Ритуал Старлинга - Девни Перри

ней были простые кожаные штаны и серая туника, та же одежда, что и на мне, — единственное, что отличало ее от одежды деревенского торговца, — это размер. Кожа, доспехи и оружие исчезли, но она по-прежнему выглядела так же устрашающе, как и в день нашей встречи.

Я подавила нервный порыв и подошла ближе, каблуки моих новых ботинок громко стучали по деревянному настилу.

— Привет.

Моргание было единственным признаком того, что она меня услышала.

— Мне жаль на счёт Матиаса. Я не хотела, чтобы все это случилось. Но я благодарна тебе и ему за то, что вы спасли наши жизни. — Я должна была сказать ей это еще вчера.

Плеск волн о корпус корабля нарушил ее молчание.

Сказав то, что хотела сказать, я отступила на шаг.

— Одесса. — Она посмотрела на меня покрасневшими глазами, выражение ее лица было пустым. — Его смерть — не твое бремя. А мое.

Когда она снова перевела взгляд на море, на ее щеке блеснула слеза.

Я оставила Тору наедине с ее горем и повернулась к Рэнсому.

Он стоял посреди корабля, заложив руки за спину.

Команда из четырех человек тоже была на палубе, большинство из них выглядели скучающими, уставившись на воду, как будто они должны были ловить рыбу, а не переправлять воинов и лошадей в Росло. Но я подозревала, что денег, заплаченных Рэнсомом, было более чем достаточно, чтобы компенсировать им потраченное время.

Мой пульс участился, когда я увидела своего мужа.

Он тоже принял ванну, и борода, покрывавшая его подбородок, была короче, чем утром. Его волосы были аккуратно причесаны, так и просились, чтобы я их взъерошила пальцами. Его коричневая туника была расстегнута у горла, открывая слегка подтянутую кожу. Ткань облегала его широкие плечи и грудь. Кожаные штаны облегали его мощные бедра.

Он, без сомнения, был самым красивым мужчиной во всей Каландре. И он был моим.

Зеленые глаза Рэнсома сощурились, когда я облизнула губы. Уголок его идеального рта приподнялся.

Мое сердце екнуло.

Черт, я скучала по этой ухмылке.

Я надеялась, что, сколько бы лет ни прошло, у меня никогда от нее не перестанет перехватывать дух.

Эта ухмылка была десятком украденных мгновений. Сотней драгоценных воспоминаний. Единственным обещанием на всю оставшуюся жизнь.

Я остановилась в нескольких шагах от него.

Он нахмурился, протянул руку, схватил меня за запястье и притянул ближе.

— Больше никакого притворства, помнишь?

— Прости. Привычка. — Я потратила месяцы, убеждая королевство — и какое-то время саму себя, — что не влюблена в Стража.

Не то чтобы я была очень убедительна. Я была ужасной лгуньей.

Или, может быть, то, как я любила Рэнсома, было просто невозможно скрыть.

— Что у тебя за спиной? — спросила я.

Он вытащил два ножа.

Мои ножи.

Я ахнула, потянувшись за ними. Но, прежде чем дотронуться до их рукоятей, замерла.

В последний раз, когда я видела эти ножи, они были в руках Бриэль. Она вытащила их из тела Бэннера после того, как я убила его. А перед тем, как ее схватил крукс, она обронила их на улице Эллдера.

Должно быть, Рэнсом нашел их. Я даже пожалела, что он это сделал.

— Тебе не кажется странным, что я не хочу к ним прикасаться?

— Нет, Десс. — Он переложил оба ножа в одну руку, чтобы прижать меня к своей груди.

Я обхватила его за талию, вдыхая его запах. Одним вдохом я ощутила запах ветра и кожи. Со следующим — мужской, цитрусовый аромат, который смешался с соленым бризом.

Он был хаотичным и постоянно меняющимся, как и его глаза, но за всем этим скрывался Рэнсом, и я узнала бы его где угодно.

— Знаете, чего я не понимаю? — К нам неторопливо подошел Джоди. — Как можно убедить целое королевство, что он не их избалованный наследный принц, а знаменитый воин? Неужели туранцы действительно такие доверчивые?

Тело Рэнсома напряглось, но прежде чем он успел воспользоваться моими ножами, чтобы перерезать шею Джоди, я забрала их у него из рук.

Они легли мне в ладони, и я ощутила знакомый и приятный вес. Лезвия были чистыми и блестящими. Рэнсом, вероятно, заточил их, когда смывал остатки крови.

Эти ножи спасли мне жизнь, и все же все, чего я хотела, — это выбросить их за борт.

— Осторожнее с этим, куколка. На вид они острые.

Я смерила Джоди свирепым взглядом и взмахнула запястьем, лезвие ножа издало свист.

— Уходи.

Мавин ухмыльнулся, но оставил нас в покое, направившись к Торе. Он не присоединился к ней на перилах, а остался в стороне, давая ей пространство.

— Он тебя дразнит, — тихо сказала я Рэнсому.

— Ага. — Он вздохнул. — Не волнуйся. Я потерплю. Я ненавижу этого ублюдка, но он сохранил жизнь тебе и Эви. Так что я не буду вырывать ему язык. Пока.

Я закатила глаза и протянула ему ножи.

— Вот. Не выбрасывай их. Но я пока не хочу, чтобы они возвращались.

— Как только будешь готова. — Он поцеловал меня в лоб.

Эви и Фэйз поднялись по лестнице, ведущей на нижние палубы. Поводок Фэйза был обмотан вокруг ее запястья, и она тянула его за собой, а он оставлял следы от когтей на дереве.

— Идем. Фэйз.

— Ты же должна была спать, — сказала я.

На ней была новая ночная рубашка с воланами на подоле, которые доходили до ее босых пяток. Она была ей велика, но, по крайней мере, чистая. У нас все еще была ее ночная рубашка из Эллдера, но она перестала просить надеть ее.

— Ему не нравится клетка, — сказала она. — И он не перестает рычать. Можно, пожалуйста, он просто поспит со мной в моей постели?

— Прости, Эви. — Рэнсом опустился на колени рядом с ней. — Он привыкнет. Я обещаю.

Рыбак бросил один взгляд на Фэйза и отказался пустить его на борт судна. Он передумал только после того, как Рэнсом отдал ему последний зилл, который был у него в седельной сумке, и пообещал, что Фэйз будет на поводке в течение дня. А на ночь его будут запирать в решетчатом ящике.

Наверное, это было к лучшему. У меня было предчувствие, что у Марго тоже будут правила для таркина, когда мы приедем в Росло.

— Мне не нравится этот корабль, — надулась Эви.

Мне он тоже не особо нравился. Каюты были маленькими и пахли рыбой. Но для лошадей он был достаточно просторным, и команда согласилась отплыть без промедления.

— Я отведу тебя обратно в твою комнату. — Рэнсом потянулся к Фэйзу, но таркин зашипел и ударил его лапой, оставив на предплечье Рэнсома