Игра похоти: Искушение - Хейзел Райли

Аполлон молча заправляет волосы за ухо. Видать, он на взводе настолько, что ему недосуг препираться даже с этим занозистым Аресом.

Моё сердце замирает, когда загорается зеленый маркер Диониса.

Экран становится черным.

На нем появляется лишь золотистый курсор, который начинает выводить буквы того же цвета.

Вскоре вам будет задан вопрос. От вас требуется лишь дать честный ответ, и игра завершится без каких-либо последствий.

Надпись висит несколько секунд, затем дисплей снова тухнет.

— Эй, я же дочитать не успел! Я медленно читаю… — доносится жалобный голос Лиама из группового звонка.

Тимос подносит телефон к самым губам: — Ответишь на вопрос, который тебе зададут, и останешься жив. Вот что там было написано.

Арес пытается игриво ущипнуть его за подбородок: — Нервничаешь, пирожочек?

«Пандора» снова требует нашего внимания. На экране один за другим выстраиваются наши имена. Вся семейка Лайвли, Лиам, даже мы с Тимосом и Хелл. И наконец в самом верху списка появляется вопрос.

Проголосуйте: чья потеря в семье, по вашему мнению, станет наименее важной?

— Что за нахрен?! — вскрикивает Гермес высоким голосом.

В тот же миг в трубке кто-то разражается грязными ругательствами.

— Что это, блядь, за вопрос?! Мы что, серьезно должны выбрать, чья смерть наименее важна?! — заводится Зевс.

Тимос разводит руки в стороны, буквально вставая между Гермесом и Аполлоном. — Стоять. Нужно понять, имеет ли это голосование последствия в реальной жизни.

— В каком смысле? — не понимает Гермес.

Вместо Тима отвечает Хайдес: — Нужно понять, умрет ли на самом деле тот, кто наберет больше всего голосов в приложении.

Воцаряется зловещая тишина.

— Это невозможно. В этом нет логики, — комментирует Хейвен. — Уран просто хочет разрушить наши отношения, рассорить нас и посеять вражду. Он никого не убьет…

— Кроме Ареса и Гермеса, когда найдет их, — поправляет Лиам.

— Факт, — соглашается Посейдон.

— Прекратите! — прикрикивает на них мягкий голос Хелл, внезапно сорвавшийся на ярость.

Пока парни спорят, я продолжаю сканировать экран «Пандоры». Над вопросом высвечивается золотистая плашка с надписью: «Прочитайте правила перед началом». Но на неё, похоже, еще никто не обратил внимания.

— Ребята, — призываю я их к порядку. — Посмотрите на правила!

Гермес без колебаний кликает по ссылке. Перед нашими глазами открывается список. И именно я зачитываю его вслух для всех.

Правило первое: голосование тайное. Только вы будете знать, за кого отдали голос. Но каждый увидит, сколько голосов получил сам.

Правило второе: голосовать за себя запрещено.

Правило третье: тот, кто наберет больше всего голосов, не умрет. Для этого еще не пришло время.

Правило четвертое: принимаются только честные ответы.

Правило пятое: у вас есть три минуты, чтобы сделать выбор. Если хотя бы один из вас не проголосует…

Фраза обрывается. Мой голос зависает в воздухе в ожидании продолжения текста, но экран меняется.

Вместо букв включается трансляция с камеры. Объектив снимает окно одного из корпусов Йеля — судя по всему, библиотеки. Камера дает сильный зум вперед, выхватывая Хайдеса и Хейвен, которые сидят друг напротив друга.

Всё выглядело бы почти обыденно, если бы на щеке Хейвен не появился красный огонек. Он скользит по её коже, теряется в рыжих волосах, а затем перепрыгивает на шею Хайдеса и пляшет в его черных прядях.

Лазерный прицел огнестрельного оружия — без сомнения, винтовки, наведенной для смертельного выстрела.

Хайдес и Хейвен сидят неподвижно, уставившись в свои телефоны, в наушниках. Они обмениваются быстрыми взглядами, а затем синхронно поворачиваются к окну, пытаясь вычислить снайпера. Судя по их растерянному виду, стрелок засел где-то далеко.

— Живо уходите оттуда! Ложитесь! — орет Зевс.

Рядом со мной Гермес, кажется, потерял дар речи и способность двигаться. Аполлон же тяжело дышит, его грудь вздымается в бешеном ритме.

— Нет! — гремит Тимос. — Не двигаться. Не смейте шевелиться ни на миллиметр!

Зевс и слушать ничего не хочет: — Ты совсем из ума выжил?!

— Снайпер выстрелит, только если вы не ответите. Если они уйдут с линии огня, он всё равно нажмет на спуск. Не факт, что они окажутся быстрее пули, а если и окажутся — свинец поймает тот, кто сидит рядом. Там же другие студенты!

Арес жмет плечами: — Да и хрен с ними. Лучше они, чем Хайдес и Хейвен.

Аполлон отвешивает ему затрещину по затылку.

— Тимос, скажи мне: раз лазерная точка всего одна, значит, ствол тоже один, и стрелять будут только в кого-то одного из нас? — подает голос Хайдес.

— Да, по идее…

Брат не успевает договорить — Хейвен внезапно исчезает из кадра. Похоже, её что-то резко отбросило назад. Наверняка Хайдес пнул ножку её стула под столом, заставив отлететь.

— Хайдес! — кричит Хейвен, напрочь позабыв, что находится в библиотеке. Студенты за соседними столами награждают её испепеляющими взглядами, требуя тишины. — Ты что творишь, черт возьми?! — продолжает она уже шепотом.

— Если что-то пойдет не так, пулю поймаю я. Ему не придется выбирать между нами.

— И не мечтай, — её голос снова срывается на повышенный тон. — Я не собираюсь сидеть сложа руки!

Но стоит ей попытаться вернуться на место, как к ней подходит пожилая женщина в толстой роговой оправе: — Мисс, я вынуждена просить вас покинуть помещение.

— Что?! Нет!

Я едва сдерживаю смешок.

— Она орет и мешает остальным. Я прошу вас, еще раз, покинуть помещение.

В этот напряженный момент Хайдес лишь слегка приподнимает руку и машет пальцами на прощание. — Пока, любовь моя, увидимся снаружи.

— Хайдес, клянусь тебе, я…

— На выход! — повторяет дежурная библиотекарша.

В тот же миг картинка исчезает, и на экран возвращаются правила. Хайдес и Хейвен успевают перекинуться еще парой фраз, прежде чем её окончательно выставляют из зала, и он остается единственной мишенью для снайпера.

— Да ладно вам, народ, это же не высшая математика, — снова берет слово Арес, пока запускается тринадцатисекундный обратный отсчет до начала голосования. — Голосуйте за Афину. Вас самих от неё еще не задолбало?

Никто не смеется и не реагирует так, как надеялся Арес. Игра начинается, и на экране снова всплывает вопрос со списком кандидатов.

— Да бросьте, просто проголосуйте и всё! Какая вам разница? Это всего лишь дурацкое голосование, оно ничего не значит, — настаивает он.

— Резонно, — соглашается Герм. — Я не могу проголосовать за себя, чтобы обойти систему, но я могу ткнуть наугад. Давайте проголосуем наобум!

Его палец скользит по экрану, выбирает имя Хелл, и он жмет «отправить».

Однако голос не засчитывается. Выскакивает ярко-красное предупреждение: «Принимаются только честные ответы».

По коже пробегает мороз. Я во все глаза уставляюсь на