Таль 12. Время перемен - Наталья Анатольевна Егорова

последнего вздоха отстаивать дворец, как делали бы это гвардейцы они вряд ли станут, так что просто сдадутся, а там уж Доремар сам решит, что с ними делать. Заговорщикам все это было подано как перестраховка от возможных волнений среди дворцовой гвардии в момент, когда будет объявлено об отречении.

На этом хорошие новости заканчивались, поскольку координат непосредственно рядом с форпостом раздобыть не удалось, а выходить из портала прямо в нем было слишком рискованно. В результате группа захвата состояла всего из двух человек, включая меня, и трех эльфов. Кайдена с нами не было, он посчитал, что полезнее будет при штурме дворца и я не смогла с этим не согласиться. Зато был Трий, заявивший что лучше местных умеет вести бой, не полагаясь на магию, и я уговорила остальных не отказывать бывшему краповому берету.

При этом моими основными задачами являлись сначала переброска группы от точки выхода телепортами на высоте полутора километров над землей, а после штурма эвакуация детей к эльфам. Тэль до последнего не хотел, чтобы я участвовала в любой из запланированных операций и согласился только когда светом творения поклялась, что не полезу в бой. Кажется, он даже при этом мне не поверил, но все же согласился. Впрочем, правильно не поверил. Нет, если все пройдет гладко, я и правда никуда не полезу. Но когда это у нас все гладко проходило, да еще и при такой экстренной подготовке? А разве я смогу стоять снаружи и ждать, если внутри детей убивать будут?

Все трое эльфов являлись боевыми магами, но я никого из них лично не знала, потому что в число лучших по этому параметру они не входили. Зато двое были высококлассными фехтовальщиками, а третий и вовсе специализировался в нестандартных методах ведения боя подручными средствами. Когда он после просьбы продемонстрировать эти самые методы сомневавшемуся эльфу через три секунды острый черенок выдернутого из стоявшей на столе вазы цветка к яремной вене прижал, все были в шоке.

Штурм дворца должен был начаться через пятнадцать минут после расчетного времени освобождения нами заложников. Ударный кулак в нем составляли орки, возглавляемые Райнкардом, магическую поддержку обеспечивали Кайден с несколькими адептами-боевиками, Янисар Устиец и Лист. За безопасность королевской четы по время штурма отвечал Пазерис, а с вечера прятавшийся в кабинете королевского архимага Рейс с моим артефактом личины должен был защитить принца. Идеально было бы собрать всех троих вместе и эвакуировать в безопасное место, но заговорщики вряд ли согласятся заранее привести сына к Доремару. А в том, что король откажется покидать дворец не имея гарантий, что жизни Эддарда ничего не грозит, я была абсолютно уверена.

От погодной башни до форпоста наша пятерка добралась быстро и без приключений. Я осталась прикрывать мужчин с высоты тридцати метров, они же, воспользовавшись специально изготовленными для этого амулетами, одновременно телепортировались внутрь помещения. Я замерла в напряженном ожидании и, кажется, даже дыхание задержала, но долго мучиться в неведении мне не пришлось. Спустя всего секунд пятнадцать открылась дверь, и выглянувший оттуда эльф махнул мне рукой.

Внутри кроме нас оказались только насмерть перепуганные дети. Двое мальчишек и одна девчонка постарше пытались прикрыть собой малышей, которые тихо хныкали у них за спинами. Вдоль одной из стен были набросаны несколько матрасов и одеял. Судя по их количеству, спать детям приходилось по четверо, а то и по пятеро. Подушек и вовсе не было, их роль выполняли свернутые пиджаки, жилетки и прочие не слишком нужные в текущих обстоятельствах элементы одежды. Возле неактивного сейчас телепорта стоял кухонный бачок, в каких доставляли еду в столовую для гвардейцев. Рядом в двух больших кружках были сложены ложки. Есть заложникам видимо приходилось прямо из бачка.

— Не бойтесь, — обратилась я к детям. — Меня зовут Наталья Иномирянка и мы пришли, чтобы вас спасти. Сейчас я открою телепорт к эльфам, там вас осмотрят врачи, накормят, помогут привести себя в порядок и вечером вы будете уже дома со своими семьями.

— Нам нельзя уходить, — хмуро глядя себе под ноги неожиданно отказался самый старший из ребят и пояснил: — Иначе они убьют короля.

— А ему заговорщики говорят, что если не будет выполнять их требования, то вас начнут убивать. Поэтому спасаем мы всех одновременно. Через несколько минут начнется штурм дворца и нас здесь в тот момент быть уже не должно.

Он вскинул на меня полный надежды взгляд, но та мгновенно угасла, заставив меня удивленно вскинуть брови.

— Поздно, — тихо проговорила стоящая рядом с ним девочка, нервно сжимая ладонь парня.

— Портал! — почти одновременно с этим выкрикнули сразу двое эльфов и события рванули вперед словно спящий кот, на которого вероломно напал упавший кактус.

Двое мужчин, первыми шагнувшие из телепорта рухнули замертво, даже не успев понять, что происходит. У одного стрела торчала из глаза, второму пробила горло и ему же прилетел в висок увесистый металлический шарик размером с грецкий орех. Я успела развернуться, но времени на то, чтобы перекрыть выход из телепорта твердой иллюзией мне не хватило, потому что сразу за первыми двумя из него показался Надир и рука его уже лежала поверх висящего на шее автомата.

Я попыталась выставить каскадный щит, идущий под углом, чтобы отвести пули от себя и детей, но поняла, что просто не успею активировать заклинание, когда в боевика с разбегу врезался Трий, видимо начавший движение еще при появлении первых защитников, и они вместе влетели обратно в окно портала.

— Перекрыть проход щитом из твердой иллюзии, — приказала я, понимая, что тем самым фактически обрекаю спасшего нас гвардейца на смерть, но дети сейчас были важнее.

А вот когда они окажутся в безопасности… Но, когда последний из ребят успешно отправился к эльфам, окно портала в Остию уже закрылось, а панели для активации телепорта с этой стороны нигде видно не было. Пришлось и нам уходить обратно с тяжелым чувством потери в душе.

На той стороне обстановка оказалась не лучше. Дети плакали, отказываясь расходиться по разным комнатам для осмотра и взахлеб рассказывая проводящим доступную в таких условиях диагностику врачам о пережитых ужасах. Оказалось, что плакать им запрещалось, а тех, кто не мог сдержаться выставляли наружу и не пускали обратно несмотря ни на какие мольбы, пока ребенок не затихал. Чудо, что при этом никого из них не сожрали, но психологическая травма большинству заложников, а скорее всем им поголовно была обеспечена. Ведь больше месяца дети