Королева северных земель - Виктория Богачева

Сигрид поднялась первой.

— Идите сюда, — сказала она, поманив рукой.

Мальчишка поколебался, затем всё же шагнул вперёд. И уже вскоре оба сидели у костра, оголодавшие и промёрзшие, ели жадно и неловко, обжигаясь, давясь горячей похлёбкой, не дожидаясь, пока остынет.

Смотреть на них было горько, и даже взрослые мужчины отводили взгляды, делая вид, что заняты своим.

— Потише, — всё же не выдержала Сигрид, поправляя чужой плащ, накинутый на девчушку. — Хватит всем.

Мальчишка кивнул, не поднимая головы, и попытался есть медленнее, но голод брал своё.

Рагнар смотрел на них из-под нависших бровей. Двое детей из всего поселения. Только двое детей.

Мальчика звали Токе, а его сестру Асой. Отогревшись, они рассказали, что отец их носил меч за ярлом Эйриком Медвежья Лапа, а мать умерла, и жили они здесь у дальней родни.

— Давно даны появились? — спросил Рагнар.

Токе растерянно пожал плечами.

— Да вот пару-тройку седмиц как, — он почесал голову. — Но сюда не заплывали... прежде, — и сглотнул, опустив взгляд на ладони, в которых по-прежнему сжимал уже пустую миску.

Рагнар медленно кивнул. До Вестфольда оставалось ещё дней пять пути. По воде, а по суше — и того дольше. Он почти жалел, что не взяли ни одного дана живым. Могли бы расспросить…

— Тётка наша на торжище плавала, — снова заговорил Токе. — Но вернулась с пустыми руками. Не смогли далеко уплыть, на данов нарвались. Недавно было. А потом... вот... — и неприязненным взглядом обвёл сожжённое под корень поселение.

Измученных детей уложили на ночь поближе к костру, укрыв чужими плащами. Токе всё порывался дойти до хижины да поглядеть, не уцелело ли что, но сгустившиеся сумерки не позволили ничего увидеть. Решили отложить до утра.

— Нужно отправить весть в Вестфольд, — сказал Рагнар, смотря на языки пламени, что с искрами взвились вверх, когда в костёр подбросили веток. — По земле. Чтобы знали, что мы близко.

— Так мы доплывём шибче, чем весть дойдёт, — справедливо возразили ему.

Конунг нетерпеливо дёрнул плечами и сцепил зубы, когда болью прострелило левое. Невовремя с ним это приключилось.

— Или схлестнёмся с данами, — бросил коротко. — Слышали же, что сказал мальчишка. Вольготно они ведут себя у моих берегов, — в голосе прорезалась тщательно лелеемая ненависть.

Больше спорить никто не решился. Рагнар же смотрел на нахохлившуюся Сигрид и, дождавшись, пока круг возле костра поредеет, поманил её к себе. Опустившись на бревно рядом, воительница пригляделась к конунгу. У того на висках выступила холодная испарина: донимала боль от полученных ран.

— Идти в Вестфольд нужно тебе, — сказал он просто и мотнул головой, когда Сигрид, вскинувшись, начала возражать.

— Возьмёшь Гисли, может, Торваля и ещё двоих. Тебе поверят. Увидят мой кинжал на поясе и поверят. Да и Гисли подтвердит, — рубя слова, продолжил Рагнар.

Взгляд воительницы пылал несогласием, но она молчала.

— Мы здесь задержимся ненадолго, — конунг скривился. — Нужно обождать, — и кивком указал на левую руку.

— Почему я? — угрюмо спросила Сигрид. — Отсылаешь меня?

— Потому что тебе я верю.

Ответ Рагнара заставил её резко втянуть носом воздух и растерянно замолчать. Но недоверие не уходило из настороженно прищуренных глаз.

— Предателем был только Торлейв, — наконец, возразила она. — Хирд тебе верен.

