Секретарша для миллиардеров - Tommy Glub

— Грамотно увели деньги, — говорит он. — А знаете, Лиза… я бы хотел получить список ваших крупных покупок за последние полгода.

Глава 8

Я сижу за столом, и мои пальцы дрожат так сильно, что промахиваюсь мимо сенсора. Снова. И снова. Телефон выскальзывает, бьется об столешницу — звук режет тишину, как выстрел. Всего один звонок. Один простой, обычный звонок в банк. Запросить выписку. Движение пальцем — и готово. Но я сижу, уставившись на экран, как на гранату с выдернутой чекой.

Они здесь. Не ушли. Остались специально. Я знаю, чувствую это каждой клеткой тела. Сидят за моим же столом, пододвинув стулья, как стервятники над падалью. Листают документы с методичностью палачей. Мне не нужно оборачиваться — периферийным зрением вижу, как Дима отпивает кофе из моей чашки. МОЯ чашка. С надписью "Лучший бухгалтер". Подарок от коллег на прошлый Новый год. Саша склонился над ноутбуком, пальцы летают по клавишам.

Тишина давит на барабанные перепонки. Только щелчки мышки — раз, два, три. Шелест страниц.

И мое тяжелое дыхание.

Я тяну время. Прокручиваю в голове каждую покупку за последние полгода. Розовый планшет для Насти, чехол с блестками, она так просила. Путевки в Египет — море, солнце, счастье для дочки. Сумка — да, дорогая, но я же имею право? Имею? Или уже нет?

Страх ползет по позвоночнику ледяными пальцами. Что если они решат, что это подозрительно? Что если...

— Лиза, — голос Димы врезается в мысли. Я вздрагиваю так сильно, что телефон снова падает. — Позвоните, пожалуйста. Мы ждем.

Ждете. Конечно, ждете. Как коршуны ждут, когда жертва перестанет дергаться.

Хотите проверить каждую копейку? Да ради бога. Не купила ли я туфли на деньги компании? Не оплатила ли съемную квартиру? Не содержу ли любовника?

Горький смех застревает в горле. Любовника…

Да уж…

Делаю глубокий вдох — воздух царапает легкие. Нажимаю вызов. Пальцы все еще дрожат.

— Добрый вечер, Лиза. Что-то еще срочное? — Ирина Николаевна отвечает на втором гудке. Слишком быстро. У меня даже нет времени подготовиться.

— Да, — голос чужой, сдавленный. Прочищаю горло. — Мне нужна выписка за последние полгода с моей личной карты. Личные расходы. Все, пожалуйста. И... и прямо сейчас. Я буду должна, Ирин…

Пауза. Она удивлена — слышу по дыханию. Мы работаем вместе пять лет. Она знает, что что-то не так. Но профессионализм берет верх.

— Конечно, Лиза. Пять минут.

Пока она оформляет запрос, я цепляюсь в подол юбки, как в спасательный круг. Ткань сминается под пальцами — дорогая, качественная. Купила в прошлом месяце. На свои деньги. Свои. Но кто теперь поверит?

Жарко. Душно.

Воздух густой, как патока. Туфли жмут — новые, еще не разношенные. Но я даже не замечаю боли. В голове — белый шум.

Какие у нас были покупки…

Планшет. Дорогой, брендовый, потому что у дочки должно быть все самое лучшее.

Билеты. Египет. Ее первый раз на море. Она никогда не видела моря. И потом еще месяц говорила всем, что видела настоящих дельфинов.

Это все. Кажется…

Но как объяснить это им? Как сказать: "У меня есть дочь, и я трачу деньги на нее"? Они начнут копать дальше, они вошли во вкус.

Нет. Нельзя.

Пересаживаюсь на диван — ноги не держат. Скидываю туфли, они падают с глухим стуком. Протягиваю ноги и откидываюсь на диван, выдыхаю. Мне нужна минутка, чтобы дальше с ними воевать.

Я устала.

Ловлю взгляд. Острый, пронзительный, как рентген. Дима смотрит не отрываясь на мои ноги. Изучает. Ищет слабое место. Я почти физически чувствую, как он пытается пробраться под кожу, добраться до правды.

Встречаюсь с ним глазами — вызов на вызов. Секунда. Две. Он отворачивается первым, возвращается к экрану. Но напряжение остается.

Телефон вибрирует. Выписка пришла. Открываю дрожащими пальцами. Цифры плывут перед глазами. Я скидываю файл на ноут и Саша тут же открывает его.

— Дорогая техника, — голос у него ровный. — Путевки в турагенстве.

— Брендовые магазины в прошлом месяце? — Саша не поднимает глаз от экрана. Голос бесстрастный, как у робота. — Сумма — почти как аванс.

Память услужливо подбрасывает картинку: мы с дочкой устроили себе праздник и скупили тогда много всего. И одинаковые водолазки, и новые сумочки, платья, даже белья с пижамами прикупили.

— Шопинг. После зарплаты. Новый сезон, захотелось обновок. — Пытаюсь звучать уверенно. — Это законно… Если сильно надо, я могу найти электронные чеки.

Надеюсь, черт возьми, не надо!

Это мои деньги. Которые я заработала. Честно. Но почему я чувствую себя воровкой?

— Вы уверены, что хотите сейчас доказывать невиновность шопингом? — Дима поднимает бровь. В голосе — лед с примесью насмешки.

Что-то внутри ломается. Злость поднимается волной, смывая страх.

— Я просто отвечаю на ваши вопросы, — выпрямляю спину, взгляд становится острым. — Или мне отчитываться по каждой трате?

— Если вы виновны в уводе средств, — Саша все так же спокоен, — то да. А иначе этим займется полиция.

Полиция. Слово бьет под дых.

Нет, лучше уж они.

Улыбаюсь. Горько.

— Все у вас в итоге сводится к деньгам, да?

Тишина. Они переглядываются — быстрый взгляд, полный смысла, который я не могу прочитать. У меня же перед глазами видится их конверт… Тот самый. Что они оставили. И который я тогда видела от силы десять минут.

Потом Дима наклоняется ближе. Я чувствую запах его парфюма — дорогой, терпкий. Голос становится тише, интимнее:

— Путевки тоже не дешевые. Да еще и две. Ваш мужчина не справился бы?

Вот оно. Удар под дых. В этом вопросе — все. Подозрение, что я трачу деньги компании на любовника. Ревность — неужели ревность? Жгучий интерес — кто он, этот мифический мужчина?

Внутри все переворачивается. Если бы он знал правду…

Я одна. Совсем одна…

И меня этот факт не смущает, черт возьми!

— Скажите, Дмитрий Сергеевич... — начинаю медленно, взвешивая каждое слово, и не скрываю улыбку, которая так и рвется наружу. — Это действительно нужно вам знать? Или вы просто хотите выяснить, есть ли у меня кто-то… из личных побуждений?

Попала в цель. Вижу, как его челюсть напрягается. Глаза темнеют. Воздух между нами искрит, трещит, готовый взорваться.

— Просто хотим знать, не тратите ли вы деньги компании на любовные утехи, — голос ледяной, режущий.

Любовные утехи. Я почти смеюсь. Какие, к черту, утехи? Когда я последний раз была на свидании? Когда целовалась? Когда чувствовала себя женщиной, а не загнанной лошадью?

Саша откашливается — это возвращает в реальность. Берет выписку