Скандальная блогерша для драконьего лорда - Лина Дорель

Глава 7

— Эй, — я опустилась рядом с ним на корточки. — Элиан. Лорд Элиан. Дракоооша. Ау!

Он не реагировал. Продолжал раскачиваться и бормотать про нарушенные ритуалы.

— Ладно, — я потянулась и осторожно коснулась его плеча.

Он вздрогнул так, будто я ударила его током, и отшатнулся. Поднял на меня глаза, и в них был такой ужас, что я непроизвольно отстранилась.

— Не трогай, — прошипел он. — Ты... ты грязная. Все грязное. Нельзя прикасаться.

— Ясно, — я откатилась на безопасное расстояние. — Без прикосновений. Понятно.

Мы сидели так несколько минут. Он — раскачиваясь и считая вслух (начал сначала, с пятидесяти). Я — размышляя, что делать дальше.

«Можно, конечно, просто уйти, — рассудила я. — Найти какую-нибудь комнату, запереться и переждать. Но, во-первых, я не знаю, где тут комнаты. Во-вторых, он мой единственный шанс остаться в этом мире с крышей над головой и едой. В-третьих... черт, ну жалко же».

Последнее я с трудом, но признала себе.

–...три, два, один, — закончил Элиан и выдохнул. Поднял голову. Глаза все еще были безумными, но он хотя бы смотрел осмысленно. — Извини.

Я моргнула.

— Что?

— Извини, — повторил он тихо. — Это... недостойное поведение для лорда. Я не должен был терять контроль.

— Да ладно тебе, — я неловко пожала плечами. — Это я виновата. Специально нагрязнила. Прости.

Мы уставились друг на друга. Дракон, который извиняется за паническую атаку. Блогерша, которая извиняется за вредность. Абсурд.

— Мне нужно это убрать, — произнес он, все еще сидя на полу. — Но если я уберу сейчас, это нарушит график, и весь день пойдет неправильно, а если весь день пойдет неправильно, то завтра...

— Стоп, — я подняла руку. — А если убрать это из графика? Ну, типа, считать, что грязь появилась по обстоятельствам, от тебя не зависящим? Для форс-мажоров есть отдельное правило?

Он задумался. Я прямо ощущала, как шестеренки крутятся в его голове.

— Правило сто двадцать шесть, — медленно проговорил он. — В случае непредвиденных обстоятельств разрешается внеплановая уборка без нарушения общего распорядка.

— Во! — я обрадовалась. — Вот оно. Значит, ты можешь убрать, и все будет в порядке.

Элиан кивнул, поднялся — плавно, без рывков — и направился к одной из стен. Провел рукой по белому камню, и часть стены отъехала в сторону, открывая нечто вроде кладовки. Там висели тряпки, стояли ведра, щетки...

«Господи, — изумилась я, — у него целый арсенал для уборки».

Он достал тряпку, ведро с водой (откуда вода в ведре? Магия?), какую-то щетку и вернулся к оскверненной кушетке. Опустился на колени и начал оттирать грязь.

Медленно. Методично. Движения выверены до миллиметра. Сначала одно пятно, потом другое. Потом протер всю обивку. Потом взял другую тряпку и протер еще раз. Потом третью.

Я наблюдала за этим процессом с нарастающим изумлением.

«Это же займет вечность, — подумала я. — Если он так тщательно убирает каждое пятнышко, то...»

— Сколько времени ты тратишь на уборку замка? — не выдержала я.

— Прислуга убирает замок два часа утром, два часа вечером, — ответил он, не отрываясь от кушетки. — Плюс внеплановые уборки при необходимости.

— Четыре часа в день?!

— Замок должен быть чистым.

«Это не жизнь, — поняла я. — Это тюрьма».

Когда он наконец закончил (кушетка сияла как новая), я решила попробовать еще раз:

— Слушай, может, не надо всех ста двадцати семи пунктов? Ну, самые важные расскажешь, а остальное...

— Нет, — он посмотрел на меня, и я увидела, что глаза стали спокойнее. — Все. Это важно. Но... я понял, что устно излагать долго. У меня есть список. Написанный. Я дам тебе его, ты прочтешь.

— У тебя есть письменный список из ста двадцати семи правил? — уточнила я.

— Да. Переписываю каждый месяц, чтобы бумага не пожелтела.

«Конечно, переписываешь, — мысленно вздохнула я. — А как же иначе».

— Хорошо, — согласилась я. — Давай список. Я прочту. Но не обещаю, что буду все соблюдать.

Его лицо дернулось, но он кивнул.

— Жить будешь с остальными девушками, — сообщил Элиан, когда его дыхание окончательно выровнялось, а руки перестали дрожать. — В восточном крыле есть комната для прислуги. Там уже четверо. Ты будешь пятой.

Я медленно повернула к нему голову.

— Повтори-ка, — попросила я очень спокойным голосом. Слишком спокойным. Таким я разговаривала с особо бестолковыми ассистентами перед тем, как устроить им публичный разнос в сторис.

— Восточное крыло, комната для прислуги, — начал было он.

— Стоп. Ты хочешь засунуть меня в общую комнату с четырьмя другими девушками?

— Да. Их тоже отдали в качестве дани из соседних деревень. Они занимаются уборкой замка...

— УБОРКОЙ?! — мой вопль заставил его снова вздрогнуть и зажмуриться. — Ты думаешь, я буду... убирать?!

— Это входит в обязанности...

— Милый мой, — я подошла к нему вплотную, и он инстинктивно попятился, — я последний раз держала швабру в руках лет в пятнадцать, когда мама в воспитательных целях заставила меня вымыть пол после вечеринки. С тех пор у меня была клининговая служба, которая приезжала дважды в неделю и делала все за меня. Я не знаю, как пользоваться пылесосом. Я не в курсе, чем отличается средство для мытья посуды от средства для мытья пола. И я точно, ТОЧНО не собираюсь этому учиться.

Элиан моргнул.

— Но... тогда что ты будешь делать?

«Отличный вопрос, — подумала я. — Жаль, что ответа у меня нет».

— Придумаю, — отрезала я. — Но жить в общей комнате с четырьмя незнакомыми бабами и заниматься уборкой — это не вариант. Мне нужна отдельная комната.

— В замке нет свободных комнат, — возразил он.

— Врешь, — я оглянулась на бескрайние белые коридоры. — Эта твоя крепость размером с торговый центр. Тут должна быть куча свободных помещений.

— Есть западное крыло, — медленно произнес он. — Но там никто не живет.

— Почему?

— Потому что там... — он замялся, — там слишком много комнат, и я не могу поддерживать их все в надлежащем порядке. Я запер западное крыло и не хожу туда.

«То есть он просто взял и закрыл половину замка, потому что не мог убираться везде? — изумилась я. — Это уже даже не смешно, это грустно».

— Отлично, — я скрестила руки на груди. — Открывай свое западное крыло. Я буду жить там.

— Но оно не убрано! — в его голосе прорезалась паника. — Там пыль, там паутина, там все не так!

— Мне плевать, — отрезала я. — Дай мне комнату в западном крыле, или я устрою тут такой бардак, что твои сто двадцать семь правил покажутся тебе детским лепетом.

Мы уставились друг на друга. Я видела, как в его голове идет отчаянная борьба: с одной стороны, перспектива открыть неубранное крыло вызывала у него ужас.