Переиграть судьбу - Лана Лаврова

После ее ответа глаза округляются уже у Даэля.

Мне имя Ленгара Морро не говорило ничего, пока женщина по просьбе василиска не описала его внешность. Он хотел убедиться, не ошиблась ли она.

Немного сутулый мужчина с белой проседью в черных волосах и чуть шаркающий при ходьбе был частым гостем у нас дома после гибели родителей. И его очень интересовало, что из того дня запомнила именно я.

* * *

— Ты с ума сошла! — От восклицания Сиры стекла едва не дребезжат в оконных рамах. Две девушки, сотрудницы салона готового платья, вздрагивают, как болванчики на городских часах, и распахивают и без того круглые глаза. — Что ты думаешь там найти? Здание давно заброшено, а пару лет назад, кажется, там был пожар, и никаких следов найти не получится.

Я всего-то решила поделиться с подругой желанием наведаться в приют, а нарвалась на яростное сопротивление с ее стороны. Еще по дороге в салон обмолвилась об этом, думая, что она подержит меня. Но, судя по ее реакции, она костьми ляжет, но не пустит меня туда.

— Там в любом случае можно что-то почувствовать. — Огонь, конечно, мог уничтожить следы, в этом она права, но он также мог и запечатать эманации, особенно очень сильные из них. А таких будет много, не сомневаюсь. — Если так боишься за меня, буду не против твоей компании.

После моей пропажи они с дядей словно сговорились не выпускать меня из виду. Тот даже по дому ходил за мной хвостиком, доводя меня до нервного тика, по утрам он раньше горничной врывался в мою спальню с подносом еды, на котором было на целый полк стражей, и бдительно следил, чтобы я съела все до последнего кусочка.

За пределами дома эстафету перехватывала Сира. Я за порог, а подруга уже поджидает меня за рулем своего виджаса.

Мне было проще позвать ее с собой, все равно ведь уйти от нее не получится.

— Конечно, я с тобой пойду. — На ее лице расцветает довольная улыбка. — Раз с этим разобрались, давай уже выберем тебе платье. Я думаю, вот это тебе очень подойдёт. Оно просто восхитительное.

На плечиках висело белоснежное платье из тончайшего кружева, атласа и россыпью мелких речных жемчужин.

— Оно же белое, — провожу пальцами по кружевной ленте на спине, вблизи она напоминает узор, созданный дыханием ледяных духов, — для бала оно не подойдёт. Но ты права, оно и правда прекрасно.

На бал в честь Ночи Перерождения мужчины по традиции приходят в белом, олицетворяя свет, прогоняющий тьму, в лице Богини Ночи, и женщины надевают черное в ее честь.

— Не всегда надо следовать правилам, — заявляет подруга и делает знак девушкам подготовить примерочную. — Вспомни, сколько мы их нарушили, пока учились в академии. Уж племяннице императора простят небольшое отступление от традиций.

— А почему бы и нет!

Платье уже ждет меня в примерочной.

Атлас холодит кожу, его вес почти не чувствуется, словно оно и правда соткано из морозного дыхания. Поднимаю волосы руками и кручусь перед зеркалом. По открытой спине пробегает волна мурашек. Платье немного свободно в талии, но меня тут же заверяют, что до бала его успеют подогнать по моей фигуре.

Из салона выдвигаемся домой.

В последнее время я быстро устаю, к обеду хочется забраться в кровать и забыться сном. Моя кипучая энергия словно замёрзла. Возможно этот, Хран ее и заморозил, являясь мне во снах каждую ночь. Первый раз аж подскочила во сне и свалилась с кровати. Сейчас уже его морда не приводит меня в ужас, мне хочется узнать, что же он от меня хочет. А он действительно что-то хочет. Я вижу это в его глазах, слышу в недовольном шипении, и даже кончик его хвоста пытается позвать за собой.

Дома сразу веду Сиру в библиотеку, одной мне не разобраться с рунами, которые я зарисовала в Храме Вайсы. О них я забыла, пока случайно не смахнула со стола папку со своим первым делом, и листок с моими каракулями, покружившись по комнате, спикировал на подоконник. В последний момент успела его схватить, не дав ветру его отправить в полёт.

По пути нам встретился Наэшь. Куда же без него. В отсутствии дяди следить за мной начинал он. Но сейчас он как раз вовремя. Прошу его принести в библиотеку легкие закуски, фрукты и, конечно, же кофе. Я бы выпила сама целый кофейник, ттолько бы немного взбодриться и не клевать носом за книгами. А их пересмотреть придётся много.

— Ваш дядя просил передать, что сегодня не будет ночевать дома, но если он вам понадобится…

— Не понадобится, — перебиваю дворецкого широко улыбаясь. — Не будем его беспокоить и дадим хорошо провести ночь. Надеюсь он не выспится.

Наэшь понимающе улыбается, а Сира удивлённо хлопает глазами. Ей я ещё не рассказала про Азалу, представляю ее удивление, просто предвкушаю его.

Расторопные горничные в считанные минуты накрывают в библиотеке небольшой то ли обед, то ли ужин. От запаха еды желудок предательски урчит, а рот наполняется слюной.

— С чего начнем? — Сира забрасывает в рот миниатюрную канапе и довольно жмурится.

Разглаживаю лист с рунами и кладу его на стол.

— Давай поищем в свитках, — пожелтевший пергамент хранится под стеклом и охранными заклинаниями. — Руны древние, вполне возможно, хоть часть из них будут в них описаны.

Брать свитки приходится надев перчатки и с предельной осторожностью. Кажется они могут рассыпаться от любого перемещения.

Аккуратно разворачиваю первый пергамент, один глазом смотрю на свои зарисовки, другим — на руны запечатлённые на свитке.

Было бы большим везением наткнуться на нужные, но первые два свитка ничего похожего не содержали.

У Сиры тоже успехов не было.

Каждую неудачу она запивала кофе и закусывала сэндвичем. Через полчаса мы набили желудки, но в остальном не продвинулись.

— Лира, подойди-ка, — повернулась на голос подруги, широко зевая. — Вот посмотри, вроде они похожи.

Она, в отличие от меня, прошерстила уже все свитки и добралась до фолиантов, над одним из которых она как раз склонилась и водила пальцем по рисунку руны.

Два треугольника, слитых у основания, прорезаны двумя линиями по середине и увенчаны по их концам зубчатыми коронами. Полное совпадение с моей зарисовкой из Храма.

— Один в один. Вот ты глазастая, Сира, я бы точно