Между преданностью и предательством - Шейн Роуз

Мир влюбится в нее.

Я хотел испытать все со своей женой по расчету: детей, свадьбу, счастливые финалы. Вопрос лишь в том, хотела ли она того же.

Ее вызвали. Мне велели закончить заполнять документы и пройти в кабинет 10. Когда я вошел, она уже была в больничном халате. Я сел рядом, слушая врача, который рассказывал о ее противозачаточных. Он выглядел обеспокоенным.

– Подождите, – прервал я. – Рак груди? Тромбы? Это реальные побочные эффекты?

– Да, у препаратов есть определенные риски, особенно если у пациентки бывают мигрени, – пояснил врач. – У вас, Эверли, они когда-то были, верно?

– Да, в прошлом, – кивнула она.

– Так что, если вы хотите завести детей, вы должны прекратить прием этих противозачаточных. Имейте в виду, ваш цикл будет нерегулярным в течение нескольких месяцев. Если вы пока не планируете детей, – он взглянул на экран компьютера, – я все же рекомендую другие средства. С этим препаратом у вас повышенный риск образования тромбов.

Что за чертовщина?

Врач мягко улыбнулся:

– И с вашими мигренями, ну, ваше состояние может ухудшиться с этим…

– Уберите ее противозачаточные, – резко перебил я врача.

– Простите? – врач удивленно поднял брови, а Эверли выпалила:

– Что, прости?

– Я сказал. Уберите. Их. Мы не будем рисковать ее здоровьем. И я все равно хочу ребенка от нее.

– Деклан! – Она схватила меня за руку и широко раскрыла глаза. – Ты сейчас шутишь?

– Ты слышала, что эти противозачаточные делают с тобой. Я хочу, чтобы их убрали. Сейчас.

Врач прочистил горло, явно не зная, как продолжать.

– Мистер Харди, это должно быть решение мисс Белафонте.

– Мисс Белафонте, – пробормотал я ее фамилию с отвращением, злясь, что она до сих пор не носит мою. – Она уже решила, что хочет их убрать.

Врач нервно засмеялся.

– Мистер Харди, если мисс Белафонте хочет прекратить прием противозачаточных, она может сделать это сама. Кольцо самоустанавливается, так что… – Врач повернулся в кресле, взглянул на нас обоих и встал. – Если вы хотите пройти генетическое тестирование, чтобы исключить мутации или провериться на неожиданные реакции, я могу взять кровь у вас обоих сегодня.

Я поднял бровь, глядя на нее, но на этот раз ждал, зная, что она должна решить, продолжать ли это или нет.

Она закатала рукав, хотя и молча, чтобы не устраивать сцену, но я видел огонь, горящий в ее голубых глазах.

Кровь взяли, и врач объяснил, что мы можем уйти, когда будем готовы, а потом поспешно вышел из кабинета. Мы последовали за ним, потому что, похоже, Эверли не хотела устраивать сцену в кабинете врача.

Мы молча ехали домой. Чем дольше длилась тишина, тем сильнее я злился. Она продолжала принимать препарат, который вредил ее здоровью. Зачем? Когда мы подъехали, я не остановился у гостевого дома, а проехал мимо.

– Деклан, высади меня, – сказала она.

– Ты идешь в наш дом, где ты и так должна была спать. И ты уберешь эту контрацепцию.

– Правда? – Она покачала головой. – Забавно, потому что я точно помню, как говорила тебе неделю назад, чтобы ты перестал принимать решения без меня. А теперь мы здесь, и ты пытаешься принять еще одно. Но знаешь что? Это решение я приму сама. – Ее холодный и спокойный тон меня раздражал.

– Ты не слышала о рисках, Эверли? Ты уберешь это, или я, черт возьми, сделаю это за тебя. – Я пристально смотрел на нее.

– Ты себя слышишь? Ты звучишь смешно, – она усмехнулась мне в лицо. – Я принимаю эти таблетки годами.

– Тем более нужно избавиться от них сейчас! – закричал я, беспокоясь, что рак мог уже начать развиваться в ее теле, что тромбы могли сформироваться, что у нее может начаться еще одна мигрень.

– Ты понимаешь, что если я это сделаю, у нас может появиться ребенок, Деклан? – Ее глаза были полны страха. Я сразу заметил, что это важно.

– Чего ты так боишься?

– Боюсь? – Она резко отвела взгляд и покачала головой. – Ничего.

Я распахнул свою дверь и быстро обошел машину, чтобы подойти к ее стороне. Открыл ее дверь и подхватил ее на руки.

– Деклан, я могу сама…

– Я знаю, – сказал я и открыл входную дверь. Я прошел мимо кухни, направляясь прямо в спальню. Поставил ее перед собой. Затем опустился на колени и взял ее за бедра. – У тебя нет другого выбора, кроме как согласиться. Мне нужно, чтобы ты избавилась от этого. Я читал, что люди с мигренью более подвержены…

– Я не думаю, что побочные эффекты были так хорошо известны, когда я начала принимать те таблетки. Я…

– Мы можем подобрать тебе что-то другое, Капелька, если ты этого хочешь.

Она прикусила губу, а я сделал все, чтобы показать, что эта контрацепция не для нее. Массируя ее бедра, я прижался к ней.

– Ты уберешь ее, Эверли. Мне нужно, чтобы ты это сделала. Иначе я не смогу думать ни о чем другом.

– Ты так переживаешь?

– Из-за тебя? Всегда, – сказал я, удерживая взгляд ее сапфировых глаз.

– Хорошо. Но только потому, что я так сказала. – Она прошептала это так тихо, что едва ли я расслышал, наклонив голову.

– Ты уверена? Можно? – спросил я, хотя и был уверен на все сто.

Когда она кивнула, моя рука уже расстегивала ее брюки и стягивала их вместе с бельем. Я слегка подтолкнул ее на кровать, чтобы снять их с ног, а затем притянул ее за попу, усаживая на край мягкого одеяла. Она вздохнула, когда мой палец коснулся ее, а я застонал, когда второй палец скользнул внутрь.

– Черт, я скучал по тебе.

Она придвинулась ближе, прикусывая губу, будто хотела признаться в том же.

– Я никогда не привыкну к тому, как сильно ты намокаешь каждый раз, детка.

– Деклан, пожалуйста, – она взмолилась, ее длинные ногти впились в мои плечи, пока я входил в нее пальцами. Я знал, что кольцо где-то глубоко, поэтому медленно водил пальцами по ее стенкам, продвигаясь к нему. Ее дыхание участилось, вставшие соски маячили прямо перед моим лицом. По щекам разливался румянец. Ее руки начали блуждать по всему телу, а бедра дрожали в ожидании разрядки.

– Думаю, мне нужно видеть тебя в своей постели гораздо чаще, Капелька. Намного, намного чаще.

Она простонала, но не подтвердила и не стала отрицать, что хочет того же.

Когда я наконец добрался до кольца, пробормотал:

– Его вообще не должно было быть внутри. – Я вытащил его, и она ахнула – то ли от ощущения, что кто-то другой управляет ее защитой, то ли от