Космический замуж. Землянка для двух генералов - Лира Элиан

из остальных здесь множество людей в одеждах, как у того старца. Есть и, видимо те, кто, как бы это сказать, входит в командование. Они не в таких же мундирах, как генерал, но явно можно соотнести их к совету Ксантиса.

— Приветствуем вас, земная Алиса…

Разносится тяжёлым гулом по залу, и я несмело шагаю прямо в эпицентр. Ближе к холодно сосредоточенному генералу.

Собственные глаза ищут Риана, потому что его доброта, она будто даёт успокоение. А сейчас я чувствую лишь панический ужас и непонимание. Эти чувства заполняют моё нутро так, что дрожат пальцы.

Длинные хвосты пояса платья волочатся по полу, а руки теребят края ткани, пытаясь найти хоть что-то. Какое угодно действие, отвлекающее саму себя и стабилизирующее моё состояние. Только в такой обстановке и условиях это невозможно.

— Алиса, — Каэлэн будто заметив то, как я мешкаюсь, протягивает мне руку.

Он в перчатке в тон и моим одеждам, и своему мундиру. Встречаюсь с его ледяным взглядом и вижу, как он кивает в сторону своей руки. Боязно протягиваю свою и чувствую, как решительно генерал обхватывает мои пальцы. Чуть тянет на себя. Аккуратно, но уверенно.

Встаю рядом, задрав голову, чтобы смотреть на него. Всматриваюсь в эту удивительно голубую, холодную радужку его зрачка.

На фоне старец, приветствующий меня, начинает что-то говорить, а я заворожённо стою, глядя в глаза незнакомому генералу. Его серебристая кожа контрастирует с этим холодным взглядом, и он выглядит так нерушимо, так властно, что и правда очень сложно отвести глаза.

— Все мы знаем, что для спасения нашей планеты необходимо пройти церемонию «Триединства» и сегодня на глазах умов и создателей мы начинаем симбиоз. Первый ритуал касания генералов и нашей чужеземной спасительницы…

Там говорят что-то ещё, а я, услышав про касание, резко хочу отшатнуться, однако, генерал удерживает. Смотрит беспощадно.

— Я не…

Ощущаю неловкость, страх и нежелание. Мне хочется взять на руки питомцев и закрыться ото всех. Убежать, как тогда я со всех ног бежала от заражённого. Исчезнуть.

Но дав себе эту минуту слабости, я пытаюсь взять себя в руки, и едва заметно киваю генералу. Он отпускает мою руку, не сводя своих глаз, а затем медленно снимает перчатку.

Смотрю на это, как на безумие. Мозг так и вопит сопротивляться, но вспоминаю те сводные данные о количестве погибших и больных.

— Протяните свою руку, генерал…

На фоне собственных мыслей звучат слова старца.

— А теперь ты, земная Алиса.

Мы оба протягиваем ладони, и без слов генерал обхватывает мою. По телу бежит озноб. Вокруг, кажется, замирает всё, и даже дыхание всех присутствующих. Кожа ксантианина кажется слишком холодной, как настоящее серебро.

Но кроме этого, я не чувствую ничего. Да и вокруг происходит такое же ничего, пусть я и не знаю, что конкретно должно случиться.

С пару секунд жду, глядя в мрачное лицо генерала, а затем и оглядываюсь по сторонам.

— Пусто, — выдаёт вердикт Каэлэн, обращая вновь мой взор на него.

— Что это значит? — спрашиваю тихим голосом.

Он смотрит так, будто ищет проблему во мне.

— Нет связи, — его попытка объяснить лучше не делает, а затем я вижу, как к нам приближается встревоженный Риан.

— Не может быть, — тянет он, глядя на брата.

Но тот лишь качает головой.

— Позволь мне? — медноволосый командор обращается ко мне, а я в непонимании механически киваю.

Риан осторожно берёт мою вторую ладонь, и от него я чувствую исходящее тепло. Несмотря на то, что кожа такая же холодная, как у Каэлэна.

Стою, вытянув руки, которые держат оба генерала, находясь в абсолютном замешательстве. А кроме таких разных ощущений кончиками пальцев нет больше ничего.

— Не понимаю… — слышу голос нахмуренного Риана, который определённо ведёт немой разговор со своим братом.

Глава 9. Провал и новое решение

Меня просят подождать в моей комнате, закрывая плотно дверь. Я сажусь на край кровати, сердце гулко стучит внутри грудной клетки. Мои любимые питомцы чувствуют напряжение: Зюк клубочком сворачивается у моих ног, а тревожный Глип начинает копошиться у меня на коленях, пытаясь прорыть себе нору.

Я глажу ласковое животное по голове, но он всё равно скребётся у меня на ногах.

— Глип, — чуть шикаю на него, тут же даря ласку руками. Он наконец успокаивается и пристраивает голову, — тише, малыш. Всё хорошо.

Не знаю, кого я на самом деле успокаиваю — его или себя?

Время тянется слишком долго и мучительно. Тошнота из-за дикого волнения подступает к горлу, я выпиваю отвар из местных трав, аж три стакана, но всё равно чувствую себя не очень хорошо.

Дверь наконец открывается, на пороге, словно две мощные и нерушимые статуи, стоят генералы.

В этот раз они оба серьёзны… Даже улыбка Риана исчезла с его лица. И это настораживает.

— Что случилось?

— Боюсь, Алиса, у нас не самые хорошие новости…

Начинает Риан, чуть поджимая губы. Но Каэлэн его останавливает одним жестом руки. Он входит в мои покои первым, осматривая территорию.

— Позволишь нам ненадолго передать твоих животных нянечке? Она присмотрит за ними.

— К чему такая необходимость?

Глип снова начинает тревожиться, уже намного сильнее.

Каэлэн подходит вплотную и проводит своей большой рукой по туловищу Глипа. Он его в мгновение ока успокаивает лишь одним действием, словно завораживает.

— Им не причинят вреда, Алиса. Но нам нужно остаться с тобой наедине.

Он не даёт никакой конкретики, и мне становится дурно.

Риан словно чувствует моё замешательство. Он более мягок, чем его брат, и куда более словоохотлив.

— Алиса, — он улыбается краями губ, и я узнаю в нём того Риана, которого видела раньше, — у нас был совет старейшин. Мы прочитали древние архивы, ранее такой обряд проводился уже. Это было очень давно, миллионы лет назад, но, благо, сохранились документы. И мы не учли один важный нюанс.

— Какой же?

— Кхм, — Каэлэн прочищает горло, — мы должны слиться с тобой, Алиса, одновременно.

— Подождите, что значит «слиться»? Взять меня за руки?

Я протягиваю к ним свои ладони, но Риан не выдерживает и усмехается, словно я наивная глупышка. Я и правда ощущаю себя такой.

— Слиться более плотно, Алиса.

Открываю рот, прикидывая в голове варианты для более плотного сближения. И до меня доходит не сразу.

— Я должна буду с вами переспать? — резко