Я мечтала о пенсии, но Генерал жаждет спарринга - Е. Лань

— Мне нравится этот брак, — внезапно громко сказала я.

Швея, которая держала булавки во рту, чуть не проглотила одну от неожиданности.

— Что вы сказали, госпожа?

— Я сказала, затягивайте, — я расправила плечи. — Я должна выглядеть идеально. Я должна очаровать этого мужчину настолько, чтобы он женился на мне как можно скорее и... уехал воевать.

****************************

Вечер перед официальной церемонией помолвки.

Я сидела в беседке, наслаждаясь прохладой и вкусом чая с хризантемами. Сад был погружен в сумерки. Светлячки начинали свой танец над кустами пионов.

Тишина, благословенная тишина.

Внезапно мои уши уловили шорох. Не такой, как от ветра или мелкого зверька. Это был шорох ткани о кору дерева. Кто-то был здесь, кто-то, кто не хотел быть обнаруженным.

В прошлой жизни я бы метнула чашку в звук, пробив череп шпиону. Сейчас я просто лениво повернула голову.

— Выходить из тени — это вежливость, доступная даже ворам, — произнесла я в пустоту.

Из-за старого клена отделилась тень. Высокая фигура перемахнула через ограду беседки и беззвучно приземлилась передо мной.

Генерал Чон Хасо. Опять.

Он был не в мундире, а в простой черной одежде для ночных вылазок. Лицо было скрыто повязкой, но эти глаза я узнала бы из тысячи.

— Вы почувствовали меня, — это был не вопрос. Он стянул маску, открывая лицо. На его щеке был свежий порез. — Я скрывал свое присутствие. Обычный человек не услышал бы меня.

— У меня чуткий сон и хорошие уши, — я пожала плечами, наливая себе еще чаю. — А вы, Генерал, кажется, любите лазить по чужим садам по ночам? Это такое хобби? Или вы пришли убить меня до свадьбы, чтобы не мучиться?

Он подошел ближе и сел напротив меня, не спрашивая разрешения. От него пахло кровью и металлом. Свежей кровью.

— На меня напали по дороге во дворец, — спокойно сказал он, словно говорил о погоде. — Наемники. Я решил срезать путь через сад вашего отца, чтобы не привлекать внимания стражи своим видом.

Я посмотрела на порез на его щеке. Неглубокий, но неприятный.

— Вы ранены.

— Царапина.

— Вы испачкаете кровью мой стол, — я вздохнула, доставая из рукава чистый шелковый платок. — Наклонитесь.

Он удивленно вскинул брови.

— Вы не кричите? Не падаете в обморок при виде крови?

— Я слишком ленива, чтобы кричать, — соврала я. — К тому же, если я закричу, сбежится стража, увидит вас здесь, пойдут слухи... Мне лень объясняться с отцом. Наклонитесь же.

Он послушно наклонился. Я протянула руку и аккуратно промокнула кровь на его щеке. Его кожа была горячей, мои пальцы коснулись его скулы, он замер, перестав дышать.

Я почувствовала, как его мышцы напряглись под моей рукой. Он был как натянутая тетива. Опасный зверь, который позволил себя погладить.

— У вас холодные руки, Леди Юн, — тихо сказал он, глядя мне прямо в глаза. Расстояние между нашими лицами было недопустимо малым по всем законам приличия.

— У меня слабое кровообращение, — ответила я, не отводя взгляда. — И черствое сердце. Так говорят.

— Говорят, вы отравили соперницу из-за платья.

— Она мешала мне есть персики.

В его глазах промелькнула искра. Смех?

— Вы странная, — сказал он. — Вы не похожи на те слухи, что ходят о вас. Вы пахнете не духами, а... чаем и лекарствами. И вы не боитесь меня.

— Я боюсь только одного, Генерал, — я убрала платок с его лица. — Что вы заставите меня бегать по утрам.

Он вдруг рассмеялся. Глубоким, бархатистым смехом, который, казалось, шел из самой груди. Это сделало его суровое лицо неожиданно молодым и красивым.

— Не волнуйтесь, — сказал он, поднимаясь. — Я бегаю один.

Он надел маску обратно.

— Спасибо за помощь, Леди Юн. Мы увидимся завтра на церемонии. Постарайтесь не упасть в пруд.

Он прыгнул на перила беседки и растворился в ночи, словно призрак.

Я осталась сидеть с окровавленным платком в руке. Сердце Юн Соры в груди билось чуть быстрее обычного.

— Черт, — прошептала я. — Кажется, этот мальчишка не так уж прост. Он заметил, что я не боюсь крови. Мне нужно быть осторожнее.

Я посмотрела на луну. Завтра моя жизнь изменится окончательно. Я стану женой «Демона».

Но одно я знала точно: никакой власти, никакой войны. Только мягкие подушки и вкусный чай. Даже если для этого мне придется перевоспитать самого страшного Генерала Империи.

Я зевнула, спрятала платок в рукав и побрела спать. Завтра будет трудный день, придется много стоять и улыбаться. Ужасная перспектива.

Глава 3

Если ад существует, то я уверена: грешников там не варят в котлах. Их заставляют носить парадный придворный наряд эпохи Великой Империи.

Я сидела перед зеркалом, чувствуя,