Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

было приятно. Все же, она не только была королевой, она была еще и девушкой, которой резко не хватало семьи.

В чем-то ее заменой стали Джее и Лилиан. Тем более, что это поощрял Эдоард, отлично понимая — он смертен. А с кем останется Ричард?

Пусть спину брату прикроет брат. А королеве обязательно нужна подруга. Верная и неподкупная.

Лилиан Иртон была именно такой — стоило пользоваться возможностями.

— Действительно, зачем оскорблять кошек? Это милые и умные создания, — согласилась ее величество. — Так что же, граф?

— кто ее знает? Авестерка, намеки делает...

— Хорошо, Лиля не видела.

— Хорошо.

Лиля не стала бы устраивать сцен. Но что она может придумать в отместку?

Кто знает? Джее проверять не хотел, им только международного конфликта и не хватало для полного счастья.

— Я уже попросила Кантара ее занять.

Джее широко улыбнулся.

Один из его гвардейцев, Илон Кантар, из лэйров, был просто невероятным сердцеедом и бабником. И чем больше ему отказывали, тем активнее он преследовал добычу.

Справедливости ради, никогда не болтая о своих победах. Но всегда добиваясь своего.

Почти всегда.

На жен, сестер, дочерей своих друзей он не охотился никогда. И*знал, к кому приближаться не стоит. А потому был целым, невредимым и, так сказать, полным комплектом. Хотя количество мужей, которые порывались забодать Кантара развесистыми рогами, или откромсать от негодяя какую-нибудь деталь на долгую память, перевалило за сотню.

Джеса радовало, что Илон не стал охотиться на Лилиан.

В жене-то он был уверен.

Но и Илон был неплохим парнем, и провеять, какую часть оторвет или отрежет ему дражайшая супруга — не хотелось. Ясно было только, что добром это не кончится.

Сейчас Мария спустила сердцееда с цепи и намекнула на безнаказанность.

Авестерке стоило только посочувствовать. А ему стоило найти супругу. Джее подозревал, что Лилиан уже смертельно надоело на балу — и не ошибся.

❖ ❖ ❖

Барон смотрел, как Лилиан Иртон буквально подалась навстречу мужу.

Доставшаяся ему во время танца улыбка оказалась лишь бледной тенью. Там улыбались лишь губы. А тут — женщина буквально расцвела.

Улыбнулась мужу, улыбнулась королю и присела в реверансе, из которого его величество тут же поднял даму и посмотрел на Джеса.

— Ты позволишь?

— Лилиан?

— Ваше величество, мы все ваши покорные слуги.

Про барона забыли, словно его и не было. А он приглядывался и впитывал информацию.

Определенно, так не общаются с королями, разве что она — фаворитка Ричарда?

Хм... возможно. Тогда понятно, почему она не обращает на Лофрейна никакого внимания, кто же будет рисковать своим положением?

Или нет?

Барон внимательно наблюдал за происходящим в танцевальном зале, но — снова никаких признаков близости.–

Да, с его величеством Лилиан Иртон беседует намного свободнее, чем с бароном, и Ричард даже смеется каким- то ее словам, но... но это — и все.

Ни прикосновений, ни каких-то знаков, ни кокетства — барон столько раз видел, как женщины пытаются привлечь мужское внимание, что распознавал эти игры на уровне инстинкта. Но — не было!

И ее величество смотрела спокойно, без возмущения, и приняла предложение на танец Джерисона Иртона, и между ними тоже не было ничего — на первый взгляд!

Бывшая фаворитка?

Такое может быть. Но тогда есть шанс у Лофрейна. Или нет?

Барон задумался над перспективами, потом решил махнуть рукой и просто наслаждаться вечером. Жаль, нельзя подобрать себе сговорчивую любовницу, но у него другая цель — Лилиан Иртон. Если он обратит внимание на другую, ей мигом все доложат.

Нет, ни к чему.

Женщину себе можно найти и в другом месте. Да и в посольстве хватает сговорчивых служаночек. Можно и потерпеть ради графского титула, который обещал его величество.

Можно подождать.

$ $ $

Если бы барон знал, как отозвалась о нем Лилиан, у него бы значительно поубавилось самоуверенности.

Оказавшись в карете, Лиля тут же пересела к Джерисо- ну и спряталась в родных уютных объятиях.

— О чем вы говорили с Ричардом?

— Он меня выручил, — хмыкнул Джее. — Меня атаковала бешеная курица.

— Вот как?

— Леди Ирида Сейнель, из посольства Авестера.

Лиля нахмурила брови, но леди не припомнила. В упор.

— Она смерти ищет?

— Она же не местная, и не знает о тебе.

Лиля хмыкнула.

Чтобы в посольстве присылали кого-то неосведомленного? Так не бывает! Ну да ладно, оставим все на совести авестерского короля, или просто вспомним историю.

Не за что ему любить Иртона, ни отца, ни сына, ни ее саму. Учитывая ее роль в раскрытии заговора Ивельенов.

Кстати говоря...

— А меня атаковал бешеный петух.

— Это кто?

— Некто барон Лофрейн.

Теперь настала очередь Джерисона хмуриться.

— Та-ак... это такой, высокий? В сером и синем?

Лиля пожала плечами.

— Да, кажется. Я как-то на него не сильно обратила внимание. Он говорил, что прибыл по делу, его что-то интересует в торговом доме Мариэль.

— Лофрейн... что-то не припомню.

Лиля промолчала, но реплика: «Вряд ли ты знаешь всех торговцев» так и повисла в воздухе.

— Я торгую предметами роскоши, к которым относится и твоя продукция. И в своем кругу я знаю многих, если не всех.

— Друзья-конкуренты?

— Именно так, любовь моя.

— Тогда что Лофрейну надо от меня?

Невысказанное «шпион» повисло в воздухе.

— Ну, не стоит сразу думать о человеке плохо. Возможно, он выполняет чью-то просьбу...

— Да, похоже на то. Поговорю — выясню.

— Где будет происходить разговор?

— Разумеется, в торговом доме Мариэль, — хмыкнула Лиля.

Роскошное здание торгового дома открылось не так давно, но уже завоевало популярность в столице. Туда ходили и за покупками, и посидеть, полакомиться неизвестными доселе блюдами. Пригласить туда даму стало «хорошим тоном». И конечно, у Лили там был свой кабинет.

— К нам ты его не приглашала?

— Вот еще не хватало!

Джее понимающе кивнул.

Лиля была мила и гостеприимна, она с улыбкой принимала любых гостей, но старалась никого не приглашать сама. Кроме самых близких.

Мой дом — моя крепость. И кого попало за ее стены не пускают. Точка.

Джее сначала посмеивался над этим ее убеждением, а потом начал находить в нем что-то привлекательное. Действительно, его дом, его дети, его семья — и какие-то чужие люди?

— Я поговорю с Ганцем, пусть прощупает этого аве- стерца.

— У него и