Личный лекарь вражеского генерала - Настя Ильина

Я попыталась улыбнуться в ответ, но сил хватило лишь на слабый кивок. Голова кружилась, перед глазами всё плыло, а единственным желанием было желание добраться до своей комнаты и рухнуть без чувств.

Как я добралась до своих покоев, я не запомнила. Служанка вела меня, поддерживая, что-то причитала, но слова пролетали мимо сознания. Я плыла в тумане, цепляясь за последние крохи сил.

Дверь за моей спиной закрылась, отрезая меня от внешнего мира. Служанка осталась там... снаружи. Потому что я нуждалась в одиночестве. Не хотела делить свою слабость с кем-то другим.

Я прислонилась к стене, пытаясь отдышаться, и в этот момент...

— Сяомин!

Сильные руки подхватили меня, не давая упасть. Я подняла взгляд и встретилась с глазами, полными такого отчаяния, такой любви, что сердце сжалось до боли.

Линь Янь.

Он был здесь. Ждал меня. Смотрел так, словно я была единственным светом в его жизни.

— Глупая! — выдохнул он, прижимая меня к груди. Его руки дрожали, голос срывался. — Ты едва стоишь на ногах! Что ты с собой сделала?

Я хотела ответить, но он не дал. Прижал меня крепче, уткнулся лицом в мои волосы, и я почувствовала, как по его щеке скатилась слеза — горячая, живая, настоящая.

— Не смей больше так делать, — прошептал он хрипло. — Слышишь? Не смей доводить себя до такого. Даже если весь мир рухнет — не вздумай больше жертвовать собой.

— Я не умираю, — попыталась улыбнуться я, но голос прозвучал жалко, надломленно.

Линь Янь отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть мне в глаза. Его пальцы коснулись моего лица — бережно, невесомо, стирая кровь с уголка губ.

— Я не собираюсь ни на ком жениться, — произнёс он твёрдо, глядя мне прямо в душу. — Слышишь? Ни на какой принцессе. Ни на ком. Только ты. Я всегда выберу тебя! Даже если надумала себе всякого — забудь.

Я всхлипнула, чувствуя, как по щекам текут слёзы. Глупый. Какой же он глупый.

— Но император...

— Плевать я хотел на вашего императора, — перебил Линь Янь. В его глазах вспыхнул опасный огонь. — Я генерал, принц Даяо. Моя армия пойдёт за мной. Если потребуется, я откажусь от титула, от всего, лишь бы быть с тобой. Я уже однажды отпустил тебя — и едва не сошёл с ума от боли. Больше не отпущу. Никогда.

Он прижался губами к моему лбу — горячо, отчаянно, словно ставил печать, скрепляющую нерушимую клятву.

— Никогда, — повторил он шёпотом.

И в этот миг, стоя в его объятиях, чувствуя биение его сердца, я вдруг поняла: всё будет хорошо. Что бы ни случилось дальше, какие бы испытания ни ждали нас впереди — мы справимся. Вместе.

Потому что наша любовь сильнее дворцовых интриг. Сильнее границ и указов. Сильнее всего.

Я обвила его шею руками, прижимаясь к нему в ответ, и позволила себе наконец-то закрыть глаза. Впервые за долгое время — спокойно. Без страха. Без тревоги.

— Я люблю тебя, Линь Янь, — прошептала я, расслабляясь в его руках.

— И я люблю тебя, Вэй Сяомин! Никто, слышишь? Никто не посмеет помешать нам быть вместе. Даже если мне придётся объявить войну всему миру — я сделаю это. Ради тебя.

Я улыбнулась. Кажется, у меня даже появились силы. Я потянулась к губам своего генерала, чтобы поцеловать его, но за закрытой дверью послышался властный, уверенный голос главного евнуха:

— Вэй Сяомин, выйди, чтобы получить указ Его Величества.

Указ? Что ещё за указ такой? Я взволнованно посмотрела на Линь Яня.

— Я буду рядом. Что бы это ни было — мы справимся.

— Нет... Тебя не должны видеть. Останься здесь. Я сделаю это. Сама.

Я вышла из комнаты и встала на колени в прохладном коридоре, а евнух развернул указ, и у меня сжалось сердце.

Глава 29

Тишина в комнате была наполнена только нашим дыханием — моим, прерывистым и слабым, и его, глубоким, успокаивающим. Линь Янь не выпускал меня, словно боялся, что я исчезну, растворюсь, как утренний туман.

Я не знала, сколько времени прошло. Может, мгновение. Может, вечность. Но внезапно тишину разорвал осторожный стук в дверь.

— Госпожа Вэй, — раздался приглушённый голос служанки. — Главный евнух прибыл с императорским указом. Вам надлежит выйти для его принятия.

Я вздрогнула, распахивая глаза. Сердце забилось быстрее — то ли от страха, то ли от предчувствия чего-то важного.

Линь Янь напрягся. Его руки сжались на моих плечах, но тут же ослабли — он понимал: нельзя. Никто не должен видеть его здесь, в моих покоях, в такой час. Слухи разнесутся быстрее ветра, и тогда...

— Вэй Сяомин, выйди, чтобы получить указ Его Величества, — нетерпеливо произнёс главный евнух.

Наверное, его раздражал тот факт, что я заставляла ждать, но...

Указ? Что ещё за указ такой? Я взволнованно посмотрела на Линь Яня.

— Я буду рядом. Что бы это ни было — мы справимся.

— Нет... Тебя не должны видеть. Останься здесь. Я сделаю это. Сама.

— Ладно. Иди, — прошептал он, осторожно выпуская меня из объятий. В его глазах плескалась тревога, но голос звучал твёрдо. — Я подожду, но если мы оба почувствуем опасность...

Я кивнула, с трудом передвигая ноги. Тело всё ещё ныло от перенапряжения, но внутри теплилась странная лёгкость — будто после долгой болезни наконец-то наступило облегчение. Я справилась с лечением наложницы, мне удалось обуздать свой дар, а генерал Линь... Он был рядом вопреки всему. Он доказывал мне снова и снова, насколько сильно я дорога ему.

Поправив платье, пригладив растрепавшиеся волосы, я глубоко вздохнула и вышла в коридор.

Главный евнух стоял в окружении двух дворцовых стражников. В руках он держал свёрток золотистого шёлка — императорский указ. При моём появлении его бесстрастное лицо не дрогнуло, но в глазах мелькнуло что-то... уважение? Или мне показалось?

— Вэй Сяомин, прими императорский указ, — произнёс он своим скрипучим голосом.

Я опустилась на колени. Холод каменного пола пробрал до костей, но я не смела шелохнуться. Сердце колотилось где-то в горле, готовое выпрыгнуть. Хотелось бы верить, что я оправдала ожидания императора, и он не решится казнить меня или наказать мою семью. На мгновение в голове мелькнула мысль — не напела ли ему чего императрица, но я тут же отогнала её. Его Величество искренне любит наложницу Сюй — он никогда бы не стал слушать речи той, что годами отравляла его возлюбленную.

Евнух развернул свиток и начал читать:

— Указом Его Императорского Величества,