Я на тебе (никогда не) женюсь - Анна Рейнс

меня между ног, пока я не начинаю извиваться, ощущая сосущую пустоту внутри. Словно почувствовав это, Дэлмар накрывает меня своим телом. Направляет свой член, скользя между складок. Вверх и вниз. Дразнит, пока мое дыхание не сбивается, а с губ не начинает слетать тихое хныканье.

— Знаешь, сколько я об этом мечтал? — его шепот, кажется, звучит напрямую в моей голове. Переворачивает что-то внутри меня. — Чтобы ты лежала подо мной, открытая и влажная. Стонала от наслаждения, умоляя меня не останавливаться. Ты же не хочешь, чтобы я останавливался, Аллисандра?

— Я хочу, чтобы ты сделал меня своей, — со стоном отвечаю я, подаваясь бедрами навстречу.

— Как пожелает моя принцесса.

Он начинает медленно входить в пульсирующее от желания нутро. Больно... Мои брови едва заметно хмурятся, я зажмуриваюсь.

— Ты умничка, — его голос обволакивает меня. — Сейчас все пройдет. Регенерация, помнишь?

Я киваю, резко выдыхая, когда он достигает самого конца. Непривычно давит, растягивает. Дэлмар снова целует меня — бережно, нежно, хотя все его мышцы напряжены. Так, словно сдерживаться ему стоит невероятных усилий.

Боль сменяется легким жжением. Но и оно скоро уходит. Я расслабляюсь.

Сосредотачиваюсь на новых ощущениях. Непривычных, приятных. Дэлмар чувствует эту перемену. Его бедра приходят в движение.

Выходит. Снова наполняет.

Мои глаза изумленно распахиваются, встречаются с его.

— Все хорошо? — слышу его напряженный голос.

Я несколько раз киваю, закусывая губу на очередном толчке. Это не просто хорошо.

Это…

Все мысли покидают мою голову — остаются только ощущения. Запах Дэлмара, его вкус, трение кожи, наши соединяющиеся тела. Движения, что становятся все более быстрыми, сильными.

Я не могу ими насытиться. Словно пью воду и все равно испытываю изнуряющую жажду. Мне нужно еще и еще...

Я сама не замечаю, как начинаю повторять эти слова вслух. Комнату наполняют совершенно неприличные звуки. Напряжение внутри все нарастает, как снежный ком — глубже, сильнее, чем в первый раз. Сотрясает меня, когда я достигаю разрядки.

Чувственные спазмы охватывают все мое тело. Дэлмар издает низкий стон, замирает в самой глубокой точке. Чувствую его пульсацию, семя, что толчками заполняет меня. И лишь спустя несколько бесконечно долгих мгновений расслабляюсь.

Тело ощущается легким, почти невесомым. Хочется улыбаться. Дэлмар целует меня еще один раз, после чего ложится на спину. Притягивает меня к себе, обнимая. Мы шумно дышим. Тела покрыты испариной.

— Это было... - я снова пытаюсь подобрать слова.

— Только начало?

Я тихо смеюсь. Верно, это только начало. Всего.

В коконе его рук я чувствую себя абсолютно счастливой.

Семь лет спустя

Открываю дверь и задыхаюсь от возмущения, снова увидев на коленях у Дэлмара эту красотку.

— И как это понимать? — вырывается из меня. — Ты уже час как должна быть в постели!

— Ну мама, еще одну сказку, — она поворачивается ко мне и обхватывает папу за шею — так, словно ищет защиту. В огромных зеленых глазах застыла мольба.

Кудрявые каштановые волосы обрамляют ее кукольное лицо, нижняя губа слегка выпячена. Мое сердце сжимается от нежности, и я выдыхаю.

Когда она делает такое лицо, отказать совершенно невозможно! Ладно, я еще держусь. Иногда. А вот Дэлмаром она крутит как хочет. Я смеялась до слез, увидев его в окружении розовых пони и кукол, пьющего чай из крохотных девчачьих чашечек. Просто чтобы порадовать Николь.

Разумеется, чаепитие продолжилось уже со мной.

А какие она ему прически делает? загляденье!

— Ну и что это за сказка? — я немного успокаиваюсь и подхожу ближе, проводя ладонью по спине Дэлмара. Задеваю метку, и мое плечо слегка нагревается в ответ.

Я так хорошо ее выучила, что, кажется, и с закрытыми глазами смогу обвести контур пальцами.

— О злом и вредном драконе, — говорит он. — И заколдованной принцессе. Однажды ночью он похитил ее, утащил в свой замок и держал там до утра.

— Ммм, — понимающе тяну я. — И чем они там занимались?

— Кое-чем очень грязным.

— Отмывали его?

Именно, — в золотых глазах плещется веселье.

— Бедная принцесса.

— Папа, тут совсем не так! — важно заявляет Николь, тыча пальцем в картинки, где нет ни похищения, ни замка, ни даже дракона. Только принц, стоящий на колене перед принцессой и протягивающий ей розу.

— ОЙ, да? — наигранно изумляется он, и я не могу сдержать смешок. — И правда.

Папа, видимо, уже совсем устал, родная. Да и ты тоже. Пора спать.

— Я могу ее уложить, — предлагаю.

— Скорее она уложит тебя. Давай, я скоро приду. Лис.

Я целую Николь и желаю ей спокойной ночи, после чего выхожу из детской. С губ не сходит улыбка. Завтра дочери исполняется пять, и мы уже начали украшать гостиную, где будем отмечать праздник. Не хотелось бы испортить сюрприз.

Там будет и любимый дедушка, который ради такого случая снимет корону и оденется во что-то попроще. И двоюродные сестры — дочери Клариссы. Одна из них одного возраста с Николь — разница всего две недели. Честно говоря, я уже и не надеялась найти общий язык с сестрой, но сблизиться нам помогло материнство. И взросление, наверно.

Гости будут дарить подарки, и Николь заранее решила, что отдаст их приютским детям. В прошлый раз я брала ее с собой — когда ездила проверять, как идут дела в приюте.

Замечательное получилось место. Даже лучше, чем я планировала. И дело, конечно, не в ремонте, хотя он тоже играет большую роль. Прежде всего, в людях.

Тех, что искренне заботятся о детях. Относятся к ним с любовью и теплотой.

Но Николь тогда все равно заплакала. Сказала, что у нее такие замечательные папа и мама, а у этих детей нет родителей. И она хочет отдать хотя бы свои игрушки. Мое сердце чуть не разорвалось от любви и гордости.

— Решение, достойное принцессы, — поддержал ее Дэлмар и предупредил гостей.

А я в который раз подумала, что не могла бы выбрать лучшего отца для своих детей. Или лучшего будущего короля. Или лучшего мужа. Мужчину, с которым мне суждено пройти эту жизнь рука об руку.

— О чем ты думаешь? — голос Дэлмара врывается в мои мысли, и я оборачиваюсь.

Задумалась настолько, что даже не услышала, как пришел.

— О судьбе бедной принцессы, которую так нещадно эксплуатировал дракон в своих грязных целях, — притворно расстроенно говорю я, направляясь навстречу.

Его взгляд неотрывно следит за мной. С жадностью, которая едва ли уступает нашему медовому месяцу. Ему всегда меня мало. А мне всегда мало его. Провожу руками вверх по его груди и поднимаюсь на носочки. Чувствую, как его ладонь скользит на мое бедро. Сжимает.

— Бедная принцесса, —