Министерство мертвых. Отверженный принц - Ольга Олеговна Пашнина

это были лишь формы, в которые перерождались души. Смерти не существовало. Не существовало Мортрума, судей, кастодиометров. Все это придумали позже, когда случилось непоправимое, а до этого была прекрасная Пангея и мы, ее хранительницы, сестры-арахны. Ева и Лилит. Души боятся таких, как я, лишь потому что помнят, какими жестокими мы были, восходя на вершину. Должно быть, мы стали вашим проклятьем, потому что лишь с нашим появлением вы узнали, что такое смерть. Не новый этап жизни, не перерождение, а вечная тьма. Такая же, в какой существовали мы с Лилит, и в которую отчаянно не хотели возвращаться снова.

- И что случилось потом?

- Не знаю, Аида. Нарушился баланс энергий. Мы заигрались. Система была в идеальном равновесии, магия не вредила миру, потому что ее количество оставалось неизменным. Но то, что мы делали с душами, нарушило этот баланс. Мир развивался, становился сложнее и прекраснее, но цепочка, запущенная мной и Лилит, порождала войны, конфликты, катастрофы. Мы словно объяснили Пангее, что такое тьма. Мы стали для мира не хранителями, а палачами. Лилит попыталась исправить содеянное, создав сильных магов, передав им энергию в надежде, что они вернут баланс, но все стало еще хуже. Магия отравляла мир, в нем просто не было достаточного количества душ, чтобы не вредить ему. Мы слишком многих погубили. А новые души, которых мы создавали, были… другими. И их становилось все больше и больше, пока мир не раскололся на части. С этого момента начинается история Мортрума – одного из осколков Пангеи.

- Тордек рассказывал нам его историю. Но он говорил, что Мортрум был так же прекрасен, как Земля, и даже круче.

- Верно. Но так вышло, что Мортрум стал осколком, приютившим большую часть душ. Их магия его уничтожила. Остался лишь Элизиум – крохотный клочок первозданной жизни. Райский уголок. Души не сразу нашли способ перерождаться в других мирах. Их становилось все больше и больше. Этот мир был слишком мал, чтобы быть домом для душ, и они стали искать другие осколки. Так они нашли Землю. Так они поняли, что могут попытаться спасти остатки своего мира, который продолжал медленно умирать. Мы с Лилит были в отчаянии. Наяву сбывался наш страшный кошмар – мир, который мы так любили, становился подобием безжизненного булыжника, на котором мы родились и выросли. Тогда на помощь пришел Вельзевул. Он восстановил хрупкое равновесие, и они с Лилит полюбили друг друга.

- И что случилось с этой любовью?

- С ней случилась Лилит, - со вздохом ответила Ева. – Случившееся сильно ударило по сестре. Страх потерять все лишил ее разума. Она перестала быть богиней Пангеи и стала лишь женой Повелителя. У них оказались слишком разные взгляды на существование миров, она пыталась вновь объединить миры, Вельзевул считал, что это невозможно. И что существующая система приведет нас в Элизиум. Тогда Лилит пошла против супруга. Остальное ты и так знаешь.

- Грустная история.

- Да. Боюсь, мы погубили один из самых прекрасных миров во вселенной. Оставили от него лишь умирающие осколки. Я очень хочу верить, что Вельзевул, спасший остатки миров, знает, что делает. Но в глубине души очень боюсь. Поэтому я ушла, стала невидимкой, и лишь глубинная память твоей души еще боится чудовище, лишившее тебя дома. Но вряд ли мое отшельничество хоть что-то исправило. И я буду с тобой честна. Вряд ли сумеешь исправить ты. Все, на что мы можем рассчитывать: Повелительница мира мертвых Аида мудрым правлением поможет нашим мирам протянуть так долго, как это возможно. А затем мы все вернемся в безжизненную вселенную.

Закончив говорить, Ева поднялась, давая понять, что больше не настроена на светскую беседу. А мне, пожалуй, уже и не хотелось выполнять задание Тордека. Разные миры звучали лучше, чем осколки одного большого.

Как я ни пыталась вообразит все, что рассказала Ева, но получилась какая-то ерунда. Примерно так же я читала мифы и легенды дома, воспринимая их как сказки, не имеющие отношения к реальности. У меня не укладывалось в голове, что люди верили, будто на небе живет бог-громовержец, спускающийся к смертным в образе разных животных, чтобы наделать детей. И хоть папа объяснял и не раз, откуда берутся мифы и как древние люди объясняли непонятные им явления, сказки так и остались сказками.

А теперь ожили и рушат мне только-только устоявшийся мир.

Дорога поражала однообразием. За пределами города мир, погибающий от магии, выглядел, как безжизненная, усыпанная серыми камнями, пустыня. Лишь огоньки в Стикс немного разбавляли общее уныние, но даже знание, что где-то там живут, любят, радуются и мечтают ничего не подозревающие души, не справлялось с царящим вокруг унынием.

- Хотела посмотреть, что за пределами Мортрума? Наслаждайся, - сказала я себе.

10.3

День не обещал быть легким.

- Что будет в суде? Я могу увидеть Харриета или Шарлотту?

- Лишь в присутствии судьи. Но говорить с ними тебе не разрешат. Нельзя, чтобы какое-то слово или действие изменило баланс их душ. В нужное время тебя пригласят в зал. И Харриет и Шарлотта заявили тебя своим свидетелем, поэтому судья спросит, в чью пользу ты готова свидетельствовать. И ты назовешь имя. Затем тебя спросят, считаешь ли ты эту душу достойной остаться в Мортруме, или нет и почему. Отвечай честно, ничего не придумывай и не пытайся лгать, в Виртруме это очень сложно. Судья может задать дополнительные вопросы, например, о твоем общении с подсудимым, о каких-то событиях. Отвечай, опять же, со всей возможной откровенностью. Главное помни: твои ответы влияют не только на судьбу твоих друзей, но и на тебя. Если ты будешь лгать или недоговаривать – это отразится на весе твоей души. Тебе кажется, это неважно, ведь ты – наследница Повелителя, но еще ты наполовину смертная. Однажды ты можешь столкнуться с необходимостью доказать жителям Мортрума, что достойна ими править. И показания кастодиометра тебе пригодятся. Ну а после того, как тебя отпустят, я встречу тебя, накормлю обедом – и мы отправимся обратно.

Ева как-то странно усмехнулась, перегнулась через борт (очень, очень странное зрелище!) и зачерпнула воды в небольшой хрустальный флакончик.

- Это зачем? – спросила я.

- Существует два места во всех обитаемых мирах, где душа не может солгать. Элизиум – место для светлых душ не терпит лжи. И Виртрум – город