В объятиях дьявола - Миранда Эдвардс

– Грейс? Чем так вкусно пахнет? – ухмыляюсь и кладу тонкие ломтики прошутто на пиццу. Росс, потирая глаза входит в зал, и удивленно вскидывает брови. – Ангел? Что ты делаешь?

Киваю в сторону кухонного островка и мягко указываю:

– Садись.

Росс, с сомнением поглядывающий на меня, занимает один из стульев. На нем лишь пижамные штаны. Рельефные мускулы немного сбивают с мыслей, но я сосредотачиваюсь на еде. Нарезав пиццу на кусочки, ставлю ее перед Россом и приношу кофе. Он глядит на мой кулинарный шедевр так, будто от одного укуса его тут же парализует. Поджимаю губы, стараясь не сказать что-нибудь лишнее.

Я поднимаю белый флаг, да ведь?

– Торт в холодильнике, если ты хочешь начать с него, – намекаю я. – Но пицца горячая и очень вкусная.

Теперь к недоверию на лице Росса присоединяется шок. Да, приятель, я серьезно. Он не приступает к завтраку, хотя я слышу, как жалобно урчит его. Закатываю глаза и сажусь напротив него.

– В общем, я предлагаю мир в традициях моей семьи, – вздыхаю я. – Но у меня есть несколько условий.

– Ты предлагаешь мир? – Росс откидывается на спинку стула и складывает руки на груди. Каждая мышца на его теле напрягается. Боже, зачем быть таким… отвлекающим? – И что же я должен сделать ради такого счастья?

Повторяю его движение и съедаю один из кусочков пиццы. Росс не удерживается и берет второй. Его глаза прикрываются от удовольствия. Мои губы растягиваются в широкую улыбку. Россу понравилась моя стряпня.

– Мы должны прекратить ссориться, – шепчу я. – Это первое условие. Сегодня поднят белый флаг. Твой день рождения – это Швейцария.

Росс игриво улыбается и спрашивает:

– И какое же второе условие?

– Ты должен придумать, чем мы будем заниматься весь день.

***

– У тебя есть яхта, – констатирую я, глядя на огромную посудину, стоящую в частном порту недалеко от квартиры Росса. – Почему я не удивлена?

– Может, потому, что ты видела отчет о доходах? – пожимает плечами Росс и, взяв меня за локоть, ведет по трапу на яхту.

На палубе нас приветствует небольшая команда из капитана, повара и двух официантов. Я не разбираюсь в яхтах, но судно Росса выглядит дорого, точно как в каком-нибудь журнале о светской жизни. Мне становится неловко от того, что нас двоих будут обслуживать четыре человека. Мы поднимаемся на борт и идем к носу яхты, где установлены два лежака. Росс кладет вещи на пол, сразу снимает льняную рубашку с коротким рукавом и ложится на кушетку, вытянув ноги. С довольной улыбкой он натягивает очки на нос и говорит:

– Если надо будет намазать спинку, только свистни, Ангел.

Закатываю глаза, но не грублю в ответ и надеваю очки. Сегодня я хорошая и умная девочка. К нам подходят официанты и предлагают напитки. Беру мохито и ухожу на исследование яхты. Тем временем мы отъезжаем от причала. Город медленно отдаляется, и в полуденном солнце вид на Майами невероятный. Тут же достаю телефон, делаю несколько снимков панорамы и отправляю их маме и Оли. Я почти всю жизнь жила возле океана, но никакой паром не сравнится с прогулкой на яхте.

Налюбовавшись видом, возвращаюсь на нос корабля, где Росс мирно валяется на лежаке и наслаждается лучами солнца. Его кожа блестит и кажется смуглее. Грудь медленно вздымается, словно он спит. Немного мнусь, но все же решаюсь снять сарафан, откладываю его в сторону и достаю из пляжной сумки солнцезащитный крем.

– Тебе намазать спинку, милая? – воркующим тоном предлагает Росс.

– Давай, – пожимаю плечами и протягиваю ему тюбик, повернувшись к нему спиной. Росс приподнимается на кушетке, берет крем и, выдавив немного, разносит его по моей спине. – Куда мы кстати плывем?

Грубые подушечки пальцев залезают под веревочки купальника, и я тянусь, чтобы развязать их, но Росс убирает мою руку, не позволяя это сделать. Закатываю глаза и ворчу о неровном загаре. Будто он не видел мои сиськи раньше, как и еще пара сотен или тысяч мужских глаз в стрип-клубе.

– Просто поездим недалеко от береговой линии, потом заглянем на дикий пляж и поплаваем в заливе, – говорит Росс и возвращает мне крем. – Повар приготовит нам ужин, и потом мы можем вернуться домой.

– А переночевать на яхте нельзя? – выпаливаю я. – Понимаю, что это глупо, но я всегда хотела поспать на корабле, в настоящей каюте.

Росс почему-то не отвечает. Поворачиваюсь к нему лицом и вижу, как он поджал губы. Наверное, думает, что кровать на корабле явно хуже, чем в его квартире.

– Если это неудобно, то…

– Нет, переночуем здесь, – перебивает меня Росс. – Мечты должны сбываться.

Благодарно улыбнувшись ему, я ложусь на живот и загораю.

День действительно проходит чудесно. Мы плавали в заливе, прыгая в воду прямо с яхты, лежали на надувных матрасах с коктейлями и много смеялись. Наверное, это первый раз, когда мы с Россом были свободны. Мы были далеко от людей, усложняющих жизнь, и от настоящих нас, поставивших табу на каких-либо отношениях между нами. Я сделала много фотографий природы и несколько снимков с Россом, пока он не видел. На каждом он выглядел на удивление безмятежным и улыбался. Мы даже сняли видео и несколько селфи вместе. Не знаю, зачем мне фотографии с ним. Просто нужны. Когда солнце садится за горизонт, мы решаем подняться на палубу и поужинать. Росс отлучается и о чем-то говорит с официантом. Воспользовавшись моментом, я достаю из кармашка сумки небольшую лакированную коробочку.

Обсохнув, мы одеваемся и поднимаемся на верхнюю палубу, где для нас под небольшим навесом накрыт столик. Все точно как на картинке: шампанское в ведре со льдом, свечи и аппетитные блюда. Из колонок звучит лирическая песня и дополняет романтическую обстановку. Росс учтиво отодвигает мне стул, помогая сесть.

Легкий морской бриз приятно обдувает горящую из-за севшего за горизонт солнца кожу. Луна и звезда рассыпаются ковром на ночном небе. Легкая рябь пробегается по воде, смазывая отражение ночи.

– Так значит, у вас такая примирительная традиция с матерью на день рождения? – спрашивает Росс.

Его кожа на лице мило покраснела от целого дня под солнцем, и глаза приобрели синеватый оттенок. Росс, кажется, действительно заинтересован в условиях нашей традиции, поэтому я отвечаю:

– Ага. Без нее мы бы не праздновали половину моих дней рождений.

Он наливает нам еще по бокалу шампанского и с невинным выражением лица хлопает глазками, явно что-то замышляя.

– А она не подразумевает давать глупым людям второй шанс? – мурлычет Росс. – Если они сделают все, чтобы заслужить доверие?

Напрягшись, я допиваю шампанское и отворачиваюсь