Я тебя не любил... - Даша Коэн

— Такова моя последняя просьба, Игнат.

— Вот вам мое слово: вас не подведу, — решительно встал я из кресла, давая понять, что на этом разговор окончен.

Мне было в высшей степени плевать на то, что и в каком количестве унаследует Анна Миллер. Мне вообще на эти все сущие копейки было плевать с высокой горы.

Я плотно влез в чермет и давно уже отдал управление империей бывшего тестя в руки грамотного топ-менеджмента.

Я не привык стоять на месте, и каждый год моя фамилия упрямо теснила завсегдатаев списка богатейших людей нашей страны. И я не планировал останавливаться на достигнутом.

Но если старик хотел оставить за собой последнее слово, то кто я был такой, чтобы ему мешать?

Откланялся и поехал в ресторан, где у меня была назначена встреча с популярной моделью и звездой отечественного кино, которую я заприметил себе в любовницы.

Не глупая — отучилась на юриста с красным дипломом. Бегло говорила на китайском, так как пару лет работала и жила в Поднебесной. Имела отличный вкус и чувство юмора. С такой было не стыдно показаться на людях.

И мне бы сконцентрироваться на этой встрече, но нет. Я словил сраную гиперфиксацию на другой. На бывшей жене.

Не утерпел.

Внутри меня незнакомо завозилось любопытство. Я нонстопом крутил в голове слова Миллера:

«Моя дочь снова вышла замуж.»

Блядь.

Рассмеялся, с силой сжав переносицу двумя пальцами, а потом как-то смирился с тем совершенно четким пониманием, что я больше двух лет ждал, чтобы найти для себя удобоваримый предлог. И нашел. А теперь едва ли не кипятком ссался, радуясь, что смогу узнать все о своей первой жене.

Как жила?

Перед кем ноги раздвигала?

Тут же набрал номер своих парней и отдал короткий приказ пробить Аню по всем фронтам. А заодно узнать, кому она сказала «да» и поклялась в вечной любви до гроба.

Интересно же.

А дальше выдохнул и приказал себе сосредоточиться на других более важных делах. Встретился с девушкой. Вкусно поел. Качественно потрахался. А после вышел на застекленную террасу с панорамным видом на столицу, вольготно и сыто развалился в мягком плетеном кресле и открыл планшет где уже ждало моего внимания полное досье на бывшую жену.

Закурил. Довольно оскалился. И погрузился в изучение сухих фактов.

Но спустя всего лишь пару минут изменился в лице, когда увидел, за кого именно умудрилась выскочить моя экс-благоверная. С фотографий на меня смотрел не доходяжный додик, не прыщавый задрот и даже не унылый очкарик.

Со снимков на меня с улыбкой глядел еще один махровый мудак. Только лет на пять помладше. Самоуверенный. Наглый. Борзый.

Раздражающий.

— Сука! — тихо чертыхнулся я и отшвырнул от себя планшет, а затем поднялся на ноги и пошагал обратно в спальню.

Трахаться.

Особо не помогло.

Я эту бедную актрисульку только что в бараний рог не скрутил. Драл, как суку. Она уже и повизгивать начала, моля о пощаде, но я лишь еще сильнее разгонялся, бурля внутренне от иррационального деструктива.

Какого хуя, собственно?

Что такой, как этот Павел Сенкевич, нашел в моей Ане? В той самой убогой, неуклюжей деревенщине, что я откопал со дна социального болота в богом забытой провинциальной дыре, отряхнул и засунул в благополучный рай?

Нет, безусловно, она была красива. Этого у моей бывшей жены не отнять. Одни глазищи вполовину лица чего стоили. И эта ее совершенная внешность была из разряда лакшери, где не требуется шлифовать лицо пластикой или филлерами.

Когда-то я мечтал, чтобы она своими невинными, сочными губами обхватила мой член. И сосала его, заглатывая до горла.

Блядь!

Даже сейчас, предложи мне кто такой аттракцион невиданной щедрости, то я, не задумываясь, согласился бы отдать половину своего царства и еще немного в придачу. Лишь бы это случилось.

Похуй как!

Пусть бы Аня даже обрядилась бы в эти свои любимые безобразные юбки цвета детской неожиданности и безразмерные кофты такого же траурного оттенка.

Вообще, до пизды!

Я бы поставил ее на колени перед собой и трахал ее рот до тех пор, пока бы из ее глаз не покатились слезы, а она сама не начала давиться от моего размера. А дальше я бы кончил на ее лицо и, скорее всего, умер от счастья.

Вот как-то так и никак иначе.

Но, пребывая в своих думах, я правда, не заметил, что в точности то же самое начал делать со своей любовницей. Сам заплел ее длинные волосы в эту блядскую целомудренную косу, а затем провернул то, что так отчаянно хотел. Вот только в мыслях был уже не здесь. И в своих больных фантазиях имел в рот совсем другую девушку.

Дожился.

Но в ту ночь я более к папке не возвращался. Вообще, ее не трогал и предпочел о ней забыть. Она так и пролежала на террасе целых три месяца, пока Миллер не приказал долго жить. Не то, чтобы я вообще не интересовался Аней и ее новой жизнью без меня.

Напротив.

Глянул на просторах интернета, что там у нее за бизнес в Питере. Бабки отца проматывает или что-то толковое созидает._И был очень приятно удивлен. Моя бывшая жена, оказывается, умела снимать сливки и показывать зубы, размотав конкурентов, как Тузик грелку.

Сопля же совсем.

Но сопля с внутреннем стержнем.

И опять задумался, что, быть может, ее новый муж на это и подсел. Несмотря на то, что Аня была закомплексованной моралисткой, краснеющей от слова «писька» и в принципе не снимающей белое пальто, она имела пытливый ум, и с ней никогда не было скучно вести беседу.

М-да.

Сомнительные плюсы, чтобы тащить деву красную так быстро в загс. Я почему-то, как и покойный Миллер, больше склонялся к тому, что ее этот новый пахарь-трахарь позарился совсем не на мозги Ани и безусловную красоту, а на нехилое наследство, которое светило ей при любом раскладе.

Вот это уже более походило на правду.

И накануне похорон я все же сунулся на ту самую террасу, где осталась лежать фактически нетронутой вся подноготная на семью Сенкевичей. А затем открыл ее и решил досконально с ней ознакомиться.

Итак, Паша.

— Учитель, блядь..., — закатил я глаза, кода просмотрел, чем именно занимался супруг моей бывшей жены.

Фактически Миллер не соврал, но и совсем честен не был, ибо парень уже имел в своем портфеле популярную онлайн-платформу по подготовке школьников к