Ритуал Старлинга - Девни Перри

— Я не хочу в это верить, — прошептала я, глядя на фреску Бистена. — В Нелфинексе, во дворце, есть огромный вестибюль. На потолке изображены все королевы Старлинги. Большинство предпочитает, чтобы их изображали круксами в которых они перевоплощаются. Я не могу сопоставить эти фрески с картинами, которыми часами любовалась в детстве.

— Мне жаль, милая.

Мои глаза наполнились слезами, когда он помог мне подняться на ноги.

— Мне тоже.

— Пойдем домой.

У меня внутри все сжалось, когда мы вышли из галереи в просторный открытый вестибюль замка. Каждый зал, каждая комната были такими же роскошными, как и снаружи.

Сводчатые потолки украшали позолоченные балки. Хрустальные люстры отражали свет из арочных окон, отбрасывая искры на мраморный пол.

Стук ботинок Андреаса эхом отдавался в пустом помещении, в то время как мои шаги были абсолютно бесшумными. Тапочки, которые он мне подарил, казались слишком мягкими, слишком непрочными по сравнению с моими ботинками. Но женщины в Куэнтисе не носили черных плащей или брюк с ножами, прикрепленными к бедрам и запястьям.

Андреас убедил меня, что для посещения замка я должна выглядеть соответственно. Поэтому я надела эти сине-зеленые тапочки и платье того же оттенка с юбкой, доходящей до лодыжек.

Тете Олиане понравилось бы это платье, но она терпеть не могла тапочки.

Мое ожерелье было спрятано под высоким вырезом, и, хотя они были не моими, я надела каждое из колец Эмери. Не для того, чтобы заявить о своем статусе Старлинг, а, чтобы помнить, откуда я родом.

— Где находится библиотека, о которой ты мне рассказывал? — мой голос эхом разнесся по похожему на пещеру пространству. — В этом замке?

— Да, но мы можем посетить ее в другой раз.

— Нет. — Я покачала головой. — Я бы хотела увидеть ее сейчас.

— Каспия…

— Я должна понять, Андреас. Я должна найти в этом смысл.

Больше не было загадкой, где зарождался крукс. Было ли насилие и жажда крови частью этого процесса? Или в Каландре было что-то, что отличало их друг от друга?

Повлияло ли это на трансформацию Зендры?

Было ли это причиной, по которой было запрещено следовать за круксами, когда они мигрировали, из-за ужасов, которыми они становились? Или потому, что наши предки знали, что мы станем такими же чудовищами, как и сами звери?

Как много моя тетя знала о Каландре? Сколько правды она скрыла от своего народа? От Старлингов?

Сюда ли улетела моя мать?

От этих вопросов у меня так быстро закружилась голова, что меня снова чуть не стошнило.

— Каспия. — Андреас нахмурился, почувствовав мой дискомфорт.

— Я в порядке. — Я отмахнулась от него и продолжила идти. — Я хочу посмотреть библиотеку.

Андреас, должно быть, прочитал решимость на моем лице. Он вздохнул, проведя рукой по волосам. Только длинные пряди исчезли.

После того, как мы причалили в Росло и поселились в доме Андреаса, он нанял портниху, чтобы она сшила мне платья и другую одежду. Пока с меня снимали мерки, Андреас и Кос стриглись у камердинера, который подбирал для Коса гардероб.

Волосы Андреаса были такими короткими, что я могла перебирать пальцами только более длинные пряди на макушке. Его чисто выбритое лицо не щекотало, когда он целовал меня. Он выглядел таким же красивым, как всегда, и в то же время так отличался от мужчины, которого я встретила в крошечной хижине в Генезисе.

У меня было подозрение, что я впервые вижу настоящего Андреаса, версию Куэнтиса. Богатого аристократа.

— Я покажу тебе библиотеку, — сказал он. — Но мы ненадолго. Тебе нужно отдохнуть.

— Это из-за тебя я не спала всю ночь. — Мы воспользовались его огромной кроватью, где было достаточно места для игр.

— Я не об этом. — Он остановился и посмотрел на меня с таким беспокойством, что у меня сжалось сердце. Он заправил локон мне за ухо и провел большим пальцем по щеке. — У тебя было еще одно видение.

Да.

Пока он спал, я провела всю свою луну, уставившись в потолок и молясь, чтобы Божество прекратило эти видения.

Я видела смерть Эмери каждую луну. Я видела, как ее убивал среброглазый воин, снова и снова. Было ли это моим наказанием за то, что я отказалась от стремления отомстить? Если это была цена, которую я заплатила, чтобы сохранить Андреасу жизнь, изменить его судьбу, да будет так.

И все же каждый раз видеть ее смерть было больно. Будут ли эти видения вечно мучить меня из-за того, что я не поехала в Туру? Может быть, в этом и был смысл. Или, может быть, Божество пыталось мне что-то сказать.

В моем видении Эмери была круксом. До сих пор я особо не задумывалась об этом. Так вот почему ее убили? Потому что она была круксом?

— Я клянусь отдохнуть позже. — Я прикоснулась кончиками пальцев к своему лбу.

Он снова вздохнул, затем взял меня за руку и повел по нескольким коридорам.

— Ты хорошо знаком с замком, — сказала я. — Как это произошло?

— Будучи мальчиком, я учился здесь вместе с другими детьми дворян. Читать и писать я научился в библиотеке, а в учебном центре меня обучал оружейный мастер замка. — Он повернул за другой угол, и мы оказались в большом фойе с потолками почти в два раза выше, чем в предыдущем вестибюле.

Огромное пространство было заполнено людьми, голоса и смех создавали приглушенный гул.

Три женщины, каждая в ярком платье, поднимались по широкой лестнице. Стражники, одетые в бирюзовые мундиры с золотыми пуговицами, с мечами и ножнами на поясах, стояли на страже у колонн. Перед нами прошел мускулистый мужчина с коричневой кожей и в очках в металлической оправе. Когда он заметил Андреаса, он посмотрел на него дважды и резко остановился.

Андреас этого не сделал.

Он не обращал внимания на всеобщее внимание, любопытные взгляды и тихий шепот, высоко подняв подбородок и крепко сжимая мою руку, пока мы шли по фойе. Его хватка на моих пальцах ослабла, только когда мы свернули в очередной коридор.

— Мужчина в очках узнал тебя, — сказала я, когда убедилась, что мы одни.

— Да. Он коллега моего отца по работе.

— Ты не хотел с ним разговаривать?

— Не сегодня. — Он погладил большим пальцем мою руку. — Я хочу показать тебе библиотеку. Потом мы вернемся домой. Обменяемся любезностями со старыми знакомыми в другой раз.

— Чем именно занимается твой отец?

Андреас сжал челюсти.

— Он тратит деньги, которые ему не принадлежат.

Прежде чем я успела попросить более подробных объяснений,