Сезон продаж магических растений - Валентина Ильинична Елисеева

К слову об адептках — группка студенток из высших слоёв общества, не участвующих в первом туре вальса, решительно двигалась к ней, сверля молодую поросль магического племени самыми свирепыми взглядами. Ой, кажется, кто-то наматывал на кулак боевые заклинания! От парней-студентов ученицы академии отмахнулись с фразой, что не мужское это дело — встревать в дамские беседы. Через миг вокруг Кэсси сгруппировался живой щит, и командор целителей желчно поинтересовалась у боязливо сникших юных леди:

— Желаете поднатореть в магической ботанике? Так добро пожаловать к нам в академию — там всему обучат! Чего молчим? Асинна, отвечай за всех, как прежде!

— Н-нет… м-мы говорили о… о…

— О том, возможно ли продать в лавке драконовидный пульсар для мирного домашнего использования, — громко подхватила Кэсси.

— Для мирного? Плюющийся фаерболами пульсар?! — ахнули магини с боевого факультета.

— Сколько раз приходится повторять боевикам: не дразните — не плюнет, — укоризненно погрозила пальчиком Кэсси. — Вы недооцениваете сострадательность людей. Представьте: у порога лавки, на драном тонком коврике, лежит ма-ааленький полузасохший пульсарчик, а рядом табличка: «Мечтаю о приюте и заботливых руках. Я милое и ласковое растение, полезное в быту: буду разжигать вам камины и жарить куру-гриль. Принесу в ваш дом свет и тепло! Возьмите меня к себе, пожалуйста».

— Я бы взяла, — дрогнувшим голосом призналась одна из целительниц, и её поддержал хор голосов. — В конце концов, если к пульсару относиться по-доброму, то он действительно огнём атаковать не станет. Нэсса, у вас в лавке правда есть настолько опасные растения?

— Пока нет, но подумываю завести, — хмыкнула Кэсси, припомнив прилёт Левитта, когда она поняла, что пульсар — полезная в хозяйстве вещь, пригодная для отпугивания незнакомых драконов. — Однако пульсары будут продаваться лишь тем, кто предъявит диплом магической академии с отличным баллом по ботанике, а плюсом к нему — разрешение от Магпотребнадзора на покупку и содержание огнеопасного вида. Дорогие мои учащиеся, рада встрече, но я здесь на службе, а вы закрываете мне обзор на танцующих и периметр зала. Убедительная просьба рассредоточиться по местности.

Юных незнакомых магинь как ветром сдуло. Оставалось надеяться, гвардейцы все их цветочки записали и со списками из лавок и питомников сверили. Живые украшения адепток академии были куда скромнее, причем преимущественно не магических подвидов.

Под пристальным изучающим взором нэссы Валенса студентки оробели. Командор целителей поспешно отстегнула от корсажа маленький букетик и заозиралась в растерянности, не зная, куда пристроить хоть и не хищное, но всё-таки магическое растение, и не решаясь сдать его преподавательнице.

— Видите у стен высокие широченные вазы? Их внутренняя поверхность покрыта заклинаниями, поддерживающими внутри низкие температуры, лишающие растения активности, — подсказала Кэсси. — Поместите в вазу свой зелёный аксессуар — там он не причинит вам вреда. В смысле, никому не причинит вреда.

Новомодные украшения тут же покинули платья студенток — в академии уже научились прислушиваться к советам нэссы Валенса, особенно когда шла речь о причинении вреда здоровью какими бы то ни было растениями. Повеселев и с любопытством оглядываясь на преподавательницу, адептки вернулись к родственникам, дуэньям и кавалерам. Последние, кстати, тоже заметно приободрились! Ликвидацию дорогих сердцу Левитта флористических атрибутов наряда восприняли как отказ девушек от погони за главным призом брачного базара.

Больше всех воспрянул духом церемониймейстер — он с такой надеждой обратил взор на оставшиеся в зале цветы-украшения и так показательно погладил бок ближайшей к нему вазы, что многие девичьи личики омрачились тенью сомнений и опасений. Однако матушки больно пихнули в бок проявивших малодушие дочерей, музыка вальса умолкла, молодой и прекрасный (богатый и знатный) глава службы имперской безопасности спустился с помоста, усадив в кресло свою тётушку, — и парфорсная охота на жениха перешла в активную стадию. До второго танца у невест на выданье было целых полчаса на захват добычи.

Поглубже запихнув в карман клочок бумаги, Кэсси сосредоточилась на первоочередных задачах. Если невыносимый брюнет, вопреки её убедительным мольбам, съест хоть крошку съестного или выпьет хоть каплю воды на чёртовом балу, она его самого запрячет в вазе для уменьшения активности!

Глава 22. Бал — дело сложное

Бал — дело сложное.

Особенно, когда размеренный и величавый процесс протекания достойного мероприятия начинает спотыкаться на каждом шагу. Разумеется, все (включая церемониймейстера) упорно делали вид, что всё идёт как положено. Кэсси была одной из немногих искренне радующихся, что всё действительно идёт по плану.

Глава имперской безопасности останавливался пообщаться с юными леди в заранее оговорённых зонах и, по счастью, пока никого из девушек не выводил в сад, сигнализируя тем самым, что требуется пускать в ход тяжёлую артиллерию. Фон растений в зонах оставался спокойным — значит, с напористыми девицами Левитт пока справлялся сам, своевременно экранируя приворотные ароматы их цветов, духов и прочего. На сколько хватит его резерва, подточенного чёртовым проклятьем? Кэсси робко понадеялась, что не все встречающиеся ему девицы намерены попытать счастья неблаговидными методами. Но вот глава СИБа замедлился, утёр лоб вышитым платком, отходя от очередной «милой девушки», — и надежды испарились, как утренняя роса с травы под полуденным солнцем.

«Хватит самодеятельностью заниматься! Я для чего всё утро угробила на авторский дизайн Большого зала?!» — разъярилась Кэсси. Не только ядовитые цветочки маскируются под безопасных сородичей — безжалостные охотницы на богатых женихов тоже прячутся под обликами «нежных, трепетных созданий». Королевский бал всё больше походил на прогулку в диком лесу, и правила выживания здесь были такими же.

Сжав зубы, она ещё немного сдвинулась в сторону монаха, подпихнув ногой рабочий рюкзак и продолжая попутно следить за зеленоглазым магом, перевернувшим с ног на голову её размеренную жизнь. Принц Стэн доставил под материнское крыло свою партнёршу по танцу и теперь вовсю флиртовал с её подругами, к вящему горю бедной девицы. Алые пятна на щеках принца свидетельствовали, сколь несладко переносится действие зелья, особенно с учётом действующей клятвы верности неведомо кому. Глубоко вздохнув, Стэн с лёгким отчаянием огляделся вокруг — и поймал сочувствующий взгляд Кэсси. Благодарно улыбнулся, шагнул к следующей группе девиц и вдруг замер, прислушиваясь к себе.

Прокляв все интриги на свете, Кэсси скрылась в ближайшей нише. Через минуту робко выглянула в зал