Ее безумные звери - Э. П. Бали

установлен аквариум, хотя, по сути, это просто водная одиночка. Три на три метра, а внутри плавает один-единственный акула-оборотень. Судя по блеклым полосам на коже, это тигровая акула. Его аура — темно-серая с болезненными черными пятнами — выдает, что он находится здесь уже долго. А шрамы и свежие раны, уродующие бока и плавники, говорят о том, что на нем ставили опыты. К горлу подступает тошнота, и толпа в моей голове внезапно взрывается омерзительным, ревущим хором. Руки сами тянутся к ушам, но я вовремя беру себя в руки и начинаю дышать — глубоко, размеренно.

Меня зовут Коса Харкорус. Я реален. Мой брат — Дикарь Фенгари, мой брат — Ксандер Дракос. Мой брат — Лайл Пардалия. Я реален. Эти призраки — вымысел. Я реален. Их здесь нет.

— Мы должны его вытащить, — произносит Аурелия сквозь стихающий гул в моей голове.

Я замечаю, что мы все застыли перед этим стеклом, только когда она заговаривает рядом со мной. Дикарь настороженно косится на меня, но я переживаю не из-за него. Сердце затапливает внезапная волна благодарности, когда я смотрю на свою Регину: она не отрывает взгляда от тигровой акулы, и в ее океански-синих глазах нет ничего, кроме боли и сострадания.

Я касаюсь ее щеки, нежно поглаживая пальцем.

— Нам нужно идти дальше.

— Но…

Переместив пальцы ей под подбородок, я мягко заставляю ее посмотреть на меня. Чтобы она поняла: мы не можем помочь этим бедолагам прямо сейчас.

— Нам нужно идти, Аурелия.

Похоже, она осознает, что время на исходе. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, она идет дальше. Нам приходится использовать пропуск Бена, чтобы миновать первые раздвижные двери, но на вторых электронный замок не срабатывает.

— Похоже, для Бенджамина это слишком высокий уровень доступа, — бормочет Лайл, выходя вперед, чтобы силой раздвинуть стальные створки. Под напором его собственных жил и телекинеза — а также магии Аурелии, хотя она ни за что не признает, что ее телекинез работает лучше, когда она злится, — двери поддаются и провисают, словно сломанные оконные ставни.

Если взлом и активировал какую-то тревогу, то она оказалась беззвучной. Мы проходим по каменному коридору с низким потолком и оказываемся в зоне, которая явно законсервирована на ночь. В воздухе отчетливо пахнет порохом, а огромные запертые двери подсказывают, что именно здесь Мейс хранит запасы готового оружия.

Аурелия вздрагивает — возможно, вспоминает ночь, когда мы едва не погибли от такого же вооружения.

В свое время я отблагодарил Минни за спасение наших жизней, тайно приставив охрану к ее родителям. Оба тигра работают банкирами, а потому находятся в зоне серьезного риска из-за Клосонов.

Мы с силой распахиваем следующие раздвижные двери и замираем как вкопанные…

Потому что тихую тревогу мы все-таки подняли.

Глава 48

Лайл

Стоит мне силой раздвинуть вторые металлические двери, как воздух отравляет темное присутствие — хищное, мифически мощное и полное первобытной ярости.

Кто-то хохочет — это абсолютно безумный, сочащийся ядом звук. Он заполняет собой все пространство, ударяет по ушам и врывается в разум.

Я мгновенно понимаю, с чем мы столкнулись. Дикарь и Коса тоже это осознали. Инстинкт защиты Регины срабатывает мгновенно: я утробно, предупреждающе рычу.

— Юджин! — кричит Дикарь. — Твой выход!

Маленький петух закидывает голову, глубоко вдыхает и кукарекает в темноту. Тени на мгновение вздрагивают и замирают.

Я резко разворачиваюсь, подхватываю Регину за талию и срываюсьс места прямо мимо этой твари.

Братья мчатся следом. Дикарь крепко прижимает Юджина к боку, словно мяч для регби, а тот выдает очередную раскатистую трель.

Регина, прижимаясь к моей груди, зажимает ухо ладонью. На ее лице застыла глубокая тревога, пока орлиный взгляд пыается пробить мрак.

— Я сама могу бежать! — протестует она.

— Нет, не можешь, — отрезаю я, прижимая ее крепче и молясь, чтобы она поняла меня правильно.

— Куда мы бежим? — задыхаясь, спрашивает она и обхватывает мою шею руками.

В каменном коридоре стоит кромешная тьма — свет явно выключили намеренно. Приходится полагаться чисто на инстинкты, чтобы не влететь в какую-нибудь ловушку.

— Лия, снимай обонятельный щит! — кричит сзади Дикарь. — Нам нужны носы!

Я понимаю что она убрала купол, когда воздух вокруг становится чуть прохладнее. Тьма позади пульсирует, накатывая из глубины коридора, но погоня не прекращается. Стоит мне с заносом вписаться в поворот, как Юджин кукарекает в третий раз.

— Юджин выдает нашу позицию, — рычу я через плечо. — Надо оторваться.

— У нас нет выбора! — отзывается Дикарь, чмокнув петуха в макушку. — Быстрее, быстрее, быстрее! — торопит он.

Юджин снова закидывает голову и выдает четвертое «кукареку».

У меня прямо руки чешутся развернуться и принять бой, — раздается в наших мыслях голос Косы.

Сам знаешь, что нельзя, — на ходу отвечаю я.

Аурелия подает голос:

Может, я смогу…

Нет! — рявкаем мы втроем в один голос.

Ее тело горит, прижатое к моему, и я чувствую, что она недовольна, пока ее орлиные глаза сканируют клубящиеся впереди тени.

— С тем же успехом это место может оказаться лабиринтом.

— Это он и есть! — Я резко поворачиваю влево. И этот ублюдок заманил нас в самый центр.

— Прыгай! — кричит Аурелия.

Я успеваю в самую последнюю секунду, заметив металлический блеск торчащих из пола шипов.

— Ебаный мудак! — кричит Дикарь, когда они с Косой перелетают опасный участок, подхваченные моим телекинезом.

— Не за что! — огрызаюсь я в ответ.

— Да мне и не нужна была помощь! — с излишним, совершенно неуместным гонором отзывается Дикарь.

Возможно, он бы и сам справился, но лучше перестраховаться. Аурелия рассеянно гладит меня по затылку, и я подавляю дикое желание уткнуться носом в изгиб ее шеи. Нестись сломя голову в темноту было, пожалуй, самой глупой затеей в моей жизни. Но между криками Юджина клубящаяся, отравленная тьма за спиной стремительно приближается, явно нагоняя нас.

Впереди что-то не так, — предупреждает Коса. — Помедленнее.

Я следую совету, обострив все чувства до предела в ожидании очередной подлянки.

Безумный, зловещий смешок отражается от стен и, кажется, доносится со всех сторон одновременно. И в этот момент я выскакиваю на перекресток.

— Налево! — кричит Аурелия.

— Нет, направо! — командует Коса.

Но я на слишком большой скорости влетаю в левый поворот, продолжая нестись вперед. Обратного пути нет.

— Блять! — выдыхает Дикарь, когда тьма начинает наступать нам на пятки. — Коса, ты не можешь просто сжать его сердце…

Коса кричит:

— Лайл, берегись…

Камень под моими ногами уходит вниз. Рявкнув, я пытаюсь прыгнуть на следующую плиту, но и та обрушивается, исчезая в провале внезапно разверзшейся бездны.

Мы с Аурелией летим вниз. Я успеваю вовремя