Таль 12. Время перемен - Наталья Анатольевна Егорова

Ох и лица у дежуривших в коридоре гвардейцев были, когда мы оттуда с их командиром появились, да еще и не входя перед этим. В другой ситуации я бы не преминула слегка над ними подшутить, благо обоих уже неплохо знала, но сейчас было не до этого. По коридорам мы шли столь стремительно, что встреченные придворные норовили прижаться к стенам.

— Велиар, а если о том, кто под видом мальчишки-сироты у вас в ординарцах служит, вы не знали, почему вообще обратились именно ко мне? Вы только не подумайте, я нисколько не против. Просто любопытно, — на ходу поинтересовалась я.

— Как я уже говорил, своим людям я привык доверять, поэтому получил разрешение встретиться с Трием, чтобы посмотреть ему в глаза и спросить, как так получилось. А он мне заявил: «Командир, я присяге королю данной не изменял, но если расскажу как все было, вы все равно мне не поверите. Так что спросите лучше сразу у Натальи Иномирянки».

— Ну, в принципе правильно сделал, — согласилась я.

— Думаете, так легко попасть к вам на аудиенцию? — хмыкнул Велиар. — Мне пришлось через родственников вопрос решать, если вы понимаете, о чем я.

— Да, не подумала об этом. Поверьте, если бы я могла предположить, что Трий выжил, он не провел бы в темнице ни минуты. Вы просто не представляете, как мне тошно было, из-за того, что пришлось проход обратно перекрыть. Не представляю, как ему удалось уцелеть. В зале ведь наверняка еще защитники были, да и в коридоре к нему ведущем.

— Вот у него и спросим. Но все же хотел бы заметить, что мне не нравится, когда моих людей используют пусть и в благих целях, но без моего ведома. И не понимаю, почему зачистку дворца проводила не гвардия.

— Потому что если бы вы не стали ничего объяснять, многие гвардейцы отказались бы участвовать в захвате, считая его изменой, а если бы стали, информация могла уйти к защитникам и это была бы катастрофа. Среди гвардейцев есть те, кто относится к этому подразделению слишком лояльно.

— Лояльное, как вы выразились, отношение — это еще не повод для предательства. Я в своих людях уверен.

— Во всех, кроме иномирянина? — коротко глянув на него, усмехнулась я. — А в сержанте? Высоком таком, с усами щеткой.

— Полностью.

— А вот я нет.

— Так поговорите с ним и убедитесь. Я этого сержанта одиннадцать лет знаю, и головой ручаюсь, что он не предатель. А если бы я действительно усомнился в Трие, то не шел бы сейчас с вами его освобождать. Я ведь правильно понимаю, что мы именно за этим идем?

— Правильно, — кивнула я. — И, пожалуй, соберите завтра гвардейцев до и после утренней пересменки, я с ними со всем поговорю.

— О чем? — нахмурился Велиар и в голосе его прозвучала тревога.

— Не беспокойтесь. Просто поблагодарю за доброе отношение к приблудному мальчишке и объясню куда он делся. Не хочу, чтобы у них остался неприятный осадок из-за обмана. Заодно и сержанта потом в сторонку отведу. Может и правда все не так серьезно, как мне показалось после его слов. И кстати, ходатайство о награждении Трия и Корда лучше от вас подать или от меня?

— А Корда за что? Просто за то, что вас не выдал? И все равно мне не нравится, что они согласились участвовать в операции внедрения, не поставив меня в известность. Я так понимаю вы вышли именно на Трия, поскольку были с ним знакомы, как с призванным?

— Ничего подобного. Не было никакой операции внедрения, просто удачное стечение обстоятельств. Ваши подчиненные действительно подобрали в корчме голодного подростка, понятия не имея, что это личина. Обман раскрылся совершенно случайно и только после этого я узнала, что Трий призванный. Причем с Кордом объясниться по этому поводу даже легче оказалось, поскольку мы с ним когда-то вместе от транка отбивались, и он меня хоть как-то знал. Кстати, ребята изначально настаивали, что нужно рассказать все вам, но я все же смогла аргументировать свою позицию.

— Пусть так. Но мне по-прежнему не понятно, за что должен быть награжден Корд.

— А это он понял, где прячут детей. Их кто только и где только не искал, а догадался именно он буквально за полдня до отречения короля. И я уверена, что без этого никакого штурма дворца не было бы. Максимум, что можно было бы сделать, это попытаться эвакуировать Доремара с семьей уже после отречения. Впрочем, вы правы, за такое медальки действительно будет недостаточно. Я сама поговорю с королем и попрошу в награду для Корда право жизни. А Трию боевую награду исходя из совершенного им уже вы оформите. Хорошо?

— Да. Мы пришли.

— Что? Именно эта? — удивленно повернулась я к Велиару. — Точно?

— А что с ней не так? — удивился мужчина, без проблем прошедший через все посты, благодаря наличию у него письменного разрешения.

На части из них дежурили гвардейцы, усиленные отозванными от границы магами, на другой части люди с очень внимательными взглядами. Меня при этом не останавливали, узнавая в том числе и благодаря стилизованной форме эльфийских боевых магов, в которой я пришла на аудиенцию.

— Просто из этой камеры Трия можно было и напрямую забрать, — усмехнулась я. — Но делать так мы конечно же не будем. А вот Вельда я именно отсюда умыкнула. Это вампир, которому благодаря архимагу Митару жизнь сохранили.

— Так вот из-за кого меня тогда прямо посреди ночи на совещание вызвали, — криво улыбнулся мужчина. — Даже спрашивать не стану как вам это удалось.

Тем временем прибежал надзиратель с ключами и спешно открыл перед нами дверь. Я шагнула внутрь первой и, увидев, как гвардеец поднимается с топчана, кинулась к нему.

— Дима! Как же я рада, что ты жив! — подбежав, я обняла мужчину, но он скривился, хватаясь за плечо, и попытался отстраниться. — Ты ранен? Насколько серьезно? Прости, пожалуйста, что тебе пришлось провести здесь столько времени. Я просто даже представить себе не могла, что в такой ситуации возможно уцелеть! Как тебе это удалось?

— Главное было вырубить Надира и забрать автомат, а с мечами против него уже много не