Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон! - Рика Лав

Никто не обращался к нам напрямую, ни служащие приюта, ни жители деревни, ни… — он посмотрел на меня внимательно, — ни владелец земель. Почему вы раньше не приехали, леди Верлис?

Я сжала губы, подбирая формулировку:

— Я… я живу в поместье всего неделю, господин Ирений. До этого… до этого меня там не было по личным причинам. Я узнала о проблемах приюта только сейчас.

Он кивнул, но взгляд оставался пытливым, изучающим:

— Понимаю. Но почему тогда служащие приюта не приехали лично и не доложили? Ведь их зарплаты также выделяются из казны. Почему приют без надлежащего присмотра управляющего все это время?

Я растерялась. Вот правда растерялась…

Веда ведь уверяла меня, что им отказали в рассмотрении дела и перефинансировании, потому что, якобы, нет управляющей. Что они пытались обратиться, но их не стали слушать, отправили восвояси. Она… она солгала мне?

Но я не сказала этого вслух. Не стоило. Ещё не время обвинять Веду, не разобравшись до конца, что к чему. Может, она действительно пыталась, но её не приняли? Может, она просто не добралась до нужного человека? Может, её отфутболил какой-нибудь самодовольный секретарь, вроде того, что встретил меня внизу?

— Я… я не знаю точно, — призналась я наконец, решив не врать. — Мне нужно разобраться в ситуации глубже. Но факт остаётся фактом: приют в плачевном состоянии, дети страдают, деньги не доходят. И я хочу, чтобы это прекратилось.

Ирений задумчиво смотрел на меня несколько секунд, барабаня пальцами по столу, потом кивнул:

— Леди Верлис, готовы ли вы дать показания под следствием? Официально, под присягой?

— Да, — ответила я без колебаний. — Готова.

— Хорошо, — он взял чистый лист бумаги, обмакнул перо в чернильницу и начал что-то записывать. — Я назначу расследование. Вызову Агнессу Кройт на официальный допрос. Проверю финансовые документы приюта за последние пять лет. Если обнаружатся доказательства воровства — она понесёт наказание по всей строгости закона.

Он сделал паузу, поднял взгляд:

— Также, до назначения новой управляющей — а поиск займёт недели две-три, это бюрократическая процедура, понимаете ли, — временным управляющим приютом назначается… — он посмотрел на меня внимательно, — назначаетесь вы, леди Верлис. Как владелица земель, на которых приют расположен. Это в рамках закона и даже рекомендуется в подобных ситуациях.

Я ошарашенно моргнула:

— Я? Управляющая приютом?

— Временная управляющая, — поправил Ирений мягко. — На период поиска постоянной. Вы будете отвечать за финансирование, за контроль условий содержания детей, за подбор персонала. Справитесь?

Справлюсь ли? Понятия не имела. Я вообще ничего не понимала в управлении приютами, в уходе за детьми, в социальной работе. Моя специализация в прошлой жизни была совсем в другом.

Но… но, может, это шанс? Шанс разобраться, что творится на моих землях. Шанс действительно помочь этим детям, а не просто передать проблему кому-то другому и умыть руки.

Пора вылезать из скорлупы. Пора брать ответственность не только за свой дом, но и за людей, живущих на моих землях.

— Справлюсь, — кивнула твёрдо. — Приму назначение.

Ирений удовлетворённо кивнул, делая пометки в документе:

— Прекрасно. Я оформлю всё официально и отправлю вам копию указа в течение недели. А пока… — он протянул мне ещё один документ, — вот временное удостоверение вашего статуса. На случай, если возникнут вопросы.

Я взяла бумагу, сложила и спрятала в ридикюль. Поднялась со стула, собираясь уходить, но…

Но сомнения заскребли изнутри.

Я не хотела вызывать подозрений, задавая слишком много вопросов. Не хотела выглядеть невеждой, которая не знает элементарных вещей о своём собственном статусе, правах, обязанностях.

Но, с другой стороны… если упущу этот шанс, когда ещё представится возможность спросить у компетентного человека всё, что меня волнует?

Я развернулась на полпути к двери и обернулась к Иренею:

— Господин Ирений, могу я задать вам ещё несколько вопросов? Не связанных напрямую с приютом, но… касающихся моих прав как владелицы земель.

Он удивлённо поднял бровь, но кивнул, указывая на стул:

— Конечно, леди Верлис. Садитесь. Слушаю вас.

Я опустилась обратно на стул, собираясь с мыслями, и начала осторожно:

— Я… я провела много лет вне моего баронства. По семейным обстоятельствам. Была несколько… оторвана от жизни долгое время. И некоторые… некоторые нюансы местных законов, прав дворян, я подзабыла. Не могли бы вы освежить мою память? Например… земли моего рода. Это моя собственность или король… и другие дворяне могут отобрать их?

Ирений смотрел на меня внимательно, прищурившись, и я видела, как в его глазах промелькнуло удивление, смешанное с любопытством. «Неужели баронесса не знает своих прав?» — буквально увидела это горящей надписью в его мыслях.

Но он не стал комментировать, просто ответил обстоятельно:

— Земли древних родов, к которым относится и ваш по матери, леди Верлис, являются абсолютной собственностью. Король не может отобрать их без доказательств измены короне или тяжких преступлений со стороны владельца. Это прописано в Хартии Дворянских Прав, принятой ещё при прадеде нынешнего короля. Так что ваши земли в безопасности, пока вы остаётесь верны короне и не нарушаете закон.

Я кивнула, облегчённо выдыхая. Хорошо. Очень хорошо. Значит, отец Микэль не сможет просто так отобрать у меня баронство, даже если захочет.

— А подати с деревень? — продолжила я. — Они идут напрямую мне или через городскую управу?

— Через управу, — ответил Ирений. — С ежегодными отчётами и оплатой налога казне. Это стандартная процедура для всех дворян. Крестьяне платят подати старосте, староста передаёт их в управу, управа вычитает их королевский налог и передаёт остальное владельцу земель. Всё фиксируется в специальных книгах, которые хранятся как у нас, так и у вас.

— А если крестьяне не платят годами? — спросила его. — Это нарушение?

Ирений нахмурился:

— Конечно, нарушение. Серьёзное нарушение. Если крестьяне не платят подати — владелец земель вправе требовать взыскания, менять старост, даже обращаться в суд. Но… — он посмотрел на меня строго, — это не отменяет вашу обязанность платить свой налог казне. Королевский налог рассчитывается с размера земель и количества деревень, а не с фактически собранных податей. То есть, даже если крестьяне не платят вам — вы всё равно должны заплатить казне.

Внутри что-то похолодело.

— А… а когда нужно платить этот налог? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Ежегодно, до конца года, — ответил Ирений. — То есть… — он глянул на какую-то бумагу, висящую на стене, — через месяц, леди Верлис. Казна ждёт.

Господи.

Через месяц. ЧЕРЕЗ МЕСЯЦ!

Я судорожно вздохнула, стараясь не показывать паники:

— А… а какой размер налога на мои земли? Или где я могу узнать точную сумму?

Ирений задумался, почесал бородку:

— Всё рассчитано с размера земель и количества деревень. Ваше баронство… если