В объятиях дьявола - Миранда Эдвардс

Мой мозг не сразу осознает, что Росс только что сказал. Опустим, что от него залетела какая-то малолетка. Он пытается со мной делиться чем-то, и это… семена для выращивания доверия. Пусть Росс опять сказал о нашей разнице в возрасте и о своей «особенности» спать с кем попало, но все же хоть что-то. Не верю, что действительно думаю о доверии к нему!

– Возможно, ты передумаешь когда-нибудь, – туманно произносит Росс. – Ладно, засыпай. Я скоро вернусь.

Что за бред он несет последнее время? Какие отношения, какие дети, какое будущее?

Высунув нос из-под одеяла, собираюсь снова огрызнуться, но Росс уже подходит к выходу из спальни. Тяжело вздыхаю и даю ему обещание:

– Запомни, Росс Кинг, у меня никогда не будет от тебя детей. Ты плохой человек, а я не хочу повторять судьбу мамы. Я согласна на мир. Не более.

Росс ничего не отвечает и просто уходит. Он должен запомнить мои слова, потому что я сделаю все, чтобы не сломаться, а быть с Россом – путь к падению.

Глава 26

Селена

Силы на пределе. Я на пределе. Еще несколько метров, и я доплыву до буйков. Замираю посреди своего пути, давая отдых конечностям. Мышцы на руках и ногах жалобно стонут, но эта боль словно напоминает мне о том, что я существую. Поднимаю глаза к небу. Солнце, нещадно светившее с момента нашего приезда в Майами, сегодня спряталось за серыми тучами. Оно тоже не в настроении.

Проснувшись в четыре утра, я чувствовала лишь пустоту. Страх и ненависть к себе выжгли все из меня. Не знаю, что на меня нашло. Но после пробуждения я выскользнула из-под руки Росса, надела купальник и ушла на ближайший пляж. Прохладная вода не вставила мозги на место. Все мысли превратились в клубок ниток, который я не могу ни прочесть, ни распутать.

Рука задевает буек, и я ухватываюсь за канат. Дыхание сбивается, и мышцы во всем теле пульсируют от усталости. Океан неспокоен. Волны тянут меня плыть дальше, двигаться к опасной глубине, к серому горизонту. И мне стоит огромных усилий не поддаться их зову. Открытое море, где могут быть акулы или меня могут покинуть силы, не пугает, а манит. Эта опасность, которой мне хочется подвергнуть себя, не здорова, я знаю. Ее источник кроется там же, где таятся причины моего вчерашнего приступа.

С берега слышится свист. Без особого желания поворачиваю голову и вижу очертание мужчины в униформе спасателя, направляющегося в мою сторону на гидроцикле. Он берет рупор и кричит:

– Мисс, возвращайтесь на берег! Сегодня плавать запрещено из-за штормового предупреждения.

Прежде, чем он доезжает до меня, я отпускаю канат, последний раз взглянув на волны, набирающие мощь, и плыву к берегу. Спасатель назойливо наблюдает за мной, пока я не оказываюсь на мелководье, а затем возвращается на свою вышку. Взглядом нахожу свою одежду, но не спешу выбраться из воды, потому что возле нее стоит Росс.

Боже.

Он одет в спортивный костюм черного цвета. Наверное, я впервые вижу его в такой одежде. Спасатель опять свистит, и мне все-таки приходится выбраться на берег. Росс учтиво достает из моей сумки полотенце и, пойдя мне навстречу, накидывает его мне на плечи. Его глаза кажутся усталыми и беспокойными, когда он смотрит на меня. Ни намека на ухмылочку. Ничего не сказав, я сажусь на песок, закутавшись в полотенце. Ветер действительно усилился, и стало прохладно. Росс молча садится рядом. Он не продолжает смотреть на меня одним из своих тяжелых и всезнающих взглядов, его глаза полностью сосредоточены на океане.

– Я видел тебя, – вдруг говорит он. – Я знаю, что ты бы этого не сделала, но… прошу, не надо.

Тяжело сглатываю, потираю озябшие пальцы и хрипло обещаю:

– Не буду.

– Зов был сильным? – Росс не смотрит на меня, словно боится увидеть пугающий ответ на моем лице. – Я видел, как ты смотрела вдаль. Иногда кажется, что заплыть подальше и перестать бороться – верное решение, но это не так, Ангел. Ты не запятнала свою чистоту, и тебе не надо искать способы вернуть то, чего ты никогда не лишалась. Ответь мне честно, прошу.

Я не понимаю, какую чистоту он видит во мне. Грязная стриптизерша, раздвинувшая ноги перед ним и его братом, которая волей судьбы вырвалась в высший свет, а потом убила человека. Так почему же Росс продолжает называть меня Ангелом?

Был ли сильным зов погрузиться на невозможную для жизни глубину? Уснуть в океане не так плохо. Но я не стала бы. Наверное. Я ни в чем не уверена.

– Не такой, с каким бы я не могла справиться, – с фальшивой уверенностью произношу я. Оглядевшись вокруг, вижу автомобиль, на котором ездит Джон Би, и спрашиваю: – Ты поднял Джона Би, чтобы меня найти?

Росс качает головой и хмыкает. Тепло от его тела просачивается сквозь одежду, и оно приятнее, чем спокойный холод океана. В этом я все же уверена на все сто.

– Я приехал с Максом. Джон Би дежурил, увидел, как ты покидаешь здание, и поехал за тобой. Доложил мне, и вот я здесь, – Росс пытается натянуть самодовольную улыбку, но получается криво. – Ты продолжаешь недооценивать меня, Ангел.

Закатываю глаза и не удерживаюсь от небольшой улыбки.

– Я успела позабыть, какой ты самоуверенный параноик, – язвлю я.

– Нам надо возвращаться домой. По всем новостям говорят, что сегодня не следует выходить на улицу лишний раз. Шторм может быть серьезным, – предупреждает Росс и подает мою одежду.

В отличие от него я не очень обдуманно поступила и надела шорты с майкой. Росс хмурится, снимает с себя толстовку и без предупреждения нацепляет ее мне на шею.

– Подними руки, – указывает он и, когда я вскидываю наверх руки, просовывает их в рукава нагретой одежды.

Я едва ли не тону в его огромной толстовке, но не сопротивляюсь, потому что на улице действительно становится холоднее. Поправляю капюшон, чтобы открыть глаза, и первое, что я вижу, – голый торс Росса. Вскинув брови, спрашиваю:

– Не боишься, что кто-нибудь увидит тебя полуголым в пять утра?

Росс одаривает меня небольшой улыбкой, делает вычурный поклон, берет мою ладонь в свою руку и, оставив на ней легкий поцелуй, говорит:

– Я скажу, что встретил принцессу, но хрустальной туфельки у меня не было, и я отдал ей свою толстовку.

Прежде, чем я успеваю что-то сказать, извилистая и яркая молния разрезает небо пополам. Следом порыв ветра поднимает песок, превращая его в вихрь