Искушение Злодея - Алекса Дж. Блум

когда она откидывает голову назад и начинает стонать мое имя. Колесо продолжает свое плавное вращение, но ей нет до этого дела. Она зарывается рукой в мои волосы и приоткрывает дрожащие веки.

— Еще, пожалуйста!

— Еще, да? Кто же так развратил нашу невинную Октавию, а?

— Ты, ты, придурок, — бормочет она.

— И мне совершенно не жаль. — Я добавляю еще один палец и начинаю ласкать языком ее клитор, посасывая его и ускоряя движения пальцев.

Каждый мой поцелуй, каждое скольжение языка все быстрее приближают ее к экстазу. Она в отчаянии хватается за сиденье, ее тело содрогается от моих прикосновений. Она забывает о боязни высоты. Забывает обо всем на свете, кроме тех ощущений, которые я заставляю ее испытывать. Волны наслаждения накатывают на ее тело одна за другой. Моя эрекция упирается в джинсы, и она начинает дрожать.

Высоко над городом, под величественным звездным небом, мы предаемся этому интимному моменту.

Этот момент принадлежит исключительно нам двоим, вдали от мирской суеты и тревог. Он навсегда останется в нашей памяти, как эти яркие звезды над головой.

Октавия содрогается в оргазме и выкрикивает мое имя. Я наслаждаюсь ее вкусом на своем языке. Когда она немного расслабляется, я опускаю ее юбку, чтобы она не замерла. Затем сажусь рядом, беру ее за подбородок и нежно целую в губы.

Теперь она чувствует свой собственный вкус.

— Это был вкус твоей грядущей свободы, Маленький Шторм.

51

Октавия

Несколько прядей моих волос развеваются на прохладном ветру, и я заправляю их за ухо. Изнутри доносится тихая мелодия, а ночное небо окутывает нас своим темным покрывалом.

Рейна и Сильвер стоят у балконных перил и болтают.

Я слышала о роскошном особняке Эйса на территории кампуса. Но только сейчас, стоя здесь и вглядываясь в очертания главного здания вдалеке, я по-настоящему осознаю его величие. В ночном сумраке академия напоминает зловещий старинный замок, где обитают лишь призраки.

В этот поздний час территория совершенно безлюдна.

Кажется, мы единственные, кто не спит. Темные рыцари собрались внутри и, вероятно, празднуют свою победу. Теперь они — единственная банда в Миднайт-Вейл, и никто не сможет их свергнуть.

И я — одна из них.

Его Дама.

Рейна и Сильвер тоже присутствуют, хотя они не входят в основной состав и даже не являются Леди.

Я полагала, что праздновать мое вступление в банду — это как-то необычно. Но именно в этом и заключается смысл.

Наконец-то я оказалась там, где хочу быть.

У меня есть настоящий дом.

— Октавия, с тобой все в порядке? Ты выглядишь слишком задумчивой, — Сильвер придвигается ближе и проводит рукой по моему плечу.

— Ты всегда можешь поделиться с нами, Сладкая, — Рейна одаривает меня улыбкой, и я не могу не ответить ей тем же. Эти двое — больше, чем я могла когда-либо мечтать.

Мои верные подруги.

Моя семья.

Платиновые локоны Сильвер развеваются на ветру, когда она отступает назад.

— Последние недели выдались для тебя непростыми. Если захочешь поговорить — мы всегда рядом.

— Мне уже лучше, правда. Просто порой накатывают воспоминания.

Рейна делает шаг вперед и опирается украшенными татуировками руками о перила.

— Они были твоими родителями, и это абсолютно нормально. Но ты исцеляешься, и это самое главное. Confía en mí. — Верь мне.

— Дело не обязательно в них, — я замечаю, как обе поднимают брови. — Я смирилась с их смертью. Но, в конце концов, я едва их знала. Большую часть жизни меня воспитывала наша горничная. Для них имела значение только работа, с помощью которой они хотели купить билет к своей свободе.

Я чувствую, как рука Сильвер скользит по моей спине.

— Тогда к черту их. Ты заслуживаешь лучшего.

— Куколка права, — соглашается Рейна.

— Куколка? — спрашиваем мы с Сильвер одновременно.

— А что? Милые прозвища, кажется, являются моим призванием.

— Но почему именно Куколка? — возмущается Сильвер, скрещивая руки на груди.

— А почему Сладкая? — парирует Рейна.

Мы все смеемся.

Звездное небо словно мерцает, и на краткий миг я мечтаю, чтобы время остановилось. Мне хочется навеки запечатлеть этот волшебный момент, чтобы возвращаться к нему снова и снова, когда тоска по этому чувству станет невыносимой.

На какое-то время воцаряется тишина, но она совсем не является тягостной.

— О ком же ты тогда думаешь, если не о родителях?

— Элис. Она не заслужила того, что с ней случилось. Если кто и заслуживает счастливого финала в этой истории, то это она.

— И она его и получила. У нее есть свой счастливый финал там, где бы она сейчас ни была. Ты не виновата в ее смерти, Сладкая. Не позволяй своему брату заставить тебя думать иначе.

— Ты права.

Именно это мне и было нужно. Ривен столкнул Элис с башни. Не я. И как бы он ни пытался внушить мне обратное, это больше не работает. В конце концов, я сама была готова пожертвовать собой, чтобы ее спасти. Больше я ничего не могла ей помочь.

— Спасибо вам обеим.

— Не благодари! Так поступают друзья, — Сильвер толкает меня в плечо.

— Да, только у меня никогда не было друзей.

— Но теперь они у тебя есть! И не вешай нос, это твой вечер! — Рейна улыбается. Ее топ, открывающий живот, идеально облегает фигуру.

— Мы пережили этот семестр. Хуже и быть не может. Или? — шепчет Сильвер.

— Никогда не говори “никогда”, — Рейна перегибается через перила, разглядывая спящий кампус, и достает сигарету из узких джинсов.

Я ворчу себе под нос.

— Что такое, Сладкая?

— Ничего. Просто я не знала, что ты куришь. — Она зажигает сигарету маленькой зажигалкой и делает глубокую затяжку.

— Ну, ты ведь не так уж долго была моей соседкой.

— Признаюсь, я знаю об этом только потому, что поймала ее, когда она сбежала с лекции покурить, — замечает Сильвер, и мы снова смеемся.

— Ты вернешься? Или мне стоит ждать новую соседку?

— Прости, я буду жить у Эйса.

Мой надутый вид, похоже, не производит впечатления — Рейна только качает головой.

— Ты покидаешь меня, — она хватает себя за грудь, словно я только что выстрелила ей в сердце. — Как я смогу не сойти с ума?

— Я и сама не от мира сего, — отвечаю я.

— К счастью.

— Для меня до сих пор остается загадкой, как ты можешь трахаться с моим братом, Октавия.

— Ты говоришь обо мне?

Услышав низкий голос, я оборачиваюсь и сразу же смотрю в ухмыляющееся лицо Эйса. Он прислонился к дверному косяку балкона, засунув руки в карманы своего костюма. Он просто стоит