Конунг кивнул, соглашаясь.

— Отправь Гисли, — воодушевлённая его молчанием, предложила Сигрид. — И других с ним. А я останусь.

— Нет, — даже не глядя на неё, мотнул головой Рагнар.

Мысль зародилась у него, когда он услышал рассказ Токе. Что чем ближе к Вестфольду, тем больше в море данских драккаров. Он знал, что так и будет. Не знал только, что его ранят, и он не сможет шевелить рукой. А потому, коли сойдутся в бою корабли, будет тяжко.

А с Сигрид они столько раз делили постель, что она могла понести. Нынче за ней приглядывали Кнуд и Торваль, но кто присмотрит, когда драккар налетит на драккар, и море вспенится от крови?.. Ему бы за собой приглядеть.

Рагнар сердито выдохнул.

— Я не хуже твоих хирдман, — прошипела Сигрид уязвлённо, и её взгляд сверкнул в отблесках пламени. — Я останусь с тобой, и...

— Нет, — повторил конунг. — Ты отправишься в Вестфольд. Не согласишься добром сейчас, утром прикажу при всём хирде. И ослушаться ты не посмеешь, — низким, рокочущим голосом произнёс Рагнар.

Вспыхнув, Сигрид отшатнулась, но он здоровой рукой удержал её за локоть и заставил вновь сесть на бревно. В её глазах на мгновение показалась незаслуженная обида. Воительница моргнула, справившись с собой, и вновь посмотрела на конунга угрюмым волчонком. Тот покачал головой и повторил твёрдо.

— Отправишься в Вестфольд. Торваль пусть при тебе неотлучно будет. Гисли я сам скажу. Медвежонок останется на драккаре, поведёт твоих людей. Никому особо не доверяй. Кроме моей матери, сестры и Хакона. Ну, и отца, но едва ли ты его на берегу застанешь.

Если бы взглядом можно было обжечь, Рагнар уже сгорел бы в ледяном пламени.

— А Сольвейг? — тихим, обречённым голосом спросила Сигрид. — Все мыслят, она твоё дитя носит.

— А ты моя жена, — оскалился конунг. — Тоже, может, дитя носишь.

Глаза Сигрид расширились. Она открыла рот, чтобы заговорить, но резко замолчала, будто слова Рагнара натолкнули на мысль. Неосознанным жестом она накрыла ладонью живот и опустила взгляд. Затем подняла голову и посмотрела на конунга, который выглядел раздосадованным.

— Так ты потому?.. — спросила и оборвала себя на полуслове.

Рагнар резко выдохнул через нос — задрожали крылья — и нехотя кивнул. А Сигрид словно успокоилась. Перестала прожигать его недовольными глазищами, даже слегка улыбнулась, смягчившись. Немного выждав, подвинулась ближе и опустила голову ему на здоровое плечо, прижалась щекой, ластясь.

Конунг едва глаза не закатил, насилу удержался. Нет, никогда он её не поймёт.

Утром он сказал всему хирду, что отправляет Сигрид в Вестфольд. Никто ничего не сказал, даже Кнуд смолчал, пусть Рагнар и надеялся, что тот вскинется. Смотрел на него пристально, не сводя взгляда, и думал про себя: лишь слово... одно только слово...

Но нет. То ли взаправду поумнел Медвежонок, то ли был слишком хитёр и не хотел, чтобы Сигрид на него ополчилась. Но предлога себя избить он упрямо Рагнару не давал.

При свете дня вновь обошли поселение. Токе, по уши испачкавшись в пепле и золе, отыскал отцовское копье, которое тот оставил дома. Оказалось, мальчишка всё пытался уволочь его в лес, потому огонь не шибко его повредил. Рагнар решил отправить мальчишку с сестрой вместе с Сигрид в Вестфольд. Не брать же их с собой на драккары.

Конунг чувствовал во всём теле противную, липкую слабость. Было тяжело говорить,