Драконий брак, где всё не так - Оксана Октябрьская

женой долголетием. Что тебя удивляет? Разве не об этом говорят легенды?

Дракон и человеческая дева...

Исольда смотрела на него ошарашенно, словно не верила своим ушам, но вдруг

сдалась и протяжно вздохнула.

— Делай, что хочешь. Я устала разрываться между вами и новой семьёй, и больше

не прилечу, если не нужна тут. Всё понятно. Эта девица настроила вас обоих

против меня, и ты это допустил, ладно, ещё пожалеете оба, конечно, но я же

всегда всё вам прощала, прощу и это, — она включила режим бедной жертвы с

благородной душой. — Но давайте хотя бы расстанемся, как воспитанные драконы

и... человек. Выпьем чаю, поговорим о погоде, простимся по-хорошему. Да? –

она посмотрела на бывшего мужа и сына, но Вико промолчал, а Киприан устало

вздохнул. После такого вздоха я бы ни секунды не осталась, но Исольда

удовлетворённо кивнула: — Велю подать нам чай в столовую, поговорим, немного

все успокоимся, а время нас рассудит. Может, в конце концов, всё и к

лучшему. Зато никто не упрекнёт меня в том, что мешаю вам с сыном жить своей

жизнью.

Она вышла.

— Не верьте ей, — процедил Пушок, так и сидевший на моём плече. — Пакость

готовит, точно вам говорю, у меня прямо чуйка воспалилась и сигнализирует о

грядущей подлянке.

Действительно странная перемена. Вот так всё просто? Чайку выпьем и расстанемся

по-хорошему?.. Я посмотрела на Киприана. Муж выглядел настороженным, но

молчал, и мы все спустились в столовую, оставив Пушка в спальне.

— Так мне будет спокойнее, малыш, не хочу, чтобы ещё одна психованная драконица

на тебя напала, — прошептала я ему.

* * *

Исольда сама принесла поднос с полными чашками и тарелкой печенья. Первую чашку

она поставила перед Вико, вторую протянула бывшему мужу, и, наконец, мне. И

пока отвернулась, чтобы взять чай себе и отдать поднос Айде, пришедшей

следом, Киприан сделал нам с Вико знак — не пейте! А сам быстро поменял мою

и свою чашку местами, прошептав что-то.

— Ну, что вы как на похоронах? — блондинка повернулась к нам, удобно

устраиваясь на стуле. — Уже нельзя вместе и чаю выпить? Давайте поболтаем о

мелочах.

— Мы недавно пили, но если ты настаиваешь... — ответил Киприан, и сделал

глоток.

Исольда смотрела на него во все глаза, и улыбнулась, а мне стало страшно. Если

поменял чашки, значит, подозревает отраву в моей? Но пьёт-то зачем?!

— Не настаиваю, Кип, а предлагаю примирение. Мы не чужие друг другу, и пусть

сейчас отношения испортились, но кто знает, что будет дальше? К чему копить

обиды?

Она подняла свою чашку и отсалютовала Тор-брахсу, он сделал то же самое. Я еле

держалась, чтобы не вырвать пойло у него из рук, сердце колотилось где-то в

горле от страха, и мешало дышать. Киприан, что ты творишь?! А муж

невозмутимо сделал большой глоток.

Дверь распахнулась, и в зал ворвался Ганн, а следом Санда, оба запыхавшиеся.

— Нет, милорд! — выдохнул управляющий. — Не пейте это! Она сказала, что это

лекарство, но... — старик закашлялся, а Санда подхватила его мысль.

— Зачем давать лекарство тайно, милорд? Что-то ваша бывшая жена задумала, а

этот старый дурень ей и поверил!

Исольда на миг оскалилась, зарычала, но вдруг улыбнулась с видом

победительницы.

— Вы жалкие тупицы, а это действительно, лекарство, — она повернулась к

Киприану и тихо проговорила: — для твоей искры.

Дракон изменился в лице.

— Что? — спросил он так, что бывшая жёнушка сжалась на мгновение, но быстро

взяла себя в руки.

— А то, — она расправила плечи. — К сожалению, эти болваны подпортили мне

сюрприз. Допей ты эту чашку, и твоя искра разгорелась бы, как раньше. И не

пришлось бы долго её восстанавливать, но ты выпил мало. Магия истинности

вернётся через месяц-другой. И тогда, мой дорогой друг, — она наклонилась к

дракону и прошипела в лицо: — ты станешь прежним. Не так я всё планировала,

но уж если ты не достанешься мне, то и ей, — Исольда презрительно кивнула на

меня, — тебя не видать. Ты будешь мечтать о паре, будешь чувствовать это

нетерпение внутри, а твоя жена-человечка станет ждать, когда же ты её

бросишь. Как думаешь, надолго хватит вашей смехотворной любви, а?

Мерзавка ликовала, а я, хоть и знала, что Киприан не пил из своей чашки,

задрожала от ужаса. Вот так просто можно всё разрушить?..

— Значит, ты планировала? И каков был план? — прищурился мой муж, и я

чувствовала, как он кипит внутри, хотя внешне выглядит пугающе спокойным.

— Да, — пожала плечами она. — Что тебя удивляет? Мы были счастливы вместе,

любили друг друга, но у меня появилась пара. И всё бы хорошо, да только мой

истинный не так уж молод. Скорее всего, он умрёт раньше, и что останется

мне? Чахнуть от горя? Вот уж нет! — Исольда, привыкшая, что ей всё

прощается, не чувствовала опасности, и выдала правду с надменной улыбочкой:

— Тогда я и подумала, что если бы ты, всё ещё тоскующий и влюблённый,

остался один, то я могла бы вернуться к тебе и Вико после смерти истинного.

Ты же добряк, Кип, и принял бы моих детей от второго мужа, мы снова были бы

вместе... В моей семье давно хранился флакончик зелья, разрушающего и

восстанавливающего связь с искрой — выпьешь половину, искра угаснет, выпьешь

остаток, и она загорится снова. Вот я и добавила половинку этого зелья тебе

в еду, перед тем как уйти к новому мужу.

— И все эти годы ты внушала мне при каждой встрече, что простой брак не имеет

смысла, и надо искать пару, отлично зная, что я её не найду... Какая же ты

мерзавка, Соль! — Киприан горько усмехнулся. — А ведь я тебя любил...

— И я тебя по-своему любила, потому и не собиралась отпускать, — без зазрения

совести заявила красотка. — Но раз всё так вышло, то лучше отдам тебя

истинной или обреку на вечное ожидание, но ты никогда не достанешься этой

человечке, — Исольда повернулась ко мне и зло прошипела: — Я тебе не

проиграю. Он не будет ждать меня, но и ты его не получишь!

— Какая же ты эгоистичная дрянь...

У меня в голове не укладывалось подобное. Хороша любовь по-изольдовски!

— А скажи мне, Соль, — Киприан смотрел на блондинку, будто впервые увидел по

настоящему, и не понимал, как он мог ею увлечься, — если этот флакон был у

тебя, когда мы жили