Драконий брак, где всё не так - Оксана Октябрьская

— Тогда мы можем дважды опознать преступника, и это будет даже надёжнее.

Напишу, чтобы сюда его привели, — решил Киприан, чмокнул меня в висок и ушёл

отвечать на письмо.

— А он тебя любит, — хмыкнул Пушок, когда за драконом закрылась дверь. — Так

переживал, когда ты болела, сам на себя был не похож, каждую минуту, если не

был с Вико, так тут сидел. Ты, может, прости его, а?

— Да я, вроде, уже... — ком в горле мешал говорить, всё ещё не верилось, что

этот странный брак теперь настоящий. Ну, во всяком случае, кажется, мы оба

этого хотим. Только получится ли?..

* * *

Лекарь всё ещё работал со мной, а муж заставлял много спать, не позволяя никому

меня тревожить, и сам тоже старался не утомлять, избегал серьёзных

разговоров, и я уже даже немного нервничала. Вдруг он передумал? Вдруг те

слова были просто под влиянием момента?..

В общем, когда через пару дней прилетели «гости» из столицы, я уже была

достаточно сильна, чтобы встретить их в приличном виде, стоя рядом с мужем.

— А кто этот представительный дракон? — шепнула я, отвешивая поклон визитёрам,

из которых узнала только следователей и королеву.

— Король, — прошептал муж, и я озадачилась.

— Правителя так взволновало похищение человечки, пусть и жены дракона?

Странно...

Глава 14

Его Величество Куад Трестон Тохелисский, правитель Пятиземелья, оказазался

действительно величественным. Всё в этом драконе говорило о его положении –

властный взгляд, голос, манера речи...

— Тор-брахс, разместите нас, чтобы можно было провести опознание, раз уж мы

вынуждены были прилететь сюда, — приказал он.

— Прошу прощения, ваше величество, — муж снова поклонился. — Моя жена не

здорова, лекарь запретил ей пока путешествовать, иначе мы бы, разумеется,

прилетели сами. Я мог прилететь и один, но счёл, что она имеет право увидеть

того подонка, который оставил её на той скале у гнезда виверны.

— В этом есть смысл, — проворчал король. — Ну, давайте быстро покончим с

сомнениями. Это дело у меня уже как кость в горле.

Мы прошли в большую гостиную, слуги принесли кресла для королевской четы,

остальные встали по сторонам, а в центр вывели подозреваемого. Бронри успел

шепнуть нам, что это и есть бывший любовник Каролы, который дал ей перстень,

а потом бросил, узнав о романах с Киприаном и вторым драконом.

Я посмотрела на этого лорда Ххарана, как назвал его следователь, и не поняла,

как вот это можно было предпочесть Киприану. Впрочем, щуплый, изнеженный

лордик вполне подходил ей. Гармонично омерзительная парочка была бы...

— Итак, лорд Ххаран, — Бронри строго посмотрел на смазливого пленника,

бледного, но всё ещё дерзко кривящего капризные губы, — поскольку вас

недавно допрашивали с помощью магии по поводу украденных артефактов,

переданных вами леди Лихс, то повторно провести такой допрос нельзя. Нужно

ждать ещё около двух месяцев, чтобы вы умом не тронулись, а его величество

желает закончить это дело, как можно скорее. Поэтому мы тут. Я занимался

кражей украшений и похищением леди Тор-брахс, и никак не ожидал, что эти

дела связаны, однако выяснилось любопытное. Я узнал, кто сказал леди Лихс о

«смерти» жены лорда стража. Этот человек указал на свой источник лживой

информации, тот на свой, и так далее. Постепенно переходя по цепочке,

довольно длинной надо сказать, я вышел на вас, единственного, кто не мог

объяснить, от кого узнал эту сплетню. И тут я вспомнил, что один из ваших

слуг упоминал на допросе по делу об артефактах, что вы куда-то улетали как

раз незадолго до похищения леди Тор-брахс, и вернулись вечером того дня,

когда оно случилось.

— Я мог быть где угодно! Сейчас даже не вспомню, — усмехнулся наглый хлыщ.

— Могли быть. Вот только лорд страж нашёл свидетеля, который описал, как

дракон, подозрительно похожий на вас, пролетал в то утро от Брахсхели к

горам, и нёс в лапе женщину.

— Да какой мне интерес похищать девицу, которую я в глаза не видел? Мотив, мой

молодой друг-ищейка, где мотив?! — хмыкнул Ххаран, казалось, он непрошибаем.

— Хороший вопрос, — спокойно кивнул Бронри, и меня удивила выдержка этого

молодого дракона, даже я, еле на ногах стояла, а была готова врезать по роже

столичному аристократишке. — Мотив не очевиден. Однако известно, что в

домах, где много прислуги, удержать секрет трудно. Служанка леди Лихс

слышала ваш с ней разговор после разрыва, когда вы выяснили, что фрейлина

крутит роман не только с вами, а ещё и с лордами Аххесом и Тор-брахсом. Так

вот, эта служанка утверждает, что вы угрожали разрушить жизнь леди Лихс,

если она не вернёт вам перстень. О каком перстне речь, думаю, догадаться не

сложно. Она не вернула. И вы не были уверены, что ваша затея не выйдет

наружу, потому решили удалить девушку от двора, чтобы не болтала лишнее.

Убить её вы не могли, всё же речь шла о родне нашей королевы, и, как я

полагаю, решили подстроить всё так, чтобы она вынуждена была уехать. Вы

решили разрушить её жизнь, как и обещали. Весь двор знал, что леди Лихс уже

довольно испытывала терпение её величества, и получила предупреждение — или

выходит замуж за Аххеса, или отправляется к отцу, который, несомненно, запер

бы её на долгие годы, чтобы образумилась. Вы тоже это знали.

— Как знал ты, подлец, и то, что Карола, — подала ледяной голос Греттель, — не

желает этой партии, и сделает что угодно, чтобы вернуть тебя или Тор-брахса,

раз уж остальные держатся подальше от неё из-за моего гнева. И Аххес, когда

они с Каролой ругались в день разрыва, примчался во дворец, потому что узнал

от кого-то, что жена лорда стража мертва, а у Каролы снова есть надежда. Он

хотел убедиться, что помолвка в силе, а кончилось всё разрывом. После этого

Карола летала сюда, узнала правду, но Аххес её уже не принял, конечно. И

когда Бронри рассказал мне свою мысль о мотиве, я вызвала лорда к себе, мы

поговорили, и выяснилось, что именно ты, Ххаран, насмехался над ним в тот

день. Ты знал, как он мечтает об этом браке, и понимал, что если напугать

его, то он помчится к невесте. Знал ты и характер Каролы, что она лишена

осторожности, резка на язык, особенно когда чего-то хочет или злится.

— Но это только домыслы сопляка-ищейки! Что он может знать? У него нет

доказательств! — подонок перебил Греттель, словно вызов бросил.