким движением поправил прядь волос, упавшую ей на лоб. От неожиданного прикосновения Сабрина вздрогнула и отступила назад.

– Нет, спасибо. Я слишком устала, – ответила она, пытаясь сохранять спокойствие. Его поведение вызывало у нее неприятное чувство, граничащее со страхом. Сабрина еще раз вежливо извинилась и, оставив Паскаля одного, поспешила подняться в свою комнату. Он проводил ее взглядом, ухмыльнулся и вышел из замка.

Девушка откинула спутанные волосы, выпроводила Сесиль из комнаты и, обессиленная, опустилась на кровать. Одиночество и пустота новой волной нахлынули на нее. Она снова вспомнила жестокие слова Мартина, которые, словно ледяной душ, отрезвили ее зачарованные мысли. Сабрина провела рукой по соседней подушке. Как же ей не хватает Джека! Почему судьба разделила их? Неужели такова плата за ее необычный дар? Тогда она, не раздумывая, готова отдать его, чтобы стать обычным человеком. Вернуться в Новый Орлеан и продолжить жить, как все нормальные люди. Но, увы, это было не под силу даже такой сильной ведьме, как она. Сабрина тяжело вздохнула, уткнулась лицом в подушку и, слушая, как за окном дико завывает ветер, разрыдалась так, как никогда раньше.

Глава 28

Спасательная Операция

Я с непонятным выражением лица изучал таблицу вылетов в аэропорту Нового Орлеана и безмолвно молился, чтобы хотя бы этот рейс не отменили. Прошло целых четыре дня с момента исчезновения Сабрины, а мы все еще торчали в Штатах, пытаясь поймать погоду и время вылета так, чтобы мои новоиспеченные друзья-вампиры смогли беспрепятственно сесть в самолет, не привлекая к себе лишнего внимания. Все мои попытки улететь одному категорически пресекались. Все словно сговорились! Мало того, что мой паспорт загадочным образом исчез из моего поля зрения, так еще и отец утверждал, что я просто не имею права так с ним поступать. Ведь я же, в конце концов, его единственный сын, а значит, он поедет со мной. А мама… Мама периодически впадала в истерику. С тех пор, как она узнала о том, кем стал Эрик, она практически все время пребывала в полуистеричном состоянии. Дерэк то и дело покрывался синяками, списывая это на нервы из-за боязни не успеть к началу карнавала, Бренда всячески его успокаивала и пыталась руководить так называемой «Спасательной операцией». Эрик не подавал признаков жизни. Он лишь изредка театрально закатывал глаза и непонятно зачем таскал шоколадки у Бренды. Рэни сохраняла хладнокровное спокойствие. Алекс и Мишель пытались убедить меня в том, что пока бояться нечего. А я всерьез начал опасаться, что еще немного и я просто свихнусь в этом дурдоме.

– Может, хватит уже бегать вокруг меня? – раздраженно рявкнул я в адрес Бренды, которая, словно волчок, описывала вокруг меня круги. Девчонка скорчила недовольную рожицу и умчалась в неизвестном направлении. Мне повезло. До самого приземления в аэропорту Шарля де Голля меня оставили в покое, и я остался один на один со своими мрачными мыслями.

Сразу после приземления в Париже все с быстротой молнии ломанулись в гостиницу на улице Фобур Сент-Оноре. Отсыпаться и приводить себя в более или менее божеский вид. Мне же на свой внешний вид было абсолютно плевать. Поэтому я молча бродил по комнате, снова и снова прокручивая в голове все возможные сценарии неизбежной встречи с Мари. Внезапно в комнате появились Алекс и Эрик. Они дружно высказали все, что обо мне думали, и заставили меня побриться и поесть. Погода стояла прекрасная. Лучше не пожелаешь. Естественно, в переносном смысле этого слова. Серое, затянутое рваными черными тучами небо, мокрый снег и пронизывающий до самых костей ветер. Ни намека на солнце или хотя бы на его существование не было. Вампиры ликовали. Ведь такая мерзкая погода означала то, что они могут беспрепятственно выйти на улицу. Правда, трясясь от страха, что наше светило все-таки соизволит внезапно появиться и ослепить их. Признаюсь, видя их нерешительность и испуг, я в тайне бессовестно злорадствовал. Причем делал это от души.

«Гардия» оказался настолько любезен, что предоставил в наше распоряжение несколько служебных автомобилей, за что я был искренне благодарен ордену. Дорога до Иль-де-Франс была недолгой, но мне должно было хватить времени для размышлений о дальнейших действиях. Алекс настаивал на том, что нам просто необходимо составить план. Эрик и Рэни его в этом поддерживали. Мишель молчала и не показывалась, а Дерэк и Бренда ехали в другой машине, лишив нас удовольствия от общения с ними. Настроение, как впрочем и всю прошлую неделю, было отвратительным. Разговаривать не хотелось, слушать кого-либо – тем более. Я откинулся на сиденье, закрыл глаза, отключился от внешнего мира и задремал. Не могу точно сказать, сколько времени прошло, когда Эрик разбудил меня.

– Просыпайся, – донесся до меня голос друга. – Почти приехали.

Я разлепил глаза и выглянул в окно. Бесконечно пасмурное небо, не сулившее ничего хорошего. Лес, погруженный в глубокий зимний сон под толстым слоем снега, сквозь который едва проглядывала неровная, покрытая изморозью дорога. Машина то и дело подпрыгивала и кренилась из стороны в сторону, угрожая выплеснуть содержимое наших желудков наружу. Через несколько минут автомобиль свернул вправо, и нашему взору открылась широкая дорога, уходящая далеко за линию горизонта. И уже через десять минуть перед нами возник огромный старинный замок, поражающий своей массивностью и величественным видом.

– Обалдеть! – присвистнул Эрик. – И чего ты оттуда сбежала? Неужели так плохо кормили? – спросил он у притихшей Рэни.

Девушка ядовито улыбнулась и снова уставилась в окно. Через пять минут Эрик припарковал машину около искусно кованых высоких ворот, украшенных огромной филигранной буквой «М».

– Вот и логово де Маншанд, – прошептал вампир и решительно вышел из машины. Мы с Рэни тут же последовали его примеру.

– Ну и что будем делать дальше? – спросила подбежавшая Бренда. – Джек, что дальше?

– Мари нет в замке, – тихо прошептал Дерэк. Все моментально уставились на него. – Ее нет. Еще позавчера она уехала в Париж.

Мы все переглянулись, не веря своим ушам. О таком счастье мы даже и мечтать не могли. И уже морально готовились к тому, что нас успеют перебить еще до того, как мы переступим порог этого «гостеприимного» дома.

– Нужно попасть внутрь, – наконец выдавил я. – Надо придумать, как…

Рэни закатила глаза