Министерство мертвых. Отверженный принц - Ольга Олеговна Пашнина

Правду, Аида, правду.

- Отчасти. Но я не преодолевала неприязнь и не лицемерила. С Харриетом всегда было выгодно дружить, но я стала проводить с ним время только когда начала относиться к нему дружелюбнее. Я тяжело схожусь с людьми. Чтобы назвать кого-то другом, мне нужно больше времени.

- Вы знаете историю Чарльза Черри?

- Да, ваша честь.

- При каких обстоятельствах вы узнали его историю? Он вам рассказал?

- Нет. Он сказал лишь что погиб на «Титанике», подробностей я не знала. И узнала их случайно, когда в архиве вместо запрошенного личного дела получила дело Чарльза Черри.

- Ваше отношение изменилось?

- Нет… не знаю. Я не успела понять. Наверное, нет, потому что я увидела в его личном деле не преступление, а страх. Чарльз не хотел убивать Харриет. Он хотел выжить. Да, он поступил несправедливо, плохо, неправильно. Но в минуты, когда мы сражаемся за жизнь, не всегда можем оценивать действия трезво. Он был наказан за свой поступок и с достоинством принял наказание. Поэтому нет, мое отношение не изменилось.

- Вы считаете Чарльза Черри хорошей душой, заслуживающей прощения?

Нутром я почувствовала, что вот он – главный вопрос сегодняшнего дня.

- Я считаю, что нельзя наказывать дважды за один проступок. Баланс добра и зла в Чарльзе не изменился от того, что появилась Шарлотта.

- Но его поступок привел к невыносимым страданиям для души. Смерть и мука длиной в вечность – разные последствия действий, - возразила судья.

Я бы уволила ее за профнепригодность. Что это за оценочные суждения?

- Я – свидетель Чарльза и рассматриваю ситуацию с его позиции, ваша честь. Чарльз не ставил перед собой целью причинить Харриет страдания. Он вообще не знал, что случится с девочкой, лишившейся по его вине спасения. Его целью было спасение собственной жизни. Его наказали за его поступок, а не за случившееся с Харриет.

- Но будь на ее месте более взрослая душа, наказание было бы иным, вы согласны?

- Полагаю, да.

- Значит, мы должны пересмотреть приговор с учетом открывшихся знаний о мучениях Харриет?

- Я очень плохо знаю законы Мотрума, ваша честь. Если они гласят, что нужно пересмотреть его наказание, наверное, я не вправе спорить. Однако… Чарльз не знал, к чему приведет его поступок. Он принял назначенное наказание и смирился с тем, что новые воплощения и Элизиум закрыты для него навсегда. Он принял новую реальность, стал частью Мортрума, министерства. Искал друзей, выполнял приказы Повелителя, носил имя той, что погибла по его вине. Чарльз не может и не должен нести ответственность за то, что Харриет оказалась не человеком. Он не мог знать, что она заперта на дне океана. Даже Самаэль Сонг, один из наследников Вельзевула, не предполагал, что такое возможно. Если вы хотите наказывать Чарльза, наказать нужно и тех, кто не удостоверился в том, что Харриет действительно мертва. Ваша честь, что происходит с душой, если проводник не заберет ее?

- Она останется на границе миров до тех пор, пока не встретит проводника или стража.

- А если она погибла на дне океана?

- Я понимаю, к чему вы клоните, страж Даркблум. Однако проводники собрали все души, погибшие на том корабле.

- Но не Харриет.

- Потому что она не погибла.

- Именно, ваша честь. Вы наказали Чарльза за то, что душа погибла безвозвратно. Но она не погибла.

- Я бы не назвала ее существование жизнью.

- Да, но Харриет ли виновен в этом? Представим себе ситуацию. Страшная катастрофа, корабль тонет, шлюпок не хватает, люди в панике, вода ледяная. Девочка пытается забраться в шлюпку, спастись, но ее отталкивает какой-то парень. Других шлюпок нет, она беспомощно наблюдает, как тот, кто лишил ее шанса на спасение, уплывает навстречу своей жизни. Затем корабль погружается в воду, тысячи людей остаются на поверхности. Тонут, умирают от переохлаждения. Среди них и Харриет, но… ее не убила глубина, которая гарантированно превращает все живое в смузи. Не убило время – а это больше ста лет, на минуточку, не каждый человек на Земле проживает такой срок. Не убили холод, отсутствие еды и воздуха.

Я вдруг сбилась и против воли посмотрела на Шарлотту. Кто ты, черт возьми, такая? И почему у меня четкое ощущение дежа вю?

- Страж? – Судья вернула меня в реальность. – Продолжайте.

- Харриет не умерла во время крушения, провела много лет на дне океана. Какая сила помешала ей дождаться помощи? Почему она оказалась на дне, а не на поверхности, вместе с остальными выжившими? Если ей не страшны холод и вода…

- Я не знала, черт тебя подери, Аида Даркблум! – Шарлотта сорвалась на крик. – Я понятия не имела, что не могу умереть, поэтому, мать твою, я умирала! Долгие годы умирала там, среди обломков! Холод и толща воды причиняли адскую боль, не давали подняться и пошевелиться, но я жила! Смотрела, как тела бедолаг, пошедших на дно вместе с кораблем, поедают морские твари! Смотрела, как илом покрывается вся моя жизнь! С каждой секундой я теряла воспоминания! Сначала лица родных. Потом свое. Потом ощущения. Звуки. Запахи. Хочешь выставить то, что я выжила, смягчающим обстоятельством для него? Да я отдала бы все, чтобы умереть, только ничего, кроме мертвого корабля, у меня больше не было! И когда открылся портал… когда я увидела свет…

- Подсудимая, замолчите! – рыкнула судья. – Вы испытываете мое терпение! Еще раз вы проявите неуважение – и отправитесь в аид вне зависимости от решения! Страж Даркблум, продолжайте.

Я вряд ли смогла бы вспомнить, что хотела сказать. Лишь остатки здравого смысла не позволили пролепетать «я хочу домой» и выбежать из зала.

- Я хочу сказать, что поступок Чарльза не изменился. Он поставил свою жизнь выше жизни другой души. И за этот поступок он понес справедливое наказание, вечно оставшись в Мортруме. Судить его за то, о чем не знал никто из ныне живущих в Мортруме, жестоко. Это лишает другие души надежды на справедливый суд. На то, что им позволят исправиться. Если в любое время твой приговор могут пересмотреть – для чего стараться быть достойным Элизиума?