Уроки Искушения, или Пылающие Сердца Драконов - Деймон Краш

— Ой, — она махнула рукой и рассмеялась. — Ты бы знала, как я его всегда ревновала! Дрейк был не такой, он сам всех разгонял, а вот Рик, кажется, получал удовольствие от такого внимания. Впрочем, теперь я думаю, что он просто слишком вежлив и заботится о чувствах окружающих. Потому и позволяет им виться вокруг себя.

Голос Эйры под конец стал немного грустным и, подумав, она добавила:

— Честно говоря, я не помню, чтобы он с кем-то всерьёз встречался и вообще подпускал к себе слишком близко. Но я была ребёнком и не могла этого понимать, ведь так?

— Наверное, — отозвалась я, остановившись посреди холла, к которому мы неторопливо спустились. — Что ж, мне нужно в лабораторный корпус, а тебе — в библиотеку. Так что здесь наши пути расходятся.

— Тогда встретимся за ужином, — сказала она, широко улыбнувшись. — И не забивай себе голову! Дрейк только кажется таким серьёзным и страшным. А на самом деле, он добрый и ранимый. Где-то глубоко в душе. — Эйра прыснула. — Правда, до этой глубины ещё надо докопаться. Но у тебя может получиться!

Подмигнув, она спиной пошла к выходу из главного корпуса.

— А вообще, забудь, что я тебе наговорила! Это всё из-за бессонной ночи, всякую чушь несу! Встретимся позже!

И, помахав на прощание, она развернулась, после чего почти бегом направилась к дверям.

— Вот же… семейка, — пробормотала я, оставшись в одиночестве посреди людного холла. — Всё-таки драконы странные. Прости меня, Великая Богиня, но я говорю, как есть!

Подняв взгляд наверх, я посмотрела на огромный витраж, что тянулся к самому потолку. На нём была изображена черноволосая девушка, чем-то напоминавшая мне меня саму. Такие же волны пышных локонов, такие же красные губы и бледная кожа. А выше, над её головой два дракона — белый и чёрный — кружили в небе.

Коротко усмехнувшись, я вздохнула и собралась было пойти в лабораторный корпус, но, ощутив нечто странное, подняла взгляд, безошибочно увидев Рикарда, который стоял всё там же у перил на втором этаже. Нахмурившись, он водил пальцем по поверхности вещателя и, кажется, не обращал на меня никакого внимания.

А я, наконец, осознала, что каждый раз, когда кто-то из них оказывался рядом, мои чувства словно сходили с ума. Я ощущала их кожей, носом, самой своей силой.

И от этого было не по себе.

Мысли путались, но работа оставалась работой. Как бы ни кружилась голова от всего произошедшего, профессор Клаурис ждал меня не для разговоров о чувствах. Я глубоко вдохнула, словно сбрасывая с себя лишнее, и направилась в сторону лабораторного корпуса, напоминая себе о единственном, что сейчас действительно имело значение: учёба и исследование.

В кабинете профессора Клауриса, который он использовал для своей научной практики, ярко горел свет. Внутри уже находились трое: сам профессор и двое адептов с более старших курсов. Неловко остановившись у порога, я кивнула и осмотрела присутствующих.

Парень с короткой стрижкой и шрамом, пересекающим бровь, стоял у аппарата-сканера, настраивая частотность. Его пальцы двигались быстро и уверенно, будто он работал с этим оборудованием уже не первый год и потому не был вынужден даже смотреть на панель. Бросив на меня короткий оценивающий взгляд, он даже не кивнул в ответ, а сразу вернулся к своему делу.

Девушка с аккуратно зализанными волосами накидывала белый халат поверх учебной формы, тщательно застёгивая пуговицы одну за другой. Судя по пышным формам и характерному разрезу глаз, она была драконицей, но в отличие от других своих сородичей не стремилась продемонстрировать свою сексуальность. В её движениях чувствовалась сдержанность и собранность, отчего она действительно походила на человека науки.

Профессор Клаурис был настолько занят заполнением каких-то таблиц, что вовсе не заметил моего появления. Так что я подождала несколько мгновений, а потом решительно произнесла:

— Здравствуйте, профессор. Разве ещё не слишком рано?

— Кто приходит вовремя, тот опаздывает, — холодно заметила девушка таким тоном, будто я в чём-то провинилась.

— О, мисс Мариотт! — профессор отложил перо и, встав, быстро подошёл ко мне, чтобы крепко пожать руку. — Как хорошо, что вы пришли! Я слышал, с вами этой ночью случилась неприятность.

— Всё в порядке, — ответила я, не желая вдаваться в подробности. Ещё не хватало, чтобы мои товарищи по исследованию думали обо мне, как о прокажённой. — Я совершенно здорова и готова браться за работу.

— В таком случае, вам стоит надеть халат и остальное защитное оборудование. Нелли тебе всё покажет.

— Идём, — нехотя сказала девушка и пошла в самый конец аудитории, где располагались шкафы с инвентарём.

— Первогодка, что ли? — спросила она, выдавая мне очки с защитными чарами.

— Это имеет какое-то значение? — в тон ей отозвалась я.

— Не знаю, что в тебе нашёл профессор, но в этом деле нужны навыки работы в лаборатории. Где ты училась раньше?

— Прошла общий магический курс в академии базовой магии Кайтауна, — немного приукрасила я и, надев очки, посмотрела на Нелли. Её реакция не заставила себя ждать. Чуть склонив голову, она выразительно изогнула бровь:

— И всё? Как ты вообще прошла отбор?

— Полагаю, дело в том, что у меня богатый опыт работы в лаборатории, — ответила я ровно, после чего взяла из шкафа халат и накинула его на плечи.

Мне было всё равно, что она подумает. Я была уверена в своих навыках и имела полное право гордиться ими. А остальное время расставит по своим местам.

— Что ж, пора начинать, — сказал профессор, когда мы собрались за столами перед ним. Каждый занял по одному из столов первого ряда, ожидая начала занятия, но Клаурис не спешил. Он смотрел на часы и постукивал пальцами по столу.

Недовольно цокнув, Нелли откинулась к спинке стула и скрестила руки на груди.

— Опять он опаздывает, — недовольно произнесла она, и лицо её приняло такое выражение, словно что-то рядом очень сильно воняло.

И если бы я не находилась в том же помещении, решила бы, что пахло от неё самой. Слишком уж часто подобное выражение появлялось на её лице.

Дверь кабинета приоткрылась, и внутрь почти без стука вошёл ещё один адепт. Он был выше меня на голову, с тёмными, чуть вьющимися волосами, собранными в небрежный хвост, и тёплым взглядом янтарных глаз. Его форма была застёгнута не до конца, а рукава небрежно