Ее безумные звери - Э. П. Бали

которые все еще сияли небесным светом. Первая тянулась на север, окутанная тенями. А вторая, чистая, но жесткая, словно окаменевшая, уходила на восток. К побережью.

Я кивнула Косе.

В его глазах блеснуло облегчение.

Ксандер здесь, — сообщил он в ментальном чате, а затем совершенно обыденным тоном добавил, обращаясь к Сьюзан и Мине:

— Мейс убьет вас за это, если только раньше не сработает ваш кровный контракт. Вы хотите умереть прямо сейчас или попозже?

Они переглянулись, осознав ситуацию, а затем посмотрели на меня. В моем сердце сейчас было столько боли, что для чего-то еще места просто не осталось. Посмотрев на Косу, я поняла, что он проявляет к ним милосердие.

Гнев смешался со скорбью. Из-за того, что этим женщинам теперь приходится делать такой выбор.

Жгучая ярость опалила мою душу. Она прошлась по мне, дикая и свирепая. Она требовала мести. И справедливости.

— Вам лучше бежать, — сказала я безжизненным голосом. — Убирайтесь как можно дальше.

— Он найдет их, — отрезал Коса.

— Попробуйте, — произнесла я, глядя им обеим прямо в глаза. — Просто попробуйте.

Они синхронно кивнули.

— Лайл? — Я повернулась к своему льву, у которого никогда не было шанса спасти собственную мать. Зрение застилали слезы. — Понесешь ее ради меня?

Прекрасно понимая всю тяжесть момента и то, какое доверие я ему оказываю, он дрогнул от нахлынувших эмоций.

— Конечно, моя Регина.

Я бережно накинула на нее одеяло и смотрела, как Лайл осторожно поднял ее, частично используя телекинез, частично — силу мышц, чтобы она оставалась укутанной. В его руках она казалась такой крошечной, что я на секунду замерла, пока Сьюзан и Мина суетились вокруг нас, собирая вещи.

Наконец-то она будет свободна. Наконец-то над ее телом больше не будут совершаться эти ужасы. Я протянула руку и погладила ее темные как ночь волосы, так похожие на мои собственные.

— Раз уж на то пошло, — обратился Дикарь к орлицам, — где здесь выход?

Назад прежним путем нам точно не вернуться, с ужасом осознала я. Это слишком далеко, к тому же там обитает та тварь.

— Здесь есть система вентиляции, — занервничала Сьюзан. — Если, конечно, вы сможете поднять или перенести всех наверх. Она скрыта снаружи, вам просто придется пробить выход.

Они привели нас в техническое помещение с люком в потолке. Он был достаточно широким, чтобы туда протиснулись даже такие крупные звери, как Лайл и Коса.

Этого вентиляционного короба не было на планах, — сообщил нам Коса. — Но я не чувствую лжи в их словах.

Кажется, я нашел выходное отверстие, — донесся откуда-то издалека приглушенный голос Ксандера. Раздался громкий металлический скрежет чего-то вырываемого с корнем. — Поднимайте сначала Дика.

— Вечно я в роли подопытного кролика, — отозвался Дикарь. Он подпрыгнул, уцепившись за короб одними пальцами. — Оп-ля!

Лайл выстрелил Дикарем вверх, в вентиляцию, словно снарядом. Через мгновение сверху донеслось подтверждение. Следом Лайл отправил двух орлиц и Юджина, а затем и меня.

Внутри стояла кромешная тьма и было так пыльно, что я дважды чихнула. Мы пролезли футов тридцать или больше, прежде чем мне стало не по себе, но именно в этот момент сверху донесся свежий ночной воздух. Я подняла глаза и увидела две белые светящиеся сферы — это мог быть только Ксандер.

— Говори, когда, — крикнул снизу Лайл.

Я вылетела из вентиляционной шахты как ракета. Холодный воздух полоснул по лицу, и я едва не задела огромную голову Ксандера.

— Давай! Давай! — закричала я.

Лайл отпустил свою силу, и я полетела прямиком вниз, со свистом падая обратно, но приземлилась точно в руки Дикаря.

— Вот и она, — ласково произнес он, запечатлев поцелуй на моей щеке, прежде чем опустить на землю.

Я ухватилась за его руку, чтобы сориентироваться. Мы находились на заднем дворе поместья. Обернувшись, я увидела, как Сьюзан и Мина спешат к фасаду усадьбы. Свет от экранов их телефонов освещал лица — они явно звонили своим семьям, веля собирать чемоданы.

Поместье Нага возвышалось надо мной — безмолвная, злобная пустота, которая всасывала все вокруг и уничтожала.

Обида переросла в ярость, горячую и острую, а ненависть горьким ядом текла рядом с ней. Коса легко выбрался из люка, держа что-то под мышкой, а за ним последовал Лайл, бережно несущий мою маму. Я быстро проверила ее состояние, убрав волосы с лица. Сердце в маленькой груди билось медленно. В темноте раздавался редкий, тихий стук. Ритм умирающего тела. Но в ней еще оставалась магия, которая едва заметно удерживала жизнь.

Этот звук, тихий и жалобный, стал единственным, что заставило мои ноги двигаться. Мы поспешили через газон в обход особняка.

Каждый шаг давался с агонией, скорбью и мучением.

Я подавила очередной всхлип, когда до моих ушей донесся очередной слабый удар сердца. Мы добрались до парадного фасада Дома Нага и круговой подъездной дорожки, которая преследовала меня в кошмарах, когда я была подростком.

И вот я смотрела, как моя мать впервые за шестнадцать лет пересекает эти проклятые черные ворота.

Только когда она оказалась на свободе, я развернулась и посмотрела на дом своего детства. И то первобытное, что ждало своего часа внутри меня, вырвалось наружу.

И закричало.

Я закричала в ледяной ночной воздух. О своей матери. О той агонии, что она пережила. О той агонии, которую я чувствовала сейчас. Я выплескивала свой гнев на особняк, который когда-то был моим домом. Который теперь олицетворял все самое злобное и отвратительное, что есть в этом мире.

Свет взорвался прямо посреди этого темного средоточия ужаса. Красный факел взвился к небу. Священный огонь заполнил мое зрение красными, оранжевыми и желтыми всполохами. Уши заложило от гула.

И это принесло колоссальное удовлетворение.

Я сожгу его дотла. Я превращу его в пепел вместе со всем остальным заброшенным миром моего отца.

Вдалеке кричали испуганные голоса. Интересно, чувствуют ли они ту же боль, что и я? Чувствуют ли они этот адский, несущий справедливость жар?

Кто-то коснулся меня и тут же с криком отдернул руку. Послышались новые крики, обрывки фраз. Встревоженные и панические.

Но меня это не волновало.

Я была заворожена тем, как пламя пожирает, разрывает на части и плавит стены. Тем, как едкий запах заполняет воздух. Тем, как клубы черного дыма вздымаются вверх, словно разверзлась сама преисподняя.

Пробудилась.

Потому что во мне сейчас проснулось что-то колоссальное и могущественное — нечто, чей голос ревел в унисон с криком орла, волчьим рыком, львиным рыком и скрежетом акульих зубов. И это существо уже никогда не удастся усыпить обратно.

Большие сильные ладони перехватили мои