Лихие приключения вдовы со стажем - Елена Аркадьева

Тогда мне казалось, что это была самая безумная, ослепительная вспышка счастья. Свадьба с Виктором — скромная, почти тайная регистрация, ведь ещё не прошло и года после смерти Вилена Кузьмича.

Я летала на крыльях, опьяненная вниманием и страстью молодого красавца. Почти полгода я была на седьмом небе от счастья, без остатка веря, что, наконец, мне выпал счастливый билет.

Он был таким внимательным, таким интересующимся всем: моими мыслями, моим прошлым, деталями жизни в доме покойного мужа и, конечно, коллекцией. Я думала, что раз он любит меня, то ценит и то, что мне дорого.

А потом начались «командировки». Не частые, но регулярные. По делам несуществующей, как я позже узнала, галереи. Каждый раз, уезжая, он нежно целовал меня на прощание и обещал скоро вернуться.

Но однажды вечером раздался звонок. Голос соседа по загородному дому, где хранилась основная часть коллекции, был встревоженным и смущенным.

— Екатерина Владимировна, простите за беспокойство, — приветствовал он меня настороженно. — Но к вашему дому подъехала машина. Я сперва подумал, что это вы с мужем, но нет. И ведут себя как-то странно. Не воры — слишком открыто! И свет горит во всех окнах. Можете определить, кто это?

Сердце сжалось от страха, но я пыталась заглушить тревогу разумными доводами. Может, Виктор вернулся пораньше и поехал проверить состояние коллекции. Но решила разобраться на месте и отправилась за город.

Дорога казалась бесконечной. Когда я свернула на знакомую подъездную аллею, в доме действительно горел свет. Я припарковалась в тени и подошла к террасе.

Через французское окно гостиной я увидела их.

Виктор был здесь, не в командировке. Он стоял, облокотившись о мраморный камин, с бокалом вина в руке. А в его объятиях, смеясь тем звонким, самоуверенным смехом, была Тамара — моя «верная» подруга, которая активно «спасала» меня от одиночества.

Мой мир рухнул, просто моментально превратившись в черно-белое кино. Я прижалась к холодному стеклу, и до меня донеслись обрывки фраз их разговора.

— Нужно ещё дней пять, не больше, — говорил Виктор, нежно проводя рукой по её спине. — Остались самые хлопотные вещи, те, что в сейфе. Она все никак не вспомнит комбинацию, тупая корова!

— Потерпи, — проворковала подруга, тесно прижимаясь к нему. — Полгода терпели. Половину уже вывезли и распродали. Осталось чуть-чуть. Пока она ещё верит в ваши теплые отношения и счастливый брак.

— Счастливый брак?! — фыркнул он, и его красивое лицо исказила гримаса брезгливости. — С этой занудной вдовушкой, вечно ноющей о своем старике? Скоро мы с тобой будем пить шампанское на Канарах на её деньги!

Что-то внутри меня отключилось. Боль, предательство, ужас — всё это было, но где-то очень далеко, осталась только злость. Я перестала соображать. У меня появилась неумолимая потребность высказать им всё, что о них думаю.

Ворвавшись в комнату, я совершенно не думала о последствиях, считая, что если я права, то мне ничего не угрожает…

Ох, как я ошибалась!

Поначалу они обескураженно замерли, разомкнув объятия. На их лицах отразилось недоумение, затем мгновенная паника и, наконец, холодный расчет.

— Катюша, дорогая, — по привычке запел Виктор, но Тамарка, вызывающе улыбаясь, подскочила ко мне и ударила по голове каким-то холодным предметом.

От неожиданности я осела на пол.

— Ты что творишь? — завизжал муженёк.

— А ты не догадываешься? — ядовито улыбнулась она. — Заметаю следы и делаю тебя ещё богаче, как будущего вдовца. Неси её на второй этаж.

Он подхватил мое обмякшее тело и поплелся вверх по ступенькам, подруга бежала за ним. У меня от удара кружилась голова, я не могла ни говорить, ни действовать, только безмолвно наблюдала за этими когда-то близкими мне людьми.

Отворив первое же попавшееся окно, они скинули меня в темноту ночи, даже не удосужившись посмотреть, что там внизу. Я пролетела немного, буквально метра полтора, попав на крышу хозяйственной постройки. Больно стукнувшись спиной, я вскрикнула и ненадолго потеряла сознание. Когда пришла в себя, услышала звук отъезжающего автомобиля.

Парочка явно торопилась покинуть место преступления…

Глава 8

Пытаясь отбросить тягостные воспоминания, я ворочалась на кожаном диване чужого кабинета, пахнущего старым деревом и табаком.

Полумрак, прорезанный бледным квадратом окна, накрыл комнату. Беспокойство грызло изнутри, пульсировало в висках в такт напольным часам, что стояли поодаль. Это была моя первая ночь в этом доме.

Именно поэтому я не сразу поверила своим глазам. Мне показалось, что тень за окном, отбрасываемая ветвями старого дерева, шевельнулась слишком резко, независимо от ветра.

Я приподнялась на локте, затаив дыхание. Нет, это не тень, а четкий мужской силуэт с резкими линиями плеч. Он двигался бесшумно, с отточенной хищной грацией, пытаясь зацепиться за каменный выступ и отжать раму снизу.

Очевидно, вор! Слухи о моём одиночестве видимо уже пошли по округе.

Ледяная волна страха ударила в живот. Рука инстинктивно потянулась к свистку, который я повесила на шею. Пусто?! Пальцы нащупали только завязки пеньюара. Я судорожно провела рукой по складкам пледа, по ковру рядом с диваном — ничего. Видимо, где-то в темноте, во время моей бессонной возни шнурок просто развязался.

Паника, острая и липкая, начала накрывать меня с головой. Кричать? А если гвардейцы не среагируют? Бежать? Но вор уже был в комнате, его тёмная фигура бесшумно спрыгнула с подоконника на ковер. И если я сейчас сорвусь со своего места, то выдам себя, а возможно, и спровоцирую погоню. Он может легко успеть свернуть мне шею, тем самым провалив мою миссию в этой реальности.

Инстинкт самосохранения, холодный и расчетливый, заставил меня замереть. Я медленно, миллиметр за миллиметром, опустилась обратно на диван, слившись с его тёмной обивкой. Осталось только одно: затаиться и наблюдать.

Вор двигался уверенно, будто знал план комнаты. Его шаги были неслышными, а движения точными. Он подошел к массивному дубовому столу, и я увидела, что его руки в тёмных перчатках начали методичный, профессиональный обыск. Не хаотичное раскидывание вещей, а систематическое изучение: ящики, их содержимое, проверка потайных отделений, ощупывание резных панелей.

Я теперь точно знала — он искал что-то конкретное.

Но тут мужчина повернул голову, и слабый косой луч от уличного фонаря упал на его профиль.

Я чуть не икнула от изумления, но, к счастью, смогла удержаться.

Это не было лицо вора. Высокий лоб, прямой благородный нос, резко очерченная линия скул и подбородка — этот тип был наделен особой аристократической красотой. В этом бледном свете он выглядел как призрак какого-нибудь опального графа, а не как ночной грабитель. Опять же, его действия — быстрые